открываю глаза, наслаждаясь приятной истиной после проведенной ночи с Олей. Даже представить себе не мог, что можно настолько сильно скучать по человеку. Да, я был уверен, что смогу забыть ее раз и навсегда, но нет. Каждая сраная клеточка моего тела изнывала в ее отсутствие.
— Доброе утро! — потягиваюсь в кровати, стараясь нащупать нежное тело на своей кровати, но его нет.
Подскакиваю от странной мысли, что Оля ушла. Она опять оставила меня в этой пустоте. Натягиваю штаны и выскакиваю из комнаты.
— Оля! — ору на всю квартиру, стараясь унять панику в своей душе. — Оля! — залетаю на кухню.
Ольга сидит за столом и смотрит на меня с испугом. Мгновенно расслабляюсь. Она здесь. Не ушла. Не оставила меня.
Подхожу ближе и обнимаю ее за плечи, наслаждаясь ее легким ароматом после утреннего душа.
— У тебя все в порядке? — спрашивает она осторожно.
— Теперь да, — прикрываю глаза, чтобы окончательно прийти в себя и убедиться в ее реальности. Она здесь. Моя.
— Я проснулась рано, проверила Марусю и пошла в душ. Думала, ты будешь спать немного дольше после…
Она замолкает. На ее лице выступает легкий румянец, как воспоминание о прошедшей ночи.
— Люблю тебя! — шепчу ей на ухо и вновь завожусь. Так дело не пойдет. Надо расслабиться, иначе я усажу ее на стол и возьму прямо здесь.
Оля догадывается о моих мыслях и смущенно отводит в сторону глаза, а я готов взорваться на миллиарды осколков от ее нежности. Моя сладкая девочка.
— Иди в душ, — отталкивает она меня в шутливой манере.
— Примешь его со мной? — склоняюсь ниже, нежно касаясь губами ее щеки.
— Вадим.
— Да ладно-ладно. Скоро вернусь и пойду к Марусе.
— Она еще спит. Захар проверяет ее состояние и готовит развернутый план лечения. Ему не стоит сидеть возле нее целыми днями. Хотя спасибо, что организовал все. Мне действительно намного спокойнее, когда он рядом.
— Она и моя дочь.
Эти слова приятно ласкают мой слух. Кто бы мог подумать, что после звенящей тишины я обрету сразу двух прекрасных девочек?
Нехотя отступаю от Оли и иду в душ. Стоит оказаться под прохладными струями воды и разум начинает работать. Я обязан найти своего брата и выяснить, нахрена он так поступил. Не позволю ему вновь вмешиваться в мою жизнь и все рушить.
— Как моя дочь? — возвращаюсь на кухню и первым делом интересуюсь у Захара, раскинувшегося за кухонным столом.
— Показатели в норме. Она идет на поправку, но пока ее лучше не беспокоить. Ей нужно немного времени, чтобы полностью стабилизироваться. И еще… — он поворачивается в сторону Оли, — постарайтесь больше не подвергать ее риску до операции. Это все влияет на общий исход ее болезни.
— Я помню. Спасибо, что приехали, — опуская глаза в стол, тихо произносит она, и я готов отмотать время вспять и дать себе здоровенного леща за то, что подверг Марусю опасности.
— Захар, я переведу вам благодарность сегодня в течении дня. Надеюсь, мы с вами и дальше будем сотрудничать.
— Спасибо, конечно, но в следующий раз можно будет как-то более деликатно меня вызывать. Я чуть в штаны не наделал, пока меня везли сюда, — усмехается он, разряжая обстановку. — Я поеду, если вы не возражаете. Все рекомендации в комнате Маруси. Если будут вопросы — звоните.
— Да. Спасибо, — он покидает квартиру, оставляя нас наедине. Нам предстоит нелегкий путь, чтоб обрести утерянное доверие, но я готов ждать сколько угодно. — Ты завтракала? — спрашиваю у Оли, аккуратно касаясь ее ладони.
— Еще нет. Марта пошла в комнату ответить на звонок. Сейчас вернется и все приготовит.
— Хорошо, я пойду к Марусе. Думаю нам стоит наладить с ней общение.
— Она хорошо к тебе относится. Первое время ей было тяжело и страшно, но не сейчас. Маруся быстро привыкает к людям.
— Спасибо, что веришь мне. Я все исправлю и стану настоящим отцом для нашей малышки.
Глава 47
Вадим
Захожу в комнату дочери и небывалое тепло окутывает меня со всех сторон. Маруся лежит на кровати и тихонько сопит. Подхожу ближе, касаясь мягких волос. Ее глазки медленно открываются.
— Серый волк, ты пришел меня съесть? — шепчет она сонным голосом.
— Нет, я пришел проверить как ты себя чувствуешь, — всматриваюсь в черты ее лица. Как же я раньше не заметил, что она так сильно похожа на меня?
— А где мама?
— На кухне. Она сказала, что ты спишь.
— Я спала, но услышала как ты крадешься и проснулась.
— Прости, не хотел тебя будить.
— Знаешь, я думала ты злой, но ты вон сколько сделал для меня. Даже разрешил Мише прийти в гости. Знаешь, а он по нам скучает. Он мне Мишку вот оставил, — она протягивает мне плюшевого медвежонка. — Скажи красивый?
— Красивый.
Улыбаюсь ее словам и меня больше не разрывает от ревности. Эти девочки мои, но в их сердцах всегда будет место и для докторишки. Я буду полным мудаком, если начну вставлять палки им в колеса и не позволять общаться. Невозможно кого-то взять и выбросить из своей жизни, если он занимал там значимое место.
— Я принесу тебе завтрак, хорошо?
— Хорошо. Можно мне суп?
— А ты точно маленькая девочка? — прищуриваюсь, глядя на нее с улыбкой. — Я слышал, что дети любят есть конфеты.
— Они вредные. Надо хорошо кушать, чтоб моя болезнь ушла. Я не хочу, чтоб мама плакала, когда у меня терепепере…терампе…
— Температура, — договариваю за нее, проникаясь все больше ее искренностью.
— Да. Мама сильно плачет, когда я болею.
— Твоя мама больше не будет плакать. Я тебе обещаю. Мы тебя вылечим и ты больше не будешь болеть.
— Правда? Обещаешь? — в ее глазах загорается волшебный огонек надежды.
— Я тебе клянусь. Если хочешь, то я могу даже поклясться на мизинчиках. Как тебе?
— Хочу! — воодушевляется малышка и протягивает свой крошечный пальчик.
— Я скоро вернусь, — пожимаю ее пальчик и с улыбкой выхожу из комнаты. — Оль, там….
Замираю на пороге кухни, улавливая аромат омлета. Испуганно перевожу взгляд на Олину тарелку.
Как в замедленной съемке наблюдаю за ней со стороны. Она опускает вилку
