Машина поехала по двухполосному шоссе, по обе стороны которого тянулись красивые луга, пастбища и каскадами росли бугенвиллии, напоминая о колледже Кастильо. Сондре показалось, что они проехали мимо большой вязанки хвороста с ногами. Затем Сондра заметила, что это женщина, согнувшаяся под непосильной ношей. Она тяжело брела вслед за высоким гордым мужчиной, руки которого были совершенно свободны.
Сондра едва сдерживала волнение. Она не могла поверить, что наконец-то оказалась здесь, после долгих лет мечтаний, тяжелой работы и раздумий.
Увидев на обочине жирафа, который общипывал края акации, она воскликнула:
— Боже мой, посмотрите!
— Это Национальный парк Найроби, — объяснил Дерри.
— Доктор Фаррар, у миссии есть животные?
— Зовите меня Дерри. Здесь мы все обращаемся друг к другу по имени. Да, животные есть. Вы принимаете таблетки от малярии?
— Да.
— Хорошо. У нас уже было несколько вспышек. Принимайте их все время, пока будете здесь.
— Я и собираюсь, — весело ответила она. — Купила запас на целый год.
Доктор Фаррар оторвал глаза от забитой машинами дороги и одарил ее взглядом, который говорил: «Ты и месяца здесь не продержишься». Сондра быстро отвернулась и снова начала смотреть в окно.
«Фольксваген» проехал по кольцевой развязке в сторону знака с надписью «Аэропорт Вильсон». Когда они подъехали к аэровокзалу, хотя и не столь многолюдному, как прежний, Сондра нахмурилась:
— Разве мы не едем в миссию? — спросила она, когда Дерри собрался выходить.
— До нее двести миль. Ехать туда нам пришлось бы целый день.
Они недолго задержались в аэропорту, затем вышли на бетонированную площадку. Сондра огляделась, надеясь увидеть большие самолеты компании «Ист-Африкен». Но не тут-то было: она поняла, что Дерри ведет ее к видавшему виды самолету с одним двигателем.
Он запрыгнул на крыло, открыл дверцу, затем протянул руку, чтобы помочь ей забраться в самолет.
— О боже, — произнесла она и тихо засмеялась. — Как вы думаете, он долетит?
— Надеюсь, вы не боитесь летать. Это самолет миссии. На нем вы облетите всю Кению. Поднимайтесь.
Когда Сондра расположилась на маленьком сиденье, доктор Фаррар сказал:
— Через минуту вернусь. — И спрыгнул на землю.
Прошло пять, затем десять и, наконец, пятнадцать минут, пока Дерри завершил тщательный осмотр самолета. Затем он через замшу наполнил бак бензином.
Подойдя к тому борту, по которому она сидела, чтобы что-то проверить внизу, Дерри посмотрел на нее, и снова на его лице мелькнуло выражение, которое свидетельствовало, что встреча с ней по непонятной ей причине его не радует.
Сондра не придала этому значения. Она не допустит, чтобы раздражение одного мужчины, каковы бы ни были у него на то причины, испортило этот особенный момент, ведь она прибыла в Африку после столь долгого ожидания.
Сондра импульсивно открыла сумку и стала рыться среди таблеток от укачивания, бумажек от конфет, документов и вытащила конверт с почтовой маркой Гонолулу. Последнее письмо Мики писала второпях. У нее начался второй год работы в «Виктории Великой», и времени на личную жизнь почти не оставалось. В конверте вместе с Микиным письмом Сондра хранила памятные подарки: фотографию Рут, сидевшую на диване с одиннадцатимесячной Рейчел на руках (у нее снова рос живот в ожидании второго ребенка); поляроидный снимок Мики на закатном пляже Вайкики — подруга удивленно смотрела через плечо на кого-то позади себя. Сондра улыбнулась лицам на фотографиях и подумала: «Рут и Мики, я здесь. Я добилась своего».
Вскоре Дерри забрался на место пилота и запер дверь. Прежде чем завести двигатель, он спросил:
— Помолиться не желаете?
— Простите, не поняла.
— Не хотите помолиться перед тем, как мы взлетим?
Сондра удивленно смотрела на него:
— Возможно, я нервничаю из-за предстоящего полета, но это не повод для того, чтобы надо мной смеяться.
На долю секунды выражение его лица изменилось, черты разгладились, черные брови поднялись, на губах мелькнуло подобие улыбки:
— Извините. Я не смеялся над вами. Члены миссии всегда читают молитву, прежде чем отправиться в путь, даже если идут пешком.
— Ой, — произнесла смущенная Сондра. — Извините, я не… — Она заволновалась и отвернулась. — Нет… спасибо.
Самолет парил над покрывалом зеленых холмов, усеянных клочками красной почвы. Сондра не могла насытиться этим видом, она подалась вперед, чтобы широко раскрытыми глазами лучше рассмотреть открывавшийся вид. Наконец зеленый покров сменила рыжевато-коричневая трава, усеянная карликовыми деревьями.
— Посмотрите вон туда, — Дерри перекричал шум самолета. — Вам везет. Обычно она скрыта облаками, не многим удалось ее увидеть.
Сондра посмотрела вперед на покрытую снежной шапкой гору, поднимающуюся над равнинами.
— Килиманджаро? — спросила Сондра, зачарованная видом.
— На суахили[14] она называется kilima, что означает «холм». У этого холма есть имя — Нджаро.
От удивления затаив дыхание, Сондра восторгалась диарамным ландшафтом Африки: красно-желтыми и коричнево-желтыми коврами, спускавшимися с бледно-лиловых гор и снова взбиравшимися на них. Усеянный деревьями с плоскими кронами и передвигающимися стадами диких животных, этот ландшафт словно приглашал перенестись в прошлое, взглянуть на мир, когда он только зарождался. Над континентом уверенно возвышалась вечно покрытая снежной шапкой гора Килиманджаро, на территории соседней Танзании.
Сондра была потрясена, она не могла вымолвить ни слова. Ее охватила эйфория, почти парализующий восторг. Такое она пережила раньше, когда Рик Парсонс раскрыл мозжечок маленького мальчика и вырезал опухоль. Сондра испытала почти мистическое чувство, она обнаружила место и цель, точно узнала, куда поедет и для чего. Сейчас это чувство снова наполнило Сондру точно так, как и раньше, и она вздрогнула.
Когда Дерри взял курс на восток, внизу открылся поразительный вид суровой красной пустыни, резкий первобытный ландшафт, напомнивший ей о районах юго-западной части Америки. Перекрикивая шум двигателя «Сесны», Дерри объяснил, что это Национальный парк Тсаво, один из крупнейших в мире заповедников животных. Он тянулся на многие мили, казалось, до самого края земли. И тут Сондре показалось, что она увидела нечто другое.
— Что это? — крикнула она, показывая прямо вниз.
Дерри достал бинокль и навел его на землю.
— Это слон, — сказал он, передавая ей бинокль. — Он еще жив.
Сондра навела бинокль, пристально посмотрела на слона и убрала бинокль.
