у щитов тегваарцев, под собственным весом фермер со слугой стали медленно соскальзывать по гладкой поверхности щитов вниз. Но и помятые ногами бедняги не смогли реализовать страшные угрозы. Обидчики и обиженные оказались настолько плотно придавлены к щитам, что не могли шевельнуть ни рукой, ни ногой, о том же, чтобы нанести затекшей конечностью удар, не могло быть и речи.
Навыки тени на автомате включились в стрессовой ситуации и помогли Артему мгновенно оправиться от потрясения, вычленить плюсы-минусы отчаянного положения и принять единственно верное решение.
— Билеты! — перекрывая рев толпы, крикнул он на ухо Брудо, растерянно сползающему рядом вниз. — Доставай скорее билеты!
Фермер безропотно подчинился. Как раз успел вытащить из бумажника билеты и передать домовику, до того как они окончательно сползли по щитам и оказались пришпилены к прозрачной преграде напирающей сзади толпой.
Давка здесь была такая, что беднягу Брудо едва не расплющили, как камбалу. Каждый вздох в толпе давался с неимоверным трудом. Уже через несколько секунд пребывания в этой давильне Брудо от боли и удушья ничего не соображал и находился на грани обморока. И если бы не расторопность спутника, беды бы не миновать.
Артем все сделал грамотно и быстро. Приложив оба билета лицевой стороной к прозрачному щиту и заручившись одобрительным кивком в багрового капюшона с другой стороны, он навалился на плечи хрипящего и задыхающегося под гнетом толпы Брудо, заставил пригнуться и протащил под ногами стражника, на пару мгновений приподнявшего щит. Особо прытких безбилетных соседей, рванувшись в открывшийся проход следом за счастливыми обладателями билетов, тролль отоварил хлесткими ударами дубинки, оказавшейся в свободной от щита руке.
Буквально волоком перетащив багрового от удушья Зерновика через порог Колизея, Артем без сил рухнул рядом.
Глава 27
Правило поиска нужных дверей
Как не стремительна была дубинка в руке тролля, отбросить всех хлынувших в проем безбилетников, она оказалась не в силах. Перед тем, как щит опустился на место, следом за Артемом и Брудо в Колизей успел прошмыгнуть еще и незнакомый гоблин из толпы. Этого счастливчика, к немалому удивлению Артема, когда он оказался внутри Колизея, никто и пальцем не тронул. Сам же растрепанный, весь в ссадинах и лиловых синяках гоблин и не думал никуда бежать. Он не спеша поднялся с холодного мраморного пола, отряхнул одежду и, окинув презрительным взглядом развалившихся обладателей билетов, прошел мимо, и скрылся за поворотом коридора.
Пока Артем приводил в чувство помятого Брудо, около них, как из под земли, возник низкорослый служащий Колизея, одетый в такой же как на привратной страже багровый кожаный плащ. Носастым лицом и плечистой коренастой фигурой он сильно смахивал на гнома, но землянистый цвет кожи, огненно-рыжая борода и отсутствие очков тьмы, выдали представителя иной расы разумных, проживающих в Темном Тегвааре, — кобольда.
— Позвольте ваши билеты, господа, — вежливо потребовал он, растягивая губы в радушной улыбке.
Артем сунул в протянутую руку ромбовидные кусочки картона.
— Все верно, — торжественно объявил кобольд, подробно изучив билеты. — У вас жемчужная ложа на третьем этаже.
— Это мы и так знаем, — прокряхтел Зерновик. Опираясь о руку Артема, он с охами и стонами кое-как встал на ноги. — Где моя трость? — взвизгнул он, срывая злость за помятые в давке бока на верном домовике.
— Да вот же она, — с трудом сдерживая закипающий гнев, весело откликнулся Артем, — у тебя в руке.
— Ах да, — рассеянно моргнул толстяк и окинул руку с тростью таким ошарашенным взглядом, словно впервые в жизни их увидел. — А саквояж? — вновь обеспокоено заозирался он.
— Здесь саквояж, у меня в руке. — Для наглядности Артем вскинул вверх руку и помахал дорожной сумкой перед носом фермера.
— Ничего не поцарапалось? — продолжил допрос неугомонный Зерновик.
На сей раз вместо ответа Артем лишь досадливо поморщился и закатил глаза.
Положение спас кобольд. Воспользовавшись возникшей паузой, он спросил:
— Господа уже бывали раньше в Темном Колизее?
— Нет, мы здесь впервые, — ответил немного очухавшийся Брудо и стал сбивать рукой невидимые пылинки с пальто.
— Тогда, с вашего позволения, я провожу вас до места, — предложил кобольд. — В хитросплетении здешних коридоров новичкам не просто разобраться без помощи провожатого. А до начала представления осталось семь минут. Будет обидно, если пропустите…
— Сколько? — перебил Брудо, уставившись в бегающие глазки кобольда.
— По слитню с персоны, — понизив голос до заговорщицкого полушепота, объявил цену кобольд и опасливо покосился на привратных стражей-контролеров.
— Сдается мне, тут не принято с клиентов деньги тянуть, — усмехнулся Брудо. — Вот выдадим начальству…
— Не хотите платить — не надо, — поджал губы раздосадованный кобольд. — Вам же хуже. В мои обязанности входит: встретить господ с билетами, удостовериться в подлинности предъявленных билетов, проводить их в нижний общий коридор и указать первую дверь. Дальнейший путь в ложу они должны отыскать сами. На самом деле это довольно просто, если знать правило поиска нужных дверей. Бесплатно обучать вас этому правилу я не стану.
— Ладно, убедил, — сдался Брудо. Вытащил из кармана пальто два монеты по слитню и вложил в ладонь кобольду. — Держи, крохобор. Только теперь уж, будь добр, доведи нас до ложи.
— Всенепременнейше, — вновь расплылся в заискивающей улыбке кобольд. — Прошу, господа, следовать за мной.
Фермер с домовиком двинулись следом за проводником по широкому просторному коридору, целиком вырубленному в многовековой гранитной толще. Привычных выходцам из Светлого ламп под потолком здесь, по понятным причинам, не было[1]. Но очки тьмы превращали непроницаемый, для привыкших к свету глаз, мрак в сумеречный дневной свет, как при затянутом тучами небе. При такой подсветке Брудо с Артемом все вокруг было прекрасно видно.
Отполированный до зеркального блеска пол радовал глаз причудливыми узорами розового мрамора. А нарочито грубо отесанные красные гранитные стены и потолок украшали барельефы со сценами схваток тегваарцев с чудовищами, добавляя мрачному антуражу рукотворной галереи еще больший колорит.
Прогулка по коридору продлилась довольно долго. Он оказался извилистым, пришлось сделать несколько поворотов и протопать шагов триста, не меньше, прежде чем добрались до нужной двери — широкой двустворчатой махины, окрашенной в тон стенам в красный цвет. Из-за двери в коридор доносился гул большого растревоженного улья.
— Господа, прошу обратить внимание, — кобольд указал на странные значки над дверными створками.
Над левой створкой выстроилась целая вереница из разноцветных квадратов,
