Теперь на меня, конечно, смотрят все по-другому. Кажется, даже посетители ресторана, будто им на входе сообщают: «сегодня для вас поёт невеста генерала». Меня подбадривает то, что моё исполнение нравится людям, я отдаюсь исполнению с душой, перепевая песни, которые когда-то коснулись моего сердца. Тайвин разрешил петь всё, что я выберу, но не чаще чем две песни в час. Поэтому, когда я заметила, что Тай присаживается за столик вместе с Беном и ещё одним пожилым мужчиной, на этот момент я была совершенно свободной, мне жутко хотелось присоединиться к их компании. Если я его будущая жена, как он утверждает, значит, я должна знать, что происходит. Набравшись наглости, ведь у меня хороший учитель, придумав причину, я уверенно подошла к восьмому столику:
— Здравствуй, Бен. Кажется, злой волшебник за исполнение желаний просил меня исполнить для него песню. Ты выбрал, чтобы ты хотел послушать? — держусь спокойно и вежливо, даже улыбнулась в конце.
— Рад видеть тебя, принцесса, — вдруг поднявшись с места, он выдвинул для меня свободный стул. — Надеюсь, ты к нам присоединишься?
— Нет! — рявкнул Тай.
— Да, — кивнула я, присаживаясь рядом с раздувающим ноздри генералом. — Меня зовут Дженифер, — протянула я руку, молчаливо наблюдающему за мной сурового вида мужчине.
— Я наслышан о тебе, Дженни, — легонько пожал он мою руку под подчёркнутое недовольство Тайвина. — Можешь звать меня папа или Арчи. Ведь я так понимаю будет свадьба?
— Я буду называть вас дедушкой, — усмехнулась я, почему-то ни капли его не боясь. Хотя сегодня у меня и Бен не вызывал такого страха.
— Как вы быстро. Что ж, я не против стать дедушкой, — хмыкнул Арчи.
— Спасибо, что разрешил, — мрачно процедил Тай. — Дженни, обязательно было принимать удар на себя?
— Обязательно. Мне обязательно нужно было поступить именно так перед любителями послушных девочек, — вчера Тай рассказал мне о разговоре с Беном и о его планах насчёт Мии. Я само собой была на неё чертовски зла и обижена, но меня жутко возмущает сам подход. На что «жёстких воспитатель» Бен только фыркнул.
— Кто этот злой волшебник, Дженни? Я-то надеялся, что сыграл в твоей жизни добрую роль, — Бен покосился на играющего желваками Тайвина. — Мне бы очень хотелось послушать в твоём исполнении песню Агилеры «Сердце». Когда ты пела её в прошлый раз я даже дышать перестал. Надеюсь, Тай, ты не воткнёшь в меня вилку? Она действительно классно поёт. Тебе повезло.
— Я знаю, — цедит Тай, глядя на них волком.
— Тогда я пойду готовиться. Слушай внимательно и не дыши, злой волшебник, — поднялась я из-за стола, нервировать дальше Тайвина было опасно. Ещё, чего доброго, взвалит на плечо и отвезёт домой.
— А, я понял! — воскликнул Бен. — Место доброго волшебника занято Тайвином!
— Догадливый, — кивнув, спешу на сцену.
Когда я исполняла эту песню, они действительно слушали меня, не отвлекаясь, но на последних аккордах Тай и Арчи направились в кабинет генерала, который располагался прямо за кухней. За столиком остался сидеть один Бен, и я снова решила не упускать такую возможность. В следующий раз Тай вряд ли позволит мне расспрашивать этого профессионала своего дела.
— Не против, если я составлю тебе компанию? — вспорхнула я на свой стул.
— Я надеялся на это, — просиял он. Улыбка и взгляд этого парня опасны. Он видит тебя насквозь. Он знает множество способов, как отнять жизнь. И мне не нравится, что он загнал Тайвина в угол. — Спасибо за песню. Мне очень понравилось. Позволь я поухаживаю за тобой? — налил он мне соку. — Вижу в твоих глазах осуждение и любопытство. Будем болтать покуда не вернётся Тай?
— Зачем они удалились?
— Обсудить кое-что без лишних ушей. Личная беседа отца и сына. Куча претензий, злости и крепких словечек. Сердишься на меня?
— Как ты пробрался ко мне домой? — конечно я злюсь, особенно из-за этого.
— Пф, Дженни, да замок вашей квартиры взломает любой школьник.
