исключения в отношении действий, которые являются допустимыми согласно МГП[128].
Обеспечение гарантий защиты для правомерных действий и надлежащих гуманитарных исключений
Широта содержания и сферы охвата понятия, известного как «феномен ИБТ», привела к тому, что масштабные меры реагирования на него создали препятствия для целого ряда правомерных действий или даже привели к наказаниям за такие действия. Эта проблема не ограничивается ситуацией исключительно с ИБТ. Например, законы о борьбе с терроризмом, касающиеся вопроса о противодействии финансированию терроризма, оказанию «материальной поддержки» террористическим организациям[129] или «косвенному подстрекательству» к терроризму[130], в последние годы все чаще используются для борьбы с правозащитниками и гуманитарными организациями. При этом введение новых запретов, ограничений и составов преступления после принятия Резолюции СБ ООН 2178 (2014) значительно усугубило эту проблему[131].
Среди последствий, возникающих в результате осуществления мер по противодействию ИБТ (в частности, последствий для гуманитарных организаций), можно отметить ограничение возможности взаимодействовать с определенными группами и, таким образом, получать доступ к гражданскому населению некоторых районов; применение в отношении сотрудников гуманитарных организаций новых или усиленных ограничений на поездки, делающих их работу практически невозможной; активизация деятельности по сбору оперативных данных в затронутых регионах, что может подорвать отношения гуманитарных организаций с местными сообществами и организациями-партнерами. Для некоторых правительств «граница между общением с запрещенными группами в целях вербовки и общением с ними в целях гуманитарных переговоров оказывается слишком тонкой для отражения этого различия в контртеррористическом законодательстве, особенно в период повышенного внимания к вопросам национальной безопасности»[132].
Выражения особой обеспокоенности звучат в связи с вопросом о необходимости исключения из сферы действия таких мер сотрудников гуманитарных организаций, в том числе медицинского персонала, оказывающего помощь «боевикам», получивших ранения в ходе боевых действий. Защита таких сотрудников и их роль «являются фундаментальным элементом МГП […] с момента его кодификации 150 лет назад»[133]. Оказание тех или иных форм гуманитарной помощи, включая медицинскую, является защищенной деятельностью согласно МГП и не должно ставиться под удар.
Помимо этого, усиление правового и нормативного регулирования в связи с угрозами, создаваемыми ИБТ, может негативно влиять на готовность доноров предоставлять средства или готовность частных компаний (например, банков и других финансовых организаций) оказывать финансовые услуги и содействовать осуществлению финансовых транзакций в ситуации вооруженного конфликта. Например, эти субъекты могут отказывать выделять средства или оказывать финансовые услуги гуманитарным проектам, поддерживающим контакты с вооруженными группами или формированиями, которые могут официально рассматриваться определенными государствами как «террористические», или каким-либо другим организациям лишь потому, что они ведут деятельность на определенных территориях (например, в определенных районах Ирака и Сирии), которые находятся или ранее находились под контролем групп, занимавшихся вербовкой ИБТ. Хотя это касается не только законодательных мер и директивных решений в отношении ИБТ, усиление правового и нормативного регулирования и контроля в целях борьбы с финансированием терроризма может заметно сказаться и на возможности оказания гуманитарной помощи организациями по правам женщин и гендерному равенству из-за профиля этих организаций и среды, в которой они работают[134].
Лишь немногие государства предприняли попытки предусмотреть исключения для гуманитарной деятельности. Указанные выше исключения для тех действий, которые являются допустимыми согласно МГП, сохраняют свою актуальность и могут служить защитой для определенных видов правомерной деятельности, признанной в МГП[135]. Меры по противодействию ИБТ должны носить адресный характер: в противном случае они могут нанести ущерб гуманитарной сфере, а также подорвать уважение общества к гуманитарному действию и понимание им гуманитарных нужд. В связи с этим важно обеспечить, чтобы законы и практические меры в отношении ИБТ содержали четкие и ясные положения в части оказания гуманитарной помощи. Отсутствие ясности может привести к негативным последствиям для защиты прав человека и, в конечном счете, для усилий по борьбе с терроризмом. Таким образом, государства должны предусмотреть тщательно продуманные, узко сформулированные и действенные исключения, не допускающие неправомерных ограничений для тех, кто занимается подлинной гуманитарной и правозащитной деятельностью, и обеспечивающие им защиту в соответствии с обязательствами государств по международному праву прав человека и международному гуманитарному праву.
3.2. Общие рекомендации, касающиеся применения правозащитных норм
Рекомендации
Государствам-участникам ОБСЕ следует обеспечить, чтобы национальные законы, стратегии и практические меры, направленные на противодействие угрозе, исходящей от ИБТ, осуществлялись в полном соответствии с международным правом, включая стандарты международного права прав человека и международного гуманитарного права.
В частности, государствам следует сделать следующее:
– улучшить свое понимание проблем, связанных с феноменом ИБТ, а также его движущих сил, причин и способствующих ему факторов, включая конкретные факторы, ведущие к участию женщин и девочек в деятельности ИБТ; разрабатывать адресные, действенные и основанные на фактических данных меры в соответствии со своей обязанностью предотвращать потенциальные угрозы, создаваемые ИБТ, и противодействовать этим угрозам; принять и осуществлять всеобъемлющий и комплексный подход к предотвращению деятельности, судебному преследованию, реабилитации и реинтеграции ИБТ, и заново отрегулировать баланс между мерами подавления, менее принудительными альтернативами и профилактикой, по возможности оказывая предпочтение последней;
признавать и защищать весь спектр прав человека, включая гражданские, политические, экономические, социальные и культурные права, которые могут быть затронуты мерами реагирования на феномен ИБТ, и уделять внимание как прямому, так и косвенному воздействию этих мер;
– применять законодательные меры и стратегии, касающиеся ИБТ, в соответствии с основополагающими принципами и гарантиями защиты прав человека, включая принципы законности, необходимости, соразмерности, равенства и недискриминации;
– учитывать контекст, индивидуальные особенности конкретных случаев и характер поставленных под угрозу прав, с тем чтобы обеспечить индивидуальное и адресное применение практических и политических мер, направленных на противодействие ИБТ, и таким образом не допустить произвольных и неправомерных ограничений прав человека;
– обеспечить, чтобы меры в отношении ИБТ ни при каких обстоятельствах не приводили к нарушениям абсолютных прав и чтобы были соблюдены основополагающие гарантии защиты верховенства права;
– гарантировать доступ к эффективным средствам правовой защиты и, при необходимости, к надлежащим механизмам возмещения ущерба для лиц, чьи права могли быть затронуты законодательными мерами и стратегиями по противодействию ИБТ.
Обязанность
