Вся кавалькада мчащейся колонны быстро и красиво входила во владения гор. Скорость спала на поворотах, но все равно была предельно опасной. Шоссе живописно закружило средь холмов и отрогов горных хребтов.
И, когда… О, боже… Он услышал дружные плотные залпы, далеко разносимые эхом по окрестностям, с больной головы подумал было, что это где-то армейские силы помощи подключились. Но впереди трагично и обреченно почти одновременно несколько машин закувыркалось и загорелось. Одна ярко взорвалась. Понял. Дошло. Поверил-засада. Но чья? Раздумывать было некогда. Залпы гремели с механической точностью.
— А-а-! — истошно заорал он в рацию. — Назад!!! Все назад!!!
Его, флагманский кабриолет, умно шедший сзади первым развернулся почти на месте и сиганул со спринтерской скоростью обратно. Остальные, не хуже своего командира, виртуозно произвели такой же маневр и также дружно понеслись обратно. Со стороны казалось, будто это демонстрация ходовых качеств автомобилей разных марок.
— В Рио? В Рио! Все в Рио! — продолжал кричать он в рацию, как очумелый, глядя назад и подсчитывая перевернутые машины. Совсем немного их оставалось в его распоряжении. Кажется одиннадцать. А было тридцать одна. Негодяи.
— На раненом монахе отыграемся, ребята! Мы с него шкуру живьем снимем! Скотина! Что б они сдохли, как русские в сорок первом. С нами бог! Зиг хайль!!..
И много, много прочих громких и нецензурных выражений.
Глава тринадцатая
— Майор, а почему вы не оставили людей у приюта? Неужели не понятно, что и Рус, и монахи, или кто-нибудь еще обязательно посетят детскую богадельню. Сами дети наконец. Это же связующее звено. Старое правило любой слежки.
— Извините, мистер Маккинрой, как-то под впечатлением более значимых дел не придал этому особого значения. Да и людей маловато. По многим основным позициям мы их расположили и мои агентурные ресурсы кончились. Все так стремительно, неестественно, непохоже. Особенно этот брюзжащий немец. Меня очень сильно заинтересовало, куда он поехал.
— Майор Рэй, объясняя вам задачи на первой встрече, я надеялся с вашей стороны на большее соучастие в судьбе русского монаха. Вы ведь далеко не глупый человек, умеете серьезно анализировать. Если — я каждодневно напоминаю о нем, и как вы заметили, значит я уполномоченный центром вести самостоятельно многие латинские дела, лоббирую здесь отнюдь не свои интересы. Понимаете? Вы должны это основательно, профессионально ощущать. Как нам теперь отыскать монахов? Подскажите. Ведь они дважды на одном месте очень редко появляются. А старый немец никуда от нас не денется.
— Он и не делся, сэр. Мне известны подробности их погони за монахами.
— Странно и интересно. Вы все еще верите, что это немцы сели на хвост китайцам?
— По логике предпринимаемых ими усилий, наверное, так.
— И каков результат?
— Около двадцати машин подбито и разбито. Два вертолета. А сколько людей пока не известно.
— Мне думается, дорогой Рэй, что вы все еще в плену бездарных иллюзий господина Динстона. Неужели после таких ощутительных, даже разгромных потерь можно с прежней настойчивостью утверждать, что это немцы настойчиво преследовали монахов. Такое положение больше смахивает на очень грамотное заманивание в ловушку, что по всей видимости и произошло. Ваши приятели немцы попались в дешевый капкан, как голодные шакалы.
Майор непривычно смутился. Он понял, что сэр Маккинрой знает все главные и уязвимые места не только его резидентуры, но и по Южной Америке вообще. Надежды на то, что можно тихонько играть на двух господ исчезли, "как сон, как утренний туман".
— Хорошо, — прервал потаенные мысли майора, эксперт, — сейчас надо думать, где может быть Рус с раненым монахом и куда они могут двинуться в дальнейшем.
— А, если он не ранен? — пробовал как-то весомо полемизировать Рэй.
— Разве на месте происшествия нельзя было определить, кто где лежал. Свидетели. Да и комиссар, француз, далеко не лишний для нас человек.
— Ну, этот комиссар, сам себе на уме. Хитрости и иносказания у него на всех хватит.
