после того, как ее осуществят, то какую роль в моей жизни играет этот неуклюжий улыбчивый филиппинец? Что он должен мне сказать или что во мне пробудить? А быть может, это я имею сакральную миссию изменить что-то в его мире?». Ответа на этот вопрос я не нашел до сих пор.
Микроавтобус мчался по трассе, подпрыгивая на кочках, рядом смуглая женщина жевала жареных кузнечиков, доставая их из сумки. Бородатый мужчина с родинкой посередине лба гордо рассказывал мне на английском, что занимается кремами для рук.
В Таиланде уже была ночь, когда мы подъезжали к Бангкоку. В темноте возникли огни машин и домов огромного города. Шум мотора расплывался в потоке сигналов, а перед глазами у меня проплывали воспоминания о Камбодже: дома, храмы, люди, лица, твердое мужское плечо и невероятная энергетика мудреца с кокосами и бездонные раскосые глаза маленькой девочки. Я все удивлялся, как это наш взгляд филигранно выделяет из огромного потока жизненных событий вроде бы случайно, но на самом деле именно те, самые важные, волнующие нас сюжеты?!
Сжимающая сердце грусть окутала меня. Я понял, что уже скучаю по Камбодже. Ведь она удивительная. Вот смотришь – сидят люди на груде хлама, оборванные и грязные, торгуют барахлом за 1 $, но нет в них грусти и гнетущей печали – в их глазах солнечный свет, спокойствие и умиротворение. Бедная, пыльная и грязная, эта страна обладает невероятной энергетикой. Камбоджа как-то незаметно пробралась ко мне в душу, раскрывшись и подарив свое тепло. Она как горделивая черная кошка, которая в какой-то момент, понятный только ей, сама приходит вдруг на колени и ластится, а потом навсегда остается в твоем сердце.
22:35. Бангкок
Маршрутка остановилась у остановки под мостом. Пассажиры вывалились на улицу, направляясь каждый в свою сторону. Я горячо обнялся с моим филиппинцем и попрощался – уже в последний раз. Перекинув рюкзак через плечо, побрел к хостелу.
Надо было отдохнуть и расслабиться, прогнать, а лучше прожить грусть. Заселившись, я купил бутылку холодного пива и присоединился к шумной компании незнакомцев за столом на улице. Тусклый фонарь слабо освещал стол, выделял силуэтами людей и отражался блеском в пивных бутылках. Алкоголь приятно расслаблял тело, из головы испарялись тяжелые мысли. Татуированная англичанка что-то рассказывала марокканцу, мексиканец Дамьян играл на гитаре «Подмосковные вечера», я ему подпевал. Голландцы, узнав, что я русский, с ходу произнесли:
– Привет, спасиба, на здровия, писдец.
Мы все чокнулись, голландец прокричал тост:
– Сука, блиат!
Тайка Вива добавила:
– Всем писдэц!
– Ну ладно, – согласился я.
Такой разный Таиланд
День 13
13:20. Пхукет
Двенадцать часов изнурительной дороги, бессонная ночь в трясущемся автобусе – и я наконец добрался до моря. Мое путешествие мне нравилось, а Камбожда была прекрасна, но постоянные переезды изрядно вымотали, и я захотел отдохнуть на побережье.
Пхукет сходу меня покорил. Таких чистых и приятных пляжей, как там, я еще не видел нигде. Волшебный белый песок и мягкая бирюзовая вода, ласковое солнце и свежие фрукты. «То, что сейчас нужно, чтобы отдохнуть от насыщенных дней. Хоть выровняю свой загар «таксиста», – подметил я. И Пхукет для этого идеально подходил. Я посещал различные пляжи с райскими названиями, которых здесь насчитывалось огромное множество, наслаждался открыточными видами и красочными закатами. На Пхукете мне совсем не хотелось писать. Блокнот я не открывал вовсе, а в заметках телефона оказалось лишь несколько обрывочных фраз. Одна из них звучала так: «Очень хочется чебуреков».
Так безмятежно пролетело несколько дней.
День 17
15:50. Пхукет
Многие писали мне в соцсетях: «Ну что, пробовал ты там каких-нибудь ползучих или прыгучих гадов?».
Это так. Я вышел из хостела в направлении остановки, чтобы отправиться к пляжу, о котором я узнал из интернета. Рядом, в старый проржавевший прицеп пыльной машины, престарелая женщина загружала свои пожитки, издавая тягостные стоны. Я взялся ей помочь, взвалил на себя тяжеленные сумки и поднялся с ними в прицеп. Там уложил их в угол и улыбнулся женщине в ответ на удивление. Она так страстно благодарила меня, низко кланяясь, соединяя ладони и приговаривая что-то на местной языке, что мне даже стало неловко. Вдруг появился хмурый мужчина, а за ним двое чумазых детей. Он что-то грозно сказал женщине, которая сидела уже в прицепе. А увидев меня, он улыбнулся, кивнул в знак приветствия и сел за руль. Дети так весело запрыгнули в прицеп. Тогда я решил поинтересоваться у мужчины, не знает ли он, как доехать до пляжа, название которого я прознес на английском. Он улыбнулся и указал большим пальцем себе за спину, приглашая запрыгнуть в прицеп. Женщина радостно пригласила присоединиться к ним.
Мы ехали по трассе куда-то вперед, но по направлению нужного пляжа. Дети не сводили с меня глаз, пристально рассматривая и улыбаясь.
Семья была похожа на фермеров, которые работают на земле. На них было грязное старое тряпье. Темные засаленные волосы прилипали к потным лицам, а рабочие руки были запачканы пылью. Однако все они вызывали во мне лишь добрые и теплые чувства. Женщина достала из сумки пожелтевший прозрачный пакет и протянула детям, они что-то радостно взяли и быстро закинули в рот. Потом она запустила в пакет свою смуглую грязную ладонь, набрала жменю содержимого и протянула мне. Это были жареные кузнечики. Без доли сомнений я принял угощение и наслаждался происходящим. Я ехал с незнакомыми мне людьми в грязном прицепе в незнакомое мне место и радостно жевал кузнечиков. Они были приправленными солеными и острыми специями и походили на сухарики, которые у нас часто берут к пиву, правда, имели привкус травы и как будто водорослей.
Вскоре меня высадили на трассе и указали направление пляжа. Все они, прощаясь, сложили свои ладони перед грудью и наклонили головы. Я сделал то же самое, поблагодарил и пошел искать желанный пляж. Сам пляж мне не очень понравился, гораздо интересней и веселее была дорога к нему. Часто именно в пути и заключена главная ценность, за это я и люблю путешествия.
День 19
22:45. Пляж Патонг
Умиротворение и размеренность пляжного отдыха мне быстро наскучили. Казалось, за эти несколько безмятежных дней я больше устал, чем за все предшествующие дни с приключениями, дорогами и неудобными ночами. Видимо, моя стихия – это движение, а комфорт в преодолении. Стало ясно, что пора уезжать и двигаться дальше.
Сегодня же
