Читаем без скачивания Меч Шаннары - Терри Брукс

И снова повисло зловещее молчание. Теперь слушателям была понятна природа врага, которого они собирались обмануть. Им предстояло сразиться с существом, который больше не являлся человеком, а лишь проводником некой громадной силы, лежащей за пределами их понимания, силы настолько могущественной, что Алланон опасался ее влияния на человеческий разум.

— Остальное вы уже знаете, — снова заговорил Алланон довольно резко. — Существо, именуемое Броной, которое больше не имеет ничего общего с человеком, и есть сила, стоявшая за обеими войнами рас. Посланники Черепа — последователи своего прежнего учителя Броны, те друиды, которые некогда были людьми и принимали участие в Совете в Параноре. Они не в силах избежать своей судьбы — так же, как и он. Даже принятый ими облик является телесным воплощением зла, которому они служат. Однако для нас важнее всего то, что они знаменуют собой новую эру для человечества, для всех народов во всех четырех землях. Древние науки навсегда остались в истории, позабытые теперь так же верно, как и то время, когда машины стали благословенным открытием для облегчения жизни, их вытеснили магические чары — более страшная и опасная угроза всему живому, чем все, бывшие прежде. Верьте мне, друзья. Мы живем в эру магии, и ее сила может уничтожить всех нас!

Все молчали. В темном лесу висела давящая тишина, и последние слова Алланона, казалось, раскатились звенящим эхом. Первым тихо заговорил Ши.

— А в чем тайна меча Шаннары?

— В Первую войну рас, — отозвался Алланон почти шепотом, — могущество друида Броны было невелико. В результате объединенные силы других рас, подкрепленные знаниями Совета друидов, победили армию людей и вынудили Брону бежать в изгнание. Он мог и погибнуть, и все произошедшее осталось бы в истории лишь еще одной главой об очередной войне между смертными, но ему удалось раскрыть тайну сохранения своей духовной сущности после того, как его бренные останки должны были разложиться и обратиться в прах. Он сумел сохранить собственный дух, подпитывая его энергией магических сил, какими теперь обладал, наделив его жизнью, не нуждающейся в плотском воплощении, жизнью вечной. Теперь он мог перекинуть мостик между двумя мирами — миром живых и потусторонним миром за его пределами, откуда он призвал черных призраков, столетиями дремавших там, и стал дожидаться часа мщения. В ожидании он наблюдал, как сбываются его предсказания и разобщаются народы, сила же Совета друидов иссякла, когда они потеряли интерес к судьбе народов. Как и всякое зло, он выжидал, пока чаша весов с ненавистью, завистью и жадностью — пороками, общими для всех народов, — перевесит Добро и милосердие, и вот тогда он сможет нанести удар. С легкостью захватив власть над примитивными, воинственными троллями с Чарнальских гор, он пополнил их войска существами из мира призраков, которому теперь служил, и его армия двинулась на разобщенные народы.

Как вам известно, они победили Совет друидов и уничтожили его, лишь немногим удалось бежать. Одним из тех, кто спасся, был старый мистик по имени Бремен, он предвидел опасность, но тщетно пытался предостеречь остальных. Как и все друиды, он был историком, изучал Первую войну рас и узнал о Броне и его последователях. Увлеченный их исследованиями, Бремен подозревал, что загадочный друид, вероятно, сумел подчинить себе силы, о существовании которых никто не подозревал, а уж тем более не надеялся их победить, и сам начал изучать искусство магии, но только с величайшими предосторожностями и уважением к тем самым силам, какие, как он предчувствовал, можно потревожить. После нескольких лет изысканий он пришел к убеждению, что Брона до сих пор существует и что следующая война против человечества будет выиграна силами чародейства и черной магии. Можете представить, какой ответ он получил на свое предположение — его буквально вышвырнули из Паранора. Тогда он уединился и начал оттачивать свое искусство, поэтому его не было в Параноре, когда замок пал под ударами армии троллей. Узнав о захвате Совета, он понял, что народы окажутся беспомощными перед могущественными и совершенно неизвестными смертным чарами Броны, если он не начнет действовать. Однако он не знал, как победить существо, над которым не властно любое оружие смертных, существо, живущее уже больше пяти столетий. Он отправился к величайшему народу того времени — к эльфам, которыми правил храбрый молодой король по имени Джерл Шаннара, — и предложил свою помощь. Эльфы всегда с уважением относились к Бремену, поскольку понимали старика лучше, чем его товарищи-друиды. Долгие годы он жил среди них до падения Паранора, занимаясь изучением магических наук…

— Я что-то не пойму, — вдруг перебил его Балинор. — Если Бремен постиг искусство магии, почему же он сам не бросил вызов Повелителю чародеев?

