Гл ава 19
Где-то в высокогорье.
Малкольм закрыл глаза, слушая свистевший в горах ветер. Потребовалось некоторое время, но ему, наконец, удалось найти место, где он был в полном одиночестве на многие мили вокруг.
Здесь, на вершине, воздух был прохладнее и прозрачнее. Воитель видел окружавшие его горы, трава колыхалась, переливаясь на ветру то зеленым, то фиолетовым цветами.
Крики сокола-сапсана вызывали улыбку на его лице. Солнце всходило и заходило множество раз, пока он сидел тут и в дождливую, и в солнечную погоду. Ночное небо пестрило облаками, скрывая луну, но дневное небо было самым красивым зрелищем, ярко-синим океаном, плещущимся над головой.
Именно это делало его счастливым, когда он был смертным. Мужчина обосновался здесь в надежде понять себя и, возможно, обнаружить остатки своей человеческой сущности.
Он не был удивлен, когда так ничего и не обнаружил.
Малкольм мог легко обвинить во всем Дейдре, освободившую его бога, но истина заключалась в том, что единственный виновный — это он сам.
Зазвонил телефон. За последние шесть часов это был шестой вызов. Даже видя имя Ларены на дисплее, Воитель не отвечал.
Он не беспокоился, что это было что-то важное, потому что, будь это так, Брок, благодаря своей силе, мог легко найти его.
Нет, лучше ему оставаться одному. Единственная подходящая компания — это он сам.
Он пробыл Воителем совсем недолго до того момента, как переместился во времени на четыре столетия вперед. Но, несмотря на это, он едва мог вспомнить часть своей человеческой жизни.
Смутные вспоминания о том, что у него, вероятно, была женщина. По всей видимости, она была не очень важна для него, потому что он не мог вспомнить ее лицо, и, тем более, ее имя.
Малкольм посмотрел на свою правую руку. Покрывавшие ее шрамы были скрыты под рубашкой. Но он не мог скрыть уродливые отметины на лице и шее. Куда бы он ни шел, люди глазели на него. Мужчина видел свое отражение в зеркале и знал, как ужасно он выглядел.
По крайней мере, когда Дейдре была жива, ее магия прятала его уродство.
— Это что все, что жизнь приготовила для меня? — спросил мужчина вслух.
Молчание было ему ответом, но в тишине ему даже дышалось легче. Он был из тех, кому не требовалась компания. Он был сам по себе.
Если бы только Ларена поняла это. Но кузина слишком упряма.
***
Ронни не знала, как провела весь предыдущий день. Он был длинным и мучительным. Не из-за раскопок или того, что ей пришлось лгать всем и сказать, что в комнате кургана ничего не нашлось, а потому, что она была в курсе каждого движения Аррана, каждой его улыбки.
Она, должно быть, была слишком расстроена нападением, чтобы заметить, как мужчина убрал всякое доказательство того, что в комнате находились артефакты в подтверждение ее лжи.
Еще одна услуга, за которую надо его поблагодарить.
Девушка хотела предупредить всех о существах, но не была уверена, что ей поверили бы. Арран велел ей ждать. В Замке Маклауд была Друид Гвинн, которая хорошо умела отыскивать информацию, и пока она не услышит, что эти твари были замечены где-то еще, нужно молчать.
Все было нормально, пока Ронни не оказалась в комнате, и воспоминания об увиденных ею монстрах и о том, как они чуть было не убили Аррана, нахлынули на нее. Но мужчина пришел ей на помощь, и, несмотря на боль, он остался с ней.
Как она могла сомневаться в нем? Сравнивать его с Максом? Он был не таким, как Макс.
Около часа назад рассвело, и Ронни удалось съесть несколько кусочков печенья и выпить три чашки кофе. Нервы ее были на пределе.
— Он просто мужчина, — напомнила она себе.
Девушка прикрыла рот рукой и рассмеялась. Ну, в действительности, он не был простым мужчиной. Он был бессмертным и обладал силой, гораздо большей, чем простой человек.
Они должны были выехать в любой момент. Ронни потерла руки и посмотрела на свою дорожную сумку. Шотландец будет за рулем, ведь ее автомобиль все еще на ремонте.
Вдвоем. Несколько часов. С Арраном.
Его улыбка, раскаленный взгляд, наблюдающий за ней. Его тело само по себе было искушением. Его губы, которые только одним поцелуем, лишали ее дыхания.
Он был всем: сексуальным, страстным и несдержанным, от чего Ронни была не в состоянии связно мыслить. Просто, находясь рядом с ним, ее сердце начинало биться, как бешеное, дыхание становилось прерывистым. Кровь воспламенялась, когда она начинала думать о нем, как он снова целует ее.
Девушка вздрогнула, вспомнив его твердое, как скала, тело. Ее грудь отяжелела, а соски затвердели.
И, ох, как же ей хочется большего.
Прошли годы с тех пор, как у нее была близость с мужчиной. С находящимся рядом Арраном, она могла думать только о сексе. Может быть, из-за того, как он всегда наблюдает за ней, с этой темной силой, что заставляла ее чувствовать себя так, будто в животе порхают тысячи бабочек.
Ронни не могла вспомнить, когда в последний раз она проводила время наедине с мужчиной, который не являлся бы Питером или Энди. Что нужно говорить? Как она должна действовать? А еще лучше, как можно дать ему понять, что она заинтересована.
— Готова?
Девушка вздрогнула от неожиданности и резко обернулась, обнаружив Аррана внутри своей палатки. Руки задрожали, и она спрятала их за спиной.
— Ах, да.
Он поднял темную бровь и усмехнулся.
— Звучит неубедительно, милая.
— Ненавижу все это, — пробормотала она.
— Именно поэтому я сопровождаю тебя.
Ронни издала смешок.
— Только поэтому?
— О, да. Энди сказал, что я буду отваживать орду твоих поклонников.
На этот раз рассмеялась она.
— У меня нет орды.
— Энди так не считает.
— Это единственная причина?
Его глаза горели желанием, таким же темным, что чувствовала она.
— Нет. Я должен озвучить ее, милая?
— Нет, — прохрипела она. — Не сейчас. И не здесь.
Он потянулся к ее сумке.
— Не бойся, Ронни. Кто может защитить тебя от твоих поклонников или ... еще чего-то лучше, чем я?
Блеск в его золотистых глазах заставил ее сердце пропустить удар. Его губы слегка изогнулись в улыбке.
— Действительно. Кто еще?
Прежде, чем она успела сказать хоть слово, он прошел мимо. Потянувшись к сумочке, Ронни выпрямилась и увидела, что Арран поддерживает створку палатки.
Девушка вышла, осмотрелась вокруг и увидела, что Энди, как обычно, держит все под контролем.
