— Ну что ж, место выбрал умно, — хмыкнул Колин. — Вам дать время побыть вместе или сразу займёмся делами?
— Дай нам часа три. И пусть привезут побольше еды, — вздохнул Тай. — А теперь убирайтесь, я хочу утешить любимую девушку.
— Твоё предложение вместе принять душ ещё в силе? — улыбнулся он, когда мы остались одни.
— Всего лишь три часа? Боюсь, чтобы утешиться, мне понадобиться больше времени, — сорвался с моих губ игривый шепот. Больше не хотелось думать о таинственном киллере, Мие и остальных вопросах, сейчас мне хотелось полностью растворить все свои тревоги и страхи в этом парне, забыться в удовольствии, которое он умеет дарить, насладиться каждой минутой, проведённой вместе. Медленно снимая с себя одежду, я наблюдала как нервно дёргает кадыком Тай не спуская с меня глаз, как участилось его дыхание, когда абсолютно обнажённая, переступив свою одежду и заколов волосы, я подошла к нему вплотную.
— Может тогда ты согласишься провести со мной больше времени? Например, всю жизнь? — с трудом произнёс Тай, когда я принялась его раздевать, и взяв за руку повела за собой в душ.
— Я подумаю. Вначале я хочу прочувствовать, как ты меня любишь, кто-то обещал мне это продемонстрировать…
Могла ли я предположить, встретив впервые этого мужчину, которой в тот вечер окинул меня уничтожающим взглядом, что он будет дрожать от моих прикосновений, издавать такие протяжные стоны и просить добавки? Определённо не могла. В душе мне казалось, что я потеряю сознание от переизбытка его вырвавшихся на свободу чувств. Мы занимались любовью с таким упоением, что после третьего оргазма, Тай всхлипнул и я совершенно чётко увидела в его глазах слёзы:
— Ты для меня…ты это моё всё, — пробормотал он. — Я хочу детей и свадьбу.
— Именно в такой последовательности? — уточнила я, сидя сверху.
— Можно сначала свадьбу потом дети. Это значит «да»?
— Это твоё официальное предложение?
— Официальное будет, когда я разведусь. Я желаю заключить предварительное соглашение.
— Тогда считай, что оно у тебя есть, — потянувшись, выгнулась я, под этим обожающим меня взглядом.
Глава 17
Тайвин
— Я пойду с тобой! — заявляет мне Дженни, воинственно вздёрнув свой носик.
— Ага, здрасьте. Ты будешь ждать меня дома, я встречусь с этим загадочным Беном один на один. Нет, вы слышали? — бросаю взгляд на улыбающихся парней.
— Чего вы лыбитесь?! Я серьёзно! Доказано, что женщины, дети и животные, смягчают даже самых жестоких преступников. На киллера это тоже должно подействовать. Со мной Бен общался, можно даже сказать, вежливо. Поэтому если мы пойдём вместе…
— Скажу ему, что я пришёл с девушкой, потому что мне одному страшно, — хмыкаю я, не дав ей договорить. С одной стороны, это так мило. — Давай тогда уже прихватим какого-нибудь карапуза и котёнка, чтоб совсем уж разжалобить этого профессионала, он станет мягким, покладистым и купит нам всем сахарной ваты.
— Ты не понимаешь… — Дженни закусывает дрожащую губу, и я в который раз за сегодня сгребаю её в охапку.
— Кнопочка, я понимаю, что ты волнуешься. Всё со мной будет в порядке, мои люди будут поблизости. Он ведь снайпер, если бы он хотел меня убить — давно бы уже это сделал. А так ему просто хочется о чём-то со мной поговорить, видимо, о чём-то важном, и как подсказывает мой нюх — дело связано с большими деньгами. Такие парни обычно очень корыстны. Скоро вернусь. С тобой тоже останется охрана, бояться нечего. Ты меня осчастливишь, если успокоишься. …Я жду.
— Хорошо, — кивает она, глубоко и шумно вздыхая, делая вид, что успокоилась и расслабилась. Но только я выйду за дверь, как пить дать, снова начнёт заламывать руки и маршировать туда-сюда.
Колин подаёт знак, и мы выдвигаемся. Мне уже самому не терпится встретиться с этим типом и поскорее вернуться, чтобы она перестала дрожать и топить меня в своих больших грустных глазах.
На место я прибыл без опозданий, но парень «во всём чёрном», как описала его Дженни уже ждёт меня, небрежно сунув руки в карманы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Пунктуальность — это твоя фишка? Мне нравятся чёткие парни, — кивает он, сдержанно улыбнувшись. Я бы даже казал, что он расслаблен. Естественно, он в курсе, что сейчас мои люди следят за ним в оптический прицел, но это его нисколько не напрягает.
— А вот мне не понравилось, что ты крутился рядом с Дженни, — я разглядываю его, он разглядывает меня.
— А я думал, ты начнёшь разговор с благодарности, что я завалил Таджи, избавив тебя от такого геморроя.
— Вряд ли ты сделал это бесплатно. Давай ближе к делу, Бен. Если это твоё настоящее имя. Чего ты хочешь?
— Торопишься вернуться к своей малышке? Она действительно милый котёнок, наивная, чистая и только твоя. Круто быть первым и единственным. Скорее всего, вы даже сможете счастливо прожить до старости.
До хруста сжав кулаки, сузил глаза и молчу. Он явно испытывает моё терпение, прощупывает слабые места и как скоро я могу взорваться.
— Ну не злись, я ведь по-родственному, — ухмыляется он. — Ты ведь взял фамилию деда, отказавшись от фамилии отца. Детские обиды? Не хотелось за все эти годы выяснить, что он за человек?
— Не имею ни малейшего желания выяснять. Человек, который бросил тяжелобольную жену с маленьким ребёнком на руках, даже не явившись на её похороны — для меня пустое место.
— Принципиальный и жёсткий. На самом деле, ты похож на него больше, чем ты думаешь. А вот он, в отличие от тебя, пристально следил за твоими успехами и неудачами. «Настоящий мужик никому не позволит держать себя за яйца и диктовать условия, даже любимой женщине», любит он частенько повторять. И то, что ты позволит Таджи наступить себе на горло, нашего отца не на шутку огорчило. «Сынок, самое время выручить брата, пока он не опозорился ещё больше», — сказал он мне недавно.
— Как трогательно. Сейчас разрыдаюсь. Чего вы от меня хотите? Вернее, сколько я вам должен отвалить, чтобы я тебя больше не видел?
— А я надеялся, что захочешь провести чуть больше времени со своим братом, — чувствуя себя хозяином положения, тянет время и мотает мне нервы этот придурок. — Всё-таки у нас с тобой один отец, мы могли бы наверстать упущенное. У нашего отца было много романов, бабы за ним всегда умирали, но детей у него всего лишь двое — ты и я. Меня действительно зовут Бенджамин Крафт. А ты рождён Тайвином Крафтом, и ты по-братски сделаешь меня совладельцем твоей компании. Я останусь в городе, буду присматривать за вами, и бонусом, в качестве моего подарка для Дженни, могу избавить тебя от ненавистной жены.
— Дженни не нужен труп бывшей подруги в качестве подарка, — я его уже ненавижу, и родственных чувств не испытываю точно. — Что будет, если я откажусь? Грохнешь меня по-братски с особой заботой?
— С чего ты взял, что я собираюсь убивать Мию? Напротив, я заставлю её стать моей женой, люблю укрощать стерв. В отличие от тебя я буду жёстче и буду её трогать как можно чаще, и в итоге она станет очень послушной девочкой. И всё, что ей достанется от попочки тоже станет моим. Я давненько кручусь в вашем городе, успел изучить все нюансы. И ты не откажешься, Тай. Потому что счастливая и долгая жизнь с Дженни стоит того. В противном случае ты снова попадёшь за решётку, но уже навсегда. У нас тоже есть связи, и они покруче влияния бывшего ныне покойного мэра. Есть вероятность, что твоя компания будет процветать. Мы расширим ассортимент, включим в производство высокоточную оптику. Ты сможешь сотрудничать не только с НАСА.
— Но и с военными, — качаю головой, понимая куда он клонит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Верно. Это выгодное предложение. Соглашайся. Ты нисколько не обеднеешь, наоборот. Твои доходы возрастут.
— Дело не в этом!
— Я гарантирую безопасность твоей семье. Ведь я проникся искренней симпатией к Дженни. Ты мне пока что мало нравишься, но думаю, мы подружимся. Итак? Время на раздумья у тебя нет.
— Как и выбора, — цежу я сквозь зубы. — Посмотрим, насколько ты человек слова. У меня будет одно небольшое условие: я хочу встретиться с отцом. Хочу, наконец, взглянуть этому ублюдку в глаза.
