между своими гражданами, но тем из камерийцев, кто того хотел, позволили жить в Риме. Оказалось же таких около четырех тысяч, которых цари распределили по куриям, город же камерийцев они превратили в колонию римлян»[313].
Совместное царствование Ромула и Тита Тация продолжалось в течение пяти лет[314]. Затем Таций вследствие своей надменности погиб, и Ромул вновь сделался единоличным правителем Рима. Дионисий Галикарнасский довольно подробно описывает происки врагов, приведшие к гибели Тита Тация: «Устроили же эти козни против Тация предводители из числа лавинийцев (жителей города Лавиний. — М. Б.), объединившиеся между собой по такой причине: некоторые из друзей Тация вывели разбойный отряд в страну лавинийцев, награбили большое количество добра и отогнали стада с пастбищ, а из поспевших на помощь одних убили, а других ранили. Когда же от оскорбленных лавинийцев явилось посольство и потребовало удовлетворения, Ромул решил выдать тем, кто пострадал, совершивших злодеяние, Таций же, защищая интересы сотоварищей, не согласился, чтобы кто-либо из людей, к тому же сограждан, был уведен врагами. Поэтому он заявил тем, кто утверждал, будто они претерпели несправедливость, прибыть в Рим для судебного разбирательства. Так вот, послы, не найдя справедливости, в негодовании удалились, а некоторые из сабинян последовали за ними в раздражении и, когда те раскинули палатки у дороги — поскольку их застал в пути вечер, — напали на спящих и отобрали у них пожитки, а всех, кого застали в постели, закололи; те же, кто сразу ощутил, что против них готовится тайное злодеяние, и сумел спастись бегством, возвратились в свой город. После этого из Лавиния и других крупных городов прибыли послы и стали обвинять сабинян в беззаконии, а также угрожали объявить войну, если не получат правосудия. Ромулу случившееся с послами показалось ужасным злодеянием, как это и было на самом деле, и требующим скорейшего очищения, так как был нарушен священный закон. И он, как только увидел, что Таций пренебрегает обвинениями, без промедления сам схватил виновников в тяжком преступлении и передал их в оковах послам, чтобы те забрали их с собой. Тацием же овладели гнев из-за оскорбления, перенесенного со стороны соправителя, который так возгордился в связи с передачей мужей, а также жалость по отношению к выданным (был среди них и некий его сородич, причастный к вине). И Таций, тотчас собрав воинов, поспешил на помощь своим, захватил в пути послов и отобрал уводимых. Немного времени спустя, как говорят некоторые, он прибыл вместе с Ромулом в Лавиний для жертвоприношения отеческим богам за процветание города, которое полагалось совершать царям; но против Тация восстали друзья и сородичи убиенных послов и убили его на алтаре ударами кухонных ножей и огромных рогатин»[315]. Согласно другой версии, «Таций оказался не вместе с Ромулом и не ради жертвоприношений, но прибыл один, стремясь убедить претерпевших несправедливость оставить свой гнев на содеявших ее, но народ вознегодовал на то, что обидчики не были переданы им, как рассудил Ромул и постановил сенат римлян, и, когда близкие погибших двинулись толпой на Тация, он, не имея уже возможности избежать скорого наказания, был забит камнями до смерти»[316].
В отличие от Дионисия Галикарнасского, некоторые античные авторы указывают, что в этой истории пострадавшей стороной были не послы лавинийцев, а послы города Лаврента, хотя убийство Тация все же произошло в Лавинии[317]. Действительно, если бы были заколоты послы лавинийцев, то прибытие сабинского царя в Лавиний для совершения жертвоприношений выглядело бы, по сути, как самоубийство. Но если были убиты лаврентские послы, как тогда в Лавинии оказались их сородичи? Дело в том, что этот город с давних пор являлся крупным сакральным центром, священным местом для всех латинских племен. Поэтому нет ничего удивительного, что в Лавинии собрались для ежегодных священнодействий не только представители Рима, но и жители Лаврента. Во время общелатинских жертвоприношений родственники пострадавших лаврентских послов напали на Тация и зарезали его на алтаре. Впрочем, некоторые ученые считают, что античные авторы просто путали иногда оба эти города, воспринимая их названия как синонимы.
Тело Тита Тация было перевезено в Рим и с особыми почестями погребено в лавровой роще на холме Авентин, который тогда еще не входил в черту города, близ Армилустрия — площади, где впоследствии справлялся праздник Очищения оружия. С тех пор на могиле Тация ежегодно за государственный счет совершались заупокойные возлияния[318].
После похорон Ромул объявил вне закона сабинов, напавших на послов и позорно бежавших из Рима после смерти царя. Затем он предал суду убийц Тация, которые были выданы римлянам своим городом. Но когда на суде выяснилось, что родственники послов лишь ответили насилием на насилие, Ромул освободил их от наказания[319]. Поэтому, вероятно, впоследствии появилась версия, согласно которой Тита Тация умертвил якобы сам Ромул, который более не мог терпеть его участия в управлении Римом, так же как не вынес в свое время претензий родного брата-близнеца на власть[320].
Никаких волнений в Риме после убийства Тация не было. Ромул, предусмотрительно обновив мирный договор с Лавинием[321], вновь стал править один. По словам Плутарха, имелись, конечно, «подозрения и толки, будто он рад, что избавился от соправителя, но ни беспорядков, ни возмущения сабинян не последовало: одни любили царя, другие боялись, третьи верили, что он во всем без изъятия пользуется покровительством богов, и чтили его по-прежнему»[322].
Последние годы
После гибели Тита Тация Ромул почти сразу же вступил в войну с Фиденами — большим и многолюдным городом, который лежал всего в 40 стадиях (около семи-восьми километров) к северу от Рима, на левом берегу Тибра. Причиной конфликта, по словам Дионисия Галикарнасского, стало наглое поведение фиденян: «Однажды, когда в Рим привезли на судах съестные припасы, которые послали крустумерийцы страдавшим от голода римлянам, фиденяне, напав целой толпой на суда, разграбили их и убили некоторых из бросившихся на помощь людей, а будучи обвиненными, отказывались дать удовлетворение»[323]. По версии же Тита Ливия, война началась из-за того, что фиденяне принялись грабить сельских жителей и разорять поля на территории между Римом и Фиденами[324].
Все это, естественно, привело Ромула в крайнее негодование, и он решил примерно наказать фиденян. Собрав римское войско, царь двинулся к Фиденам. Тит Ливий пишет, что «Ромул в тревоге — ведь война в такой близости к городу не могла терпеть промедленья — вывел войско и стал лагерем в одной миле от Фиден. Оставив в лагере небольшой отряд, он выступил со всем войском, части воинов приказал засесть в скрытном месте — благо окрестность поросла густым кустарником, — сам же с большею частью войска и всей
