Дерри достал бинокль и навел его на землю.
— Это слон, — сказал он, передавая ей бинокль. — Он еще жив.
Сондра навела бинокль, пристально посмотрела на слона и убрала бинокль.
— Слон умирает, — крикнул Дерри. — Вот почему он лежит на боку. Браконьеры добрались до него. Эти негодяи ждут, когда животные придут на водопой, и расстреливают их, словно уток. Они стреляют в них отравленными стрелами и затем идут по следу раненых, умирающих животных. Обычно на это уходит не один день. Когда бедное животное наконец умирает, появляются браконьеры, спиливают бивни и оставляют тело слона.
— Разве с этим ничего нельзя поделать?
— Как? Этот парк представляет собой восемь тысяч квадратных миль девственной природы, а охраняет его лишь горсточка людей. Их окружает мир, жадный до слоновой кости, рогов носорога, шкур леопарда. До тех пор пока за это платят хорошие деньги, у животных-бедолаг мало шансов уцелеть. Я сообщу об этом, когда мы прилетим на место, но это ничего не даст. Браконьеры сейчас там, внизу, и знают, что мы заметили животное. К тому времени, когда до него доберется рейнджер, браконьеры уже уйдут, спилив бивни еще до того, как умрет бедный слон.
Вскоре самолет пошел на посадку.
— Лучше держитесь покрепче! Мне надо пролететь над посадочной полосой!
Не успела Сондра уцепиться за что-либо, как «Сесна» внезапно устремилась вниз.
— Проклятые гиены! — крикнул Дерри. — Никак не отгонишь их от посадочной полосы!
Самолет совершил еще один круг, и к тому времени, когда он, подпрыгивая, катился по грунтовой полосе, у Сондры закружилась голова.
— Вы привыкните к этому, — сказал Дерри, помогая ей спрыгнуть с крыла.
Пока он доставал из самолета чемоданы, пачку писем и несколько мешков, Сондра осматривала новые окрестности.
Позади нее в безграничный простор равнины уходили желтая трава, скрюченные деревья и красная почва. Но перед ней был другой ландшафт: зеленые холмики тянулись к основанию высоких, окутанных туманом скал. Недалеко от посадочной полосы виднелись аккуратная рощица деревьев, живые изгороди и группы зданий — миссия. И сразу за всем этим Сондра увидела круглые хижины, холмы и долины, усеянные маленькими клочками обработанной земли.
Сондра почувствовала, как подошел Дерри, и услышала его голос:
— Странно, никто не вышел встретить вас.
Сондра повернулась и увидела, что он стоит, сердито сдвинув брови. Затем они услышали нечто похожее на крик, раздавшийся за оградой из деревьев и цветов. Дерри все бросил и сорвался с места. Ничего не понимая, Сондра устремилась за ним.
Они оставили позади столбы ворот и оказались под знаком, на котором были вырезаны слова: МИССИЯ УХУРУ. Во дворе собралась толпа: африканцы в одеяниях с яркими узорами и белые в одежде цвета хаки. Они показались Сондре не то разозленными, не то напуганными. Толпа расступилась, когда в нее вторгся мужчина — крупный африканец в рубашке и шортах цвета хаки, фетровой шляпе с широкими опущенными полями и служебным значком на груди. Сначала он совершал бесцельные зигзаги, а два человека гнались за ним. Затем он вдруг бросился влево и направился прямо к Сондре. Та застыла, мужчина столкнулся с ней и сбил ее с ног.
— Остановите его! — донесся до нее чей-то голос. Сондра видела, как Дерри подбегает к ней, за ним еще один белый человек со стетоскопом на шее. На том была клетчатая рубашка и синие джинсы.
Встав на ноги и отряхнув пыль с одежды, Сондра услышала, что крики становятся громче, и увидела, как еще двое мужчин присоединились к погоне. Преследуемый бежал, как сумасшедший, уклоняясь от тянувшихся к нему рук, и вдруг без видимой причины свалился на землю, словно его срезала пуля. Чернокожий лежал и корчился в пыли.
Дерри и мужчина в синих джинсах тут же опустились на колени возле упавшего. Сондра побежала к ним, а остальные, тараща глаза и бормоча, подались назад.
— Не знаю, что случилось, — сказал второй, в синих джинсах, с сильным шотландским акцентом, и покачал светловолосой головой. — Я собрался осмотреть этого человека, но не успел дотронуться до него, как он бросился бежать из лечебницы.
Стоя на коленях, Дерри пристально смотрел на черное лицо, искаженное гримасой боли. Глаза больного закатились, видны были одни белки, на его губах появилась пена и кровь. Сондра опустилась на колени рядом с ним и прижала два пальца к пульсирующей сонной артерии сраженного ударом мужчины.
— У него припадок, — сказала Сондра. Затем подняла голову и взглянула на мужчину напротив себя. Тот хмуро смотрел на черное лицо и явно был озадачен. — Что произошло? — спросила она.
— Не знаю. Я даже не успел разглядеть его. Не представляю, почему он пришел в лечебницу.
— Я знаю, — сказал Дерри, вставая и отряхивая руки. — Я знаю этого человека. Он чиновник в министерстве общественных работ в Вои.
Сондра посмотрела на потерявшего сознание человека. Приступ отпускал его.
— Возможно, приступ вызвали наркотики, — пробормотала она, думая вслух. — Мне неизвестна болезнь, первичные симптомы которой могли бы заставить человека так бегать.
Сондра по очереди приподняла его веки, убедившись, что зрачки нормальные, одинаковых размеров, реагируют на свет, и почувствовала, что ее недоумение растет. Любые симптомы которые она могла вспомнить, пришлось отбросить, поскольку все они включали ухудшение моторики и координации движений. Но, с другой стороны, возможно отравление алкоголем или каким-нибудь веществом, вызывающим галлюцинации…
Шотландец, стоявший на коленях напротив Сондры, смотрел на нее некоторое время, словно только что заметил, и наконец сказал:
— Давайте уложим его в постель и будем внимательно наблюдать за ним. Мы мало что сможем сделать для этого человека, пока не выясним причину. — Он оглянулся и жестом подозвал двух африканцев, вертевшихся рядом. — Kwenda, tafadxali[15].
Но те не двинулись с места.
— Нам самим придется отнести его, — сказал Дерри, беря мужчину за лодыжки. — Они не дотронутся до него.
Сондра поднялась на ноги:
— Почему?
— Им страшно.
Сондра шла рядом, пока мужчины несли в лечебницу потерявшего сознание чиновника.
— Вы, должно быть, Сондра Мэллоун, — сказал шотландец, с трудом неся тяжелое тело. — Мы с нетерпением ждали вашего приезда. Я Алек Макдональд. Добро пожаловать в Африку.
Когда мужчину положили на больничную койку, Сондра помогала Алеку Макдональду провести обычный неврологический осмотр. Оба ничего не могли понять. Обнаруженные симптомы не относились ни к одной известной им болезни. Хотя зрачки мужчины оставались нормальными и реагировали на свет, он не реагировал на весьма болезненное стимулирование. Оба врача поставили капельницу и отправили медсестру за катетером, чтобы проверить, как функционируют почки пациента. Наконец, еще раз измерив давление и убедившись, что оно ниже семидесяти, Сондра сказала:
