пережил.
Получен новый уровень! Текущий уровень — 99.
— Лииндарк? — очнувшись, сова явно не ожидала увидеть меня. Оури смотрела со смесью недоверчивости и непонимания.
— Мию нарэ. Да, меня так зовут. Что-то не так?
— Не ухмыляйся. Ты напоминаешь ворона.
— Ох. Может в награду за спасение ты хоть скажешь, чем он тебе так досадил?
— А разве смерти Алькора недостаточно?
— Вообще-то, его устранил я, а не ворон.
— Ты сделал это по его приказу. Если бы не Сайрис, ваши пути даже не пересеклись бы.
— Ошибаешься. И мне не понятны твои муки, оури. Он был негодяем и убивал разумных. Убивал пытками. Разве мы не сделали доброе дело?
— Тебе действительно не понять, сиин.
— Даже не начинай. Хотя нет… знаешь что? Ответь, Улинрай, как бы на моём месте поступил бы несбывшийся лис, если б тебя похитила пещерная тварь?
Сова опустила голову. Я достаточно изучил её, чтобы понять — сова всегда старается быть честной. Если она не хочет говорить — то просто не говорит, а не начинает выдумывать ложь.
— Можешь не отвечать. Я всё услышал в твоём молчании.
— Ты прав Лиин, — нехотя выдавила оури. — Я не понимаю, почему ты тут. Принц бы не стал тратить время на кого-то из нас. Оно слишком ценно…
— Услышь себя, ангел мира клеток! Так ведь звучит твоя регалия? Что может быть важнее жизни боевого товарища.
— Я не твой «боевой товарищ», — скривилась оури.
— Ошибаешься. Мы сражались плечом к плечу. А теперь я пришел спасти тебя. Ты мне должна жизнь, Улинрай. И не только мне — Ашеру тоже. Если бы он не заступился тогда, ворон бы лишил тебя жизни.
— Хорошо, сиинтри. Тогда скажи мне, почему ты следуешь за вороном?
— Ты не права с самого начала в том, что вообще так ставишь вопрос. Я следую не за вороном. Я следую с вороном. Понимаешь разницу?
— Если честно — не очень.
— Тогда скажу тебе так, Ули. Настанет момент, когда наши пути с ним разойдутся. Я никогда не требовал от тебя или Ашера служить Сайрису. Я хочу, чтобы вы шли за мной. Как и Балтор, к слову. Ворон ещё не знает, но вы не его личная гвардия, а моя. И каменные девы подчиняются мне, а не ему. Так кто за кем идёт, оури?
— Твои речи сейчас… о чём? — растерянно посмотрела на меня сова своими красивыми глазами, делавшими её схожей с призраком. Черные белки с огромной белой радужкой и крохотным черным зрачком. В этот момент я понял Ашера, так пекущегося о ней.
— Я должен поступить правильно в храме сама знаешь кого. А затем у нас будет еще много иных дел. Выполнить обещание и… вырвать сиинтри из-под тени сора. Вернуть власть в Геотерме — сиин.
Довольный произведенным впечатлением, я улыбнулся, и взглянул на тушу убитого чудовища.
Пещерная птица с бедным серовато-розовым оперением неподвижно лежала, неподвижно уставившись перед собой. Я протянул к ней руку, и перед глазами открылось окно с тремя перьями. Не шибко ценная добыча, но ничего другого я и не ждал. Разве что три яйца, чудом сохранившиеся рядом с телом птицы, могут быть полезны. Тело же лучше порубить на части, чтобы вложить в инвентарь — будет мне ужин. Разве что придётся снова узнавать у ворона, как это можно приготовить и слушать его глупые насмешки на тему обычаев моего народа.
Мда, а ведь раньше меня бы от таких мыслей стошнило, как любого порядочного сиин.
Постой. Я чую здесь силу, — услышал я шёпот ветра.
Голос Цвета. Давненько я не слышал об этой способности, но сразу узнал васильковое небо. В отличии от других моих сил, эта уже несколько раз обращалась ко мне напрамую.
Хочешь я приведу тебе нового подданного?
Подданного? В смысле, здесь есть новый Цвет?
Птица наделена им. Прикажи явиться. У тебя есть я, он послушает.
Зачем ты мне помогаешь?
У меня должен быть сильный владетель.
Вокруг меня поднялся лёгкий ветерок, разметавший хоори и растрепавший волосы. Сама же туша выцвела и поблекла, даже кровь её стала бесцветной. Не уверен, что это теперь можно есть.
А затем перед лицом появились слова великого отца:
Получен новый цвет. Вересковый отблеск. (5/1)
— Ничего себе. У тебя его сила! Теперь я понимаю, как ты смог убить Принца…
— О, ты что-то видела? — обернулся я к оури.
— Только то, что цвет оперение птицы в один миг стало серым. Порой так случалось с его врагами.
Я ещё раз смерил сову внимательным взглядом. Может ли она знать что-то полезное о магии Цвета? Нечто, что поможет мне избежать проблемы с химерностью?
— Вот, возьми зелье здоровья и можешь улетать. Найдёшь сама наших?
— Я же сова, как ты сам заметил. И вижу куда лучше, чем ты. Но ты действительно думаешь, что я улечу прямо сейчас? Что тебе нужно в этой башне, сиин?
Я хотел было ответить, что это не её дело, но с другой стороны, оури только начала приходить в себя после потери Алькора. Стоит ли грубостью шатать те мосты, что только начали вырисовываться в нашем общении?
— Как хочешь, — пожал я плечами, меняя форму и исчезая на нижнем этаже.
— Даже не думай, что буду тебя ждать наверху, — послышался крик Улинрай, хотя я и так прекрасно её слышал. А так же взмах её крыльев, так что появление влетающей в большое смотровое окно девушки-совы меня не удивил.
— Что это? — спросила она, глядя на единственный сохранившийся в помещении предмет.
— Чему тебя в детстве учили? Телескоп, оури.
— Змеи запрещают нашему народу постигать знания, кроме шаманизма. Что-то вроде ищеек-сиин на службе у сорами, — не упустила случая попытаться меня уколоть сова.
— Извини, я не знал.
— Не за что. Наша сила завязана на знаниях предков и тесно сплетена с обычаями нашего народа. Если бы не это, нас бы лишили истории, и пустили на опыты, как Ашера и ему подобных.
Я заглянул в телескоп, но почему-то вместо далёких земель увидел только лишь тьму. Представив на своём месте Сайриса, я задумчиво покрутил настраивавшие резкость колеса, но ничего не изменилось.
— Кажется, он неисправен, — вынужден был констатировать я. — А с виду хорошо сохранился.
— Этой башне более тысячи