— Зачем тебе это было нужно? Как узнал, какая из чашек моя любимая? Следил за нами из дома напротив?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Окружение Тайвина тщательно изучали и проверяли, учитывая все мелочи и самое важное. Когда между вами вспыхнула интрижка, пришлось изучить жизнь девушки, с которой развлекался мой брат. Крохотная камера, припрятанная у вас на кухне — и я уже знаю, чем живёт семья. А вот проникнуть в гнездо Тайвина мне не удалось, там слишком хитрые замки и умная сигнализация. Зато я изучил дом, в котором держали Мию.
— Зачем она тебе? — не удержалась я, потому что этот вопрос одним из первых крутился у меня на языке. — В смысле зачем принуждать её выйти за тебя замуж? Ты на неё запал или только так можно заграбастать грязные деньги Таджи?
— Грязные деньги я умею отмывать, — усмехнулся он. - Я никогда не отказываюсь от денег, но в данном случае они приятный бонус. Она мне понравилась внешне, её формы, восточные глаза, ухоженная кожа. И главное характер, то, что нужно. Я сразу почувствовал, что этот персик созрел для меня, что эта горячая дикая кобылка просто ждала своего наездника. Понимаешь? — но так как я молча уставилась на него округлёнными глазами, искренне не понимая, как кому-то может нравиться характер Мии, Бен продолжил объяснять. — Девочкам, которые имеют восточные корни, с детских лет навязывают осознание, что они должны покоряться мужчине. Отцы воспитываю дочерей именно с таким уклоном. На Востоке женщины даже чувствуют потребность слушаться своего мужа, они иначе даже не представляют себе отношений между мужем и женой. Я тебе даже больше скажу — их возбуждает их покорная зависимость, их возбуждает страх или трепет уважения. Они очень сильно отличаются от гордых и независимых западных женщин. Мию тоже возбуждает страх, ей не нужен нежный и заботливый любовник. Своим поведением она просто бросает вызов, ожидая мужчину намного сильнее себя, который заставит её слушаться, и она будет кайфовать от своего послушания именно рядом с таким мужчиной, жёстким, властным и требовательным.
— Таким был её отец и она его терпеть не могла.
— С чего ты взяла? Вовсе нет. Просто рано созревшая Мия жаждала принадлежать своему мужчине, вот и срывалась на отце.
— А как ж чувства, Бен? Как же ласка? Жёстко когда-нибудь надоест. Захочется положить голову на колени, чтобы тебя нежно погладили, посюсюкали, в конце концов, для разнообразия, — кто б мог подумать, что я буду обсуждать с профессиональным снайпером подобные темы.
— Когда я подчиню её себе появится и нежность. Она станет кроткой, мягкой и любящей. Любовь ведь имеет разные формы, Дженни. И я как раз поклонник именно таких отношений. Я умею и знаю, как воспитывать таких женщин, как Мия. Моя жена не будет со мной спорить, противиться и делать мне на зло. Она никогда не будет выносить мне мозг и пытаться подчинить меня своими перепадами настроения. А вот ты будешь постоянно бороться с Тайвином за равноправие. И ему, похоже, это нравится. Как и тебе.
— Какое счастье, что у меня нет восточных корней. Я не завидую ей. Скажи, твой отец …он тоже профессионал своего дела? — что-то Тай долго не возвращается и меня это начинает беспокоить.
— Именно он всему меня и научил. Между прочим, чтобы обучиться у Арчи Крафта люди платят большие деньги. У этой профессии масса своих тонкостей. Наш отец считает, что каждый мужчина обязан уметь хорошо стрелять, чтобы защитить тех, кто дорог и не оставить врагу шанса. Ну и чтобы прокормить себя своим мастерством. Но тебе нечего нас опасаться, Дженни.
— Вы давите на Тайвина. Вы отняли у него половину компании.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Мы поможем ему развить его бизнес. Просто … просто семья должна держаться вместе. Что ты хочешь в качестве свадебного подарка?
— Извинения раскаявшейся Мии! — ляпнула я.
— Хорошо. А вот и Тай. Пока вы там шептались, мы с Дженни очень мило побеседовали, — сообщил он Тайвину, который не стал присаживаться, наоборот, он заставил меня подняться, прижимая к себе.
— Пожалуй, мы с Дженни пойдём домой, — сдержанно бросил мой хмурый генерал, кивнув отцу и брату.