— А почему он не должен быть хитрым? Все мы хитрые. — Маккинроя начали раздражать примитивные суждения майора, — не делите всех, как Динстон: хитрый, тупой, наш, не наш. От вас зависит, какие люди и как с вами говорят. Вы должны создавать ситуацию на благо себя, своей работе. Относительно вашего имиджа с вами будут искренни и ваши визави. В означенном регионе вы гораздо могущественнее карманных президентов. Вас боятся, уважают. Данным положением остается только умело пользоваться. Не нужно быть сутягой, и вам откроются многие откровенности каждой мало-мальски влиятельной семьи в вашем регионе.
Люди с удовольствием будут на вас работать, потому что вы американский разведчик. Второй такой страны пока в мире не имеется.
— А русские? — совсем уже обиженно и не в строчку отговаривался Рэй.
— Русский образ жизни, их имперские замашки не модны нынче. У нас свободный образ жизни, у них лагерный. Вам это не объясняли в колледже.
Офицер понятливо кивнул.
— Слушайте меня, майор, и делайте все быстро. Китаец ранен. Без лишней огласки найдите, в какой больнице или поликлинике его оперируют.
— Неужели кто-то осмелится везти его в госпиталь? Это же ставить под смертельный удар.
— Не перебивайте меня. Во-первых, все версии нужно быстро проверить. Второе: вы еще не раз увидите нелогичные ходы русского. За свою жизнь он нисколько не будет рассуждать, если его брат гибнет.
Какие еще могут быть утверждения об опасности. Это не те люди. Да и заметьте для себя: скорость выполнения хирургической операции прямопропорциональна выживанию китайца. Рус не будет впустую бегать по дешевым подпольным больницам. У него есть деньги, и считать их он не будет. Третье: эта молодая девушка, которую похищали немцы, забронировала три каюты «люкс» на корабль до Кейптауна. Все это вы должны были без меня узнать и раньше меня. Ваша задача отвести ищеек Луиса от раненого монаха, обмануть их, пустить по ложному следу.
Второе: найдете девушку и передадите документы на Руса и монаха, а также на несколько сопровождающих. Проследите, чтоб все было о'кей.
Понятно, майор. — Более, чем понятно, — пристыЖенно ответил резидент. Он неожиданно понял, что и сэр Маккинрой, и полковник Динстон пользуются какими-то дополнительными и более сведущими агентурными связями.
Гораздо более выше рангом, чем его долговременная, созданная предшественниками, разведсеть. Он даже подумал: и, наверное, это истина, что его разветвленное агентурное подразделение, всего лишь бутафория для отвлечения спецслужб латинских стран. Может его используют также, как недотепу Динстона. Обидно. После пришедшего озарения Рэй очень зауважал своего шефа. И понял окончательно, что только в связке с ним есть возможность на порядок улучшить свое реноме и свое будущее.
— Господин Маккинрой, — голосом человека, принявшего окончательное решение, заговорил резидент, — я все понял. Разрешите идти выполнять задание.
— Хорошо, майор, если вы все поняли, — эксперт по-новому посмотрел на подчиненного. — Но теперь постарайтесь сохранить монахов всеми имеющимися у вас средствами.
— Это я тоже полностью уяснил, сэр, — живо рапортовал майор.
— Ну что ж, надеюсь, что буду верить вам, майор; и что недосказанного между нами больше не будет.
— Ноу, сэр, — выкрикнул офицер и побежал.
Даже в повседневной оперативной работе Маккинрой действовал быстрее и намного эффективнее Динстона. Эксперт гораздо лучше разбирался в людях, и почти никогда не ошибался в выборе. Смелее ставил на них. Но потом и помогал им в полной мере, если они достаточно отвечали его требованиям. Динстон бросался во все возможные места, всем платил, путался, но построить стройную целевую концепцию своей деятельности не мог. Что-то получалось, — везло. Но в крупных делах, когда против него выступали сильные противники и опытом, и интеллектом: пасовал, терялся.
Сейчас, по прошествии некоторого времени, всматриваясь в комиссара Боднара при свете яркого бразильского солнца, Маккинрой был уверен, что француз переиграет ставленников Динстона, капитана Луиса и прочих.
Хотя метис и имел богатый послужной список и числился в очень удачливых офицерах…
— Месье комиссар, меня очень интересует: ранен монах или нет.
Изучение места происшествия дало пистолет, который находился в руках главаря банды. Закопченный пороховыми газами ствол, недостача в обойме трех патронов. Сблизи трудно промахнуться. Следовательно, китаец наверняка ранен. И судя по скорости, с которой его увезли с места ранения, видимо тяжело. Какая картина боя вырисовывается? — помогал эксперт французу быстрее собраться с мыслями и дать более обстоятельный ответ.
