убить изобличенного в качестве жертвы Юпитеру Подземному. Ведь у римлян существовал обычай: тела́ тех, кого они хотели безнаказанно убить, посвящать тем или иным богам, чаще всего подземным. Вот что совершил тогда Ромул. Итак, во многих поколениях сохранялись ничуть не отличающиеся от кровных связей узы клиентов и патронов, и они передавались детям их детей, и было великой честью для знатных семей иметь как можно больше клиентов и не только сберечь наследственный патронат прародителей, но и благодаря своей добродетели приобретать других клиентов. И настолько значительной была борьба за благоволение и за то, чтобы не пресеклось взаимное расположение, что во всем, о чем клиенты просили покровителей, последние, сколько было сил, помогали; а так как патриции менее всего хотели отягощать клиентов, то они не допускали никаких денежных подношений»[343].
Плутарх тоже приписывает изобретение патроната Ромулу: «Некоторые выводят слово патриции от „патрония“ — так называли и теперь называют римляне заступничество: среди спутников Эвандра был якобы некий Патрон, покровитель и помощник нуждающихся, от него-то, говорят, и пошло название самой заботы о более слабых. Однако ближе всего к истине мы подойдем, пожалуй, если предположим, что Ромул считал долгом первых и самых могущественных отеческое попечение о низших и одновременно хотел приучить остальных не бояться сильных, не досадовать на почести, которые им оказывают, но относиться к сильным с благожелательством и любовью… Ибо он отделил людей влиятельных от толпы еще по одному признаку, назвав первых „патронами“, то есть заступниками, а вторых „клиентами“, то есть приверженцами, и вместе с тем установил между ними удивительное взаимное доброжелательство, ставшее впоследствии источником важных прав и обязанностей»[344].
По мнению ученых, развитие института клиентелы при Ромуле стало следствием имущественного расслоения внутри патрицианских родов, а также между родами, поскольку часть их со временем обеднела. Обнищавшие патриции были заинтересованы в покровительстве влиятельных людей и добровольно становились их «сородичами». Клиенты нередко брали родовое имя патрона, что являлось свидетельством их принадлежности к роду покровителя. Однако чтобы добыть средства для существования, одного покровительства было мало, и клиентам приходилось заниматься земледелием и скотоводством. В связи с этим патроны обычно выделяли своим подопечным земельные участки[345].
К клиентам, вероятно, примыкали так называемые друзья и дружинники (гетайры), являвшиеся доверенными лицами старейшин наиболее могущественных родов или царей[346]. Считается, что они участвовали в военных походах и важных политических акциях, проводимых их патронами.
Плебеи — это, как известно, некоренное население Рима, которое составляли жители завоеванных римлянами соседних общин. Однако существование плебса в эпоху Ромула большинство ученых подвергают сомнению. И хотя Цицерон указывает, что Ромул «распределил плебс на клиентелы у первенствовавших людей»[347], считается, что под «плебсом» он подразумевает основную массу населения, то есть простолюдинов. Похожая ситуация у Дионисия Галикарнасского, который вообще утверждает, что Ромул первым выделил плебеев из основной массы населения, но тут же именует их на греческий манер «демотиками», то есть простолюдинами, а затем смешивает с клиентами[348]. Однако клиентов нужно четко отличать от плебеев[349], поскольку последние, как известно, не имели своей собственной родовой организации и, в отличие от клиентов, не входили в патрицианские роды. В настоящее время принято считать, что, хотя в период правления Ромула в город переселялись многие представители покоренных им общин, они включались в состав уже имеющихся триб и курий и не служили источником для образования плебса.
О существовании рабовладения в эпоху Ромула античные авторы упоминают довольно кратко. Например, Тит Ливий и Плутарх отмечают, что царь изначально принимал в римскую общину разный сброд, в том числе и беглых рабов[350]. По сообщению Дионисия Галикарнасского, Ромул «повелел рабам и иноземцам предаваться занятиям возчиков и ремесленников, приводящим к низменным желаниям, которые уничтожают и калечат тела и души тех, кто им предается»[351]. Считается, что рабство в то время было исключительно патриархальным и не получило еще широкого распространения. Рабы воспринимались как младшие члены семьи, спали под одной крышей с хозяевами, вместе с ними принимали пищу у домашнего очага. Становились рабами в основном военнопленные или крайне обедневшие люди.
Для того чтобы новым римским народом легче было управлять, его необходимо было структурировать. По словам Дионисия Галикарнасского, «поделив весь народ на три части, он (Ромул. — М. Б.) поставил над каждой из них наиболее выдающегося предводителя. Затем, разделив снова каждую из трех частей на десять, Ромул назначил начальников из наиболее храбрых. Большие части он назвал трибами, а меньшие — куриями, как они зовутся еще и в наше время. На эллинский же язык названия эти можно перевести так: триба — это фила и триттия (треть народа. — М. Б.), курия — фратрия и военный отряд тех мужей, которые предводительствуют трибами, т. е. филархов и триттиархов, которых римляне называют трибунами; тех же, кто начальствует над фратриями и военными отрядами, они зовут курионами. А курии поделены Ромулом на десятки, порядок в каждом из них блюдет предводитель, называемый на местном языке декурионом»[352].
Иными словами, сначала Ромул разделил народ на три части — три трибы, затем каждую трибу на десять курий (всего получилось 30 курий), а каждую курию — на десятки (декурии). Во главе каждой трибы поставил трибуна, а во главе каждой курии — куриона, а во главе каждого десятка — декуриона.
Античные авторы сохранили названия трех Ромуловых триб: Тиции, Рамны и Луцеры. Триба Тициев была названа в честь царя Тита Тация, триба Рамнов — в честь самого Ромула, а триба Луцеров — в честь этруска Лукумона[353].
Термин «триба» соответствует по смыслу греческому слову «фила» (племя). Следовательно, три указанные трибы объединяли три племени — сабинов, римлян и этрусков — в один народ. Считается, что во главе каждой трибы находился совет под председательством трибуна, в который входили старейшины родов. Термином «триба» обозначалась еще и территориальная единица римской общины.
Уже в древности считали, что названия всех трех триб имеют этрусское происхождение[354]. Кроме того, ведь и сами этруски составили третью трибу — Луцеров. Еще во время войны с сабинами Ромулу оказывал военную помощь этрусский военачальник Лукумон[355], в честь которого собственно и была названа третья триба[356].
Иную версию происхождения наименования трибы Луцеров предлагает Фест, утверждая, что воевать с сабинами Ромулу помогал вовсе не этруск Лукумон, а Луцер, царь города Ардеи, столицы племени рутулов[357]. Плутарх же вообще уверен, что название трибы Луцеров связано с рощей (lucus), в которой укрывались беглецы, пользуясь правом убежища, предоставленного