Ответ Алланона прозвучал несколько уклончиво.

— На самом деле он все же вызвал Брону на бой на равнинах Стрелехейма, хотя этот бой был недоступен глазам смертных, и оба противника исчезли. Предполагалось, что Бремен победил Повелителя призраков, но время доказало обратное, и вот теперь… — Всего лишь мгновение он сомневался, прежде чем вернуться к прерванному рассказу, однако многозначительность последней паузы не укрылась от его слушателей. — Как бы там ни было, Бремен понял, что необходим какой-то оберег на случай возможного появления второго Броны во времена, когда не останется никого, сведущего в мистических искусствах и способного оказать помощь народам четырех земель. Так он пришел к мысли о мече — оружии, содержащем в себе силу для победы над Повелителем чародеев. Бремен выковал меч Шаннары, при помощи мистических дарований ученого обычный кусок металла превратился в нечто большее и получил особенные защитные свойства всех талисманов, оберегающих от неведомого. Меч должен был получать силу из разума смертных, которых защищал, могущество меча зависело от их собственного желания сохранить свободу, отстоять ее даже ценой собственной жизни. Именно эта сила помогла тогда Джерлу Шаннаре разбить усиленную призраками армию Северных земель, именно эта сила должна теперь отправить Повелителя чародеев обратно в мир призраков, к которому он принадлежит, запереть его там навеки, отрезать ему все пути к возвращению в наш мир. Но до тех пор пока меч у него, Повелитель чародеев еще может избежать прикосновения меча и не позволить ему уничтожить себя безвозвратно, и как раз этого, друзья мои, нам нельзя допустить.

— Но почему только потомок рода Шаннары… — запинаясь, выговорил Ши, в голове у него все смешалось.

— В этом-то и состоит величайшая ирония! — воскликнул Алланон, недослушав вопрос до конца. — Если вы внимательно следили за моим рассказом о переменах в жизни, последовавших после Великих войн, о том, как материалистические науки сменились науками нашего времени, науками магическими, тогда вы осмыслите самое загадочное явление, которое я пытаюсь объяснить. Если науки прошлого имели дело с реалистическими теориями, выстроенными вокруг вещей, которые можно увидеть, потрогать и почувствовать, то магия нашей эпохи управляет совершенно иными явлениями. Сила этой магии могущественна только тогда, когда в нее верят, ибо владеет мыслями, которых человек не может ни увидеть, ни ощутить. Если разум не находит прочного основания для веры в эту силу, она не оказывает никакого воздействия. Повелитель чародеев знает это, и его внутренние страхи и вера в неведомое — в миры, существа, явления, недостижимые для ограниченного разума человека, — служат для него более чем достаточным основанием, чтобы совершенствовать свое искусство магии. Уже более пяти веков он полагается на эту основу основ. Точно так же и меч Шаннары совершенно бесполезен в руках тех, кто не уверен в своем праве владеть им. Когда Бремен передавал меч Джерлу Шаннаре, он совершил ошибку, вручив великое оружие королю и его потомкам, вместо того чтобы отдать его простым людям. В результате из-за недопонимания и неверного толкования историков родилось всеобщее убеждение, что меч — это оружие короля эльфов и лишь наследники королевской крови могут поднять его против Повелителя чародеев. Теперь тот, в чьих жилах не течет кровь короля эльфов, даже если в его руки попадет великий меч, никогда не поверит в свое право воспользоваться знаменитым оружием. Древнее заблуждение, будто мечом может владеть только прямой потомок рода Шаннары, породило множество сомнений, а сомнения убивают могущество меча, и он превращается в обычный кусок металла. Только кровь и вера в наследника Шаннары способны пробудить дремлющие силы великого меча.