с плавания, они, весело подтрунивая друг над другом, хохотали на всю улицу. У братьев было незыблемое правило: вместе из дома вышли, вместе вернулись.
Машенька бросилась братьям навстречу, лабрадор весело лаял, махал хвостом и чихал, усыпанный лепестками цветов. Утро было замечательным, пока… Пока к воротам не подъехала незнакомая машина.
Как всегда чёрная и, как всегда, хищная и страшная. У меня сердце оборвалось. Я знала, кто это.
Месяц назад Максим звонил мне, хотел встретиться со мной и с сыном. Я настолько перепугалась, что согласилась увидеть его, лишь бы он не портил нам жизнь. По телефону сразу оговорила: мы встретимся в кафе на углу Алеутской. Не справившись с сарказмом, по телефону уточнила: кто его приведёт за ручку: мама или Нонна.
Признаюсь, Максим завис на том конце трубки, прерывисто дыша. Отлично, я вывела его из равновесия, он злился, а я была довольна.
Шла к нему на встречу с единственной целью запретить ему приближаться к Матвею. Что говорить, если этот урод даже не знал, что Никита тоже его сын. А вот Никита знал, что они с Матвеем родные братья. Мы правду от детей не скрывали. Мир слишком тесен, чтоб в нём можно было навсегда утаить тайну.
Я думала, что навсегда забыла об этом уроде — о своём бывшем муже. И вот надо же, через столько лет объявился! К моему удивлению, бывший муж поначалу выглядел нахраписто, нагло. А потом вдруг сообщил, что я разрушила его жизнь. Он дважды был женат, дважды развёлся и вот решил вернуть свою семью себе. Единственную и настоящую. Первую. Он даже готов простить мне моих нагулянных детей. Тем более они выросли и могли уже жить отдельно. Я даже не сразу поняла — этот сумасшедший бесноватый мне замуж, что ли, предлагал?
— Даша, мы всё можем исправить. Давай сойдёмся. Твои дети выросли, мы можем начать всё сначала. Я хочу познакомиться с сыном.
— Можешь назвать хоть одну причину, чтоб я разрешила тебе встречу с сыном?
— Ой, зачем столько драмы! — мой бывший уже раздражался, а у меня сердце вдруг противно ёкнуло. Вообще то у него два сына. И оба мои. Вот именно, что мои. Максим никогда не получит от меня разрешения даже думать о них, не то что знакомиться. Я отвернулась, чтоб не смотреть в его ненавистное лицо.
Он продолжал наседать:
— Подумай о моём предложении, Дарья. Я приехал из за рубежа. У меня деньги. Много денег. Я могу сделать нашу жизнь счастливой.
Я аж вздрогнула. Ну да, я помню как счастливо мы жили. Его Нонна, мои денежные отчёты. Моё стояние полуголой за дверями квартиры. Их ванна из шампанского.
— Да ты не в курсе, Максим, что я замужем? За тем самым мужчиной, что разбил тебе физиономию дважды. Не знаешь, что у меня трое детей, а не двое? Я пришла сюда только для того, Максим, чтоб доходчиво тебе объяснить: не приближайся к моему сыну.
И тут из меня вырвался вопрос. Я сама не поняла, зачем спросила, наверное, то была острая грань душевной истерики:
— А что же твоя Нонна. Она же собиралась ехать с тобой за границу.
— Нонна ушла сразу после суда. Из за тебя я потерял в карьере. Смог работать за рубежом, но вовсе не в том статусе, на который рассчитывал.
— Так тебе и надо — я не могла скрыть радости.
— Ты всё не так поняла. Я развёлся полгода назад. Я всё ещё отлично зарабатываю и мне нужна семья. Ты.
— А мне ты не нужен. Сыну тем более.
— Это не тебе решать. Матвею 15, встречусь с ним, сам поговорю. Без твоих бабских соплей.
Я расхохоталась истерическим смехом. Рассказала этому гаду, что счастливо замужем и попросила больше не появляться в моей жизни. Конечно, наш скандал перерос в грязные оскорбления (уж кто бы сомневался).
После я неслась домой заливаясь слезами и отмываясь в душе от ушата помоев, что получила в спину от бывшего мужа. Я тогда ничего не рассказала Илье. Настолько берегла наше семейное счастье, не хотела получить нагоняй от Ильи за то, что пошла на встречу без его разрешения. Пока шла туда, всё думала что я самостоятельная и сама должна нести ответственность за прошлое. А когда шла обратно, понимала, какая же я дура!
Сейчас, глядя на машину Максима, поняла, что я действительно дура. Надо было всё рассказать Илье. А сейчас что делать? Максим выполнил свою угрозу и приехал. Я вытянулась в струну и замерла. Смотрела, как из машины вышел Максим и пошёл к нашей калитке. Вот и случился мой самый сильный страх в жизни. Встреча отца с сыном.
Илья поднялся на звук припарковавшейся машины, выглянул через моё плечо, в отличие от меня сложил руки на груди, поигрывая бицепсами, спокойно смотрел вниз.
— Матвей! — Максим окликнул старшего сына. Мой мальчик оглянулся через плечо. Не торопясь повернулся к брату:
— Никита, бери Машу и дуй домой.
Никита безоговорочно подхватил на руки сестрёнку и помчался к ступеням дома.
На первом этаже раздались его быстрые шаги наверх по ступеням к нашей спальне, Илья с интересом перевёл глаза на дверь, туда ввалился Никита:
— Батя, на Машу. Я вниз, к брату, там мудак какой то прибыл.
Никита поставил Машку на пол, одёрнул на ней платьице, закрыл дверь и помчался вниз.
— Папа, кто такой мудак? — Маша обхватила отца за шею.
— Брат хотел сказать дурак, — вывернулся Илья, незаметно прыснув.
Мне же было не до веселья. Я смотрела вниз.
— Матвей, ты знаешь, кто я? — Максим стоял напротив сына. Ростом мой мальчик был повыше собственного папаши. В эту минуту Матвей как будто вырос ещё больше. Мой малыш стал большим, грозным и смелым. Нагло ответил, глядя в лицо своему отцу:
— А то. Конечно, знаю.
— Я твой отец, Матвей.
— Шёл бы ты домой, дядя. Я таких отцов, как ты, в гробу видел.
Плюнул ему под ноги, повернулся спиной, пошёл к дому. Мы с Ильёй смотрели друг на друга, мой любимый муж поцеловал ладошку дочери, выглядывая на меня веселыми глазами. Внизу хлопнула дверь. Раздался голос Матвея:
— Батя, мама, мы с Никитой дома.
Я облегчённо вздохнула. Мои все дома и мы сейчас будем завтракать!
А жизнь — она такая классная, будет продолжаться и радовать нас, радовать и радовать…
Конец
