в считывании чужих поступков и намерений. И уж если он смог просчитать и подготовить начало Апокалипсиса, то один демон ему точно не помеха.
Таннер же, ни о чем не подозревая, одним из последних в очереди проходил посадку на самолет. Короткий внутренний перелет до Сиэтла, затем еще один, уже длинный и международный.
Время тянулось долго и каждый километр, отдалявший Криса от Эйприл, давался ему с большим трудом. Тьма бурлила внутри, набирая обороты, и Крис пожалел, что вчера у него не было близости. Стоило подумать об этом прежде, чтобы отправиться в дорогу пустым и спокойным, но драка с Дэймоном, его согласие и все остальное слишком взбудоражили демона.
И вот теперь он хмурился, нетерпеливо ерзая на месте. Нагрубил стюардессе, принесшей напитки и тут же мельком подумал, что было бы неплохо клеймить и ее, чтобы ненадолго избавиться от тьмы.
Однако хранитель стюардессы был светлым, ярким и чистым, как новенькая золотая монетка. Он встал между ними, крыльями заслонив свою подопечную, и Крис, показав ему зубы, все же удержался от опрометчивого поступка.
Ради смеха до конца полета Таннер пугал его и остальных хранителей, всполошившихся из-за появления демона в самолете, полном людей.
Да уж, теперь явно все небеса будут в курсе о его перемещениях. Да и плевать. Раз они до сих пор ни во что не вмешались, значит, им нет до него никакого дела. Впрочем, как и всегда.
Как и тогда, когда Анжела должна была умереть, но вместо этого погибла ее мать.
Как и тогда, когда Люцифер развязал Конец Света, а останавливать все это им пришлось самим.
Как и тогда, когда Самаэль слетел с катушек, получив чувства.
Как и тогда, когда сам Крис оросил свои крылья кровью.
Кажется, небеса давно оставили и его самого, и близких ему людей, и те раз за разом страдали от этой безумной несправедливости.
Поймав себя на мысли, что теперь рассуждает чисто, как Дэймон, Крис ухмыльнулся. Что ж, они оба покинули небеса и были теперь сами за себя.
Наконец самолет приземлился, вот только это было лишь началом пути Таннера, и он не мог себе позволить ни отдыха, ни сна. Вместо гостиницы его ждал междугородний автобус, затем какая-то калымага с водителем из местных.
Пронырливый тип, легко распознав в Крисе иностранца, к тому же молодого, попытался надурить его, запросив в три раза больше оговоренного и прикинувшись, что не понимает английский, хотя вначале прекрасно говорил на нем, пусть и с жутким акцентом.
Тогда Крис сам заговорил на местном языке (причем без всякого акцента) — как ангел, хоть и бывший, он знал все диалекты мира. После этого водитель, недовольно нахмурившись, сказал, что с этого надо было начинать, высадил Криса у нужного места и уехал, взвизгнув шинами.
Таннер ругнулся ему вслед, и без того раздраженный. Вот на этом мерзком типе он бы с удовольствием поставил метку Каина, ведь его прожженной душе и без того светил ад. Остановило Криса только нежелание целовать потного усатого мужика, от которого разило бензином.
Да уж, жаль, что у Таннера не имелось международных прав, чтобы взять машину напрокат, да и до места, куда он собирался, добраться на обычном авто было проблематично.
Оглядевшись, Крис вздохнул, опустил свою сумку прямо в дорожную пыль и уселся на нее сверху, чтобы не заляпать черные джинсы. Серое небо медленно светлело, обозначая скорый рассвет. Где-то рядом замычал мул, робко закукарекал первый ранний петух.
Поселение, куда приехал Крис, состояло из нескольких десятков низких домов, бедных, сложенных из светлого камня, но и оно не являлось конечной целью путешествия Таннера.
Здесь он намеревался запастись водой и свежей провизией в дорогу, и отправиться дальше. Прямиком в пустыню. Туда, где долгие тысячи лет был заточен Азазелл.
Глава 17
Впервые, проснувшись утром в школу, и не обнаружив рядом Дэймона, Анжела не расстроилась, а напротив, выдохнула с некоторым облегчением.
Раз Хэвенли здесь не было, значит и Люцифер уехал, и ей больше не нужно тщательно следить за своими эмоциями, пытаясь сохранить чужую тайну.
По крайней мере, до следующих выходных, но вдруг к тому времени что-нибудь изменится? Маловероятно, но все же, всякое бывает…
В тишине Анжела спустилась вниз, сделала себе завтрак и села есть, погрузившись в путаницу бессвязных мыслей.
Чем все это закончится? Смогут ли Дэймон и Крис одолеть Люцифера? А если смогут, то что будет дальше? Эйприл беременна нефилимом, небеса точно не пустят это на самотек… конечно, Анжела не слишком понимала, что плохого может быть в полу-ангелах, но Крис сам это сказал, а ему явно было виднее.
И что, даже если они и одолеют Люцифера, то ребенка все равно заберут у матери с отцом? А дальше? Его просто уничтожат? Но разве небеса не должны быть добрыми и справедливыми? А убийство младенца, будь то человек, или нефилим, или даже крошечный котенок — это все равно ужасная жесткость.
Анжела ненавидела Эйприл всей душой, ведь та еще со средней школы всячески издевалась над ней. Но потерять новорожденного ребенка… нет, такого бы она никому не пожелала, даже самому лютому своему врагу.
Собираясь в школу, девушка размышляла уже о другом. Как ей следует теперь вести себя с Крисом? И главное, как Крис станет вести себя с ней.
Продолжит избегать, как делал это уже которую неделю подряд? Скорее всего, да. Тем более, что если они вдруг начнут общаться, то Люцифер наверняка узнает об этом и что-нибудь заподозрит. Не говоря уже об Эйприл, которой подобное явно не понравится.
Но Анжеле все равно не хватало Криса. Она так привыкла чувствовать рядом его дружеское плечо и незримую поддержку, что теперь отчаянно тосковала. И еще сильнее угнетало то, что она совсем не могла ему помочь. У нее не было каких-то особых навыков, или блистательного ума, чтобы придумать гениальный план. И крыльев с суперсилами, чтобы помочь в битве с Люцифером, она тоже не имела. Как и всегда, в ангельских разборках она оказалась абсолютно бесполезной.
Впрочем, по пути в школу, Беллз постаралась выбросить все это из головы. Тем более, что на первом уроке Крис не появился. Значит, он решил по-прежнему ее игнорировать… что ж, может, так оно и лучше. Может, что-то изменится, когда все это закончится. Если закончится…
— Когда уже у ваших парней прекратятся семейные проблемы? Видеть не могу больше эти грустные глазки… — проворчала за обедом Кайла, когда они втроем уселись за свой излюбленный столик
