– Да уж, что со мной разговаривать – ведьма она ведьма и есть. И если раньше я хотя бы не была на нее похожа, то теперь точно не спутаешь. Страшная и седая…
– Ксель…
– Зато можно не притворяться, что разница в возрасте не имеет значения! И, если раньше это было не столь заметно, то теперь однозначно видно. Старая язвительная тетка Ксель! За-а-а-амечательно! – Я уже почти кричала. Н-да, а это – почти истерика.
– Не старая. И не язвительная, – спокойно возразил Рейн, проведя кончиками пальцев по моему лицу. Улыбнулся. – Хорошая. Очень.
– Ну, конечно! Хотя ты прав – нам тут с тобой еще войну выигрывать, как я поняла. Причем вместе. Ладно, пошло все куда подальше, я свое общество тебе навязывать не буду. Как-нибудь перетерпишь меня здесь, а дома уже без меня как-нибудь…
– Я не хочу без тебя. – Медленно, четко выговаривая слова, ответил Рейн, рывком притягивая меня к себе. – Я хочу с тобой. И плевать мне, какой у тебя цвет волос.
– Ты еще скажи, что жить без меня не можешь, – язвительно отозвалась я, пытаясь отодвинуться от него, но не тут-то было. Что бы он про себя ни говорил, но сила у него была, и еще какая.
– А если так оно и есть?..
Дальнейшее не поддавалось никакому цензурному описанию хотя бы потому, что все мысли из моей бедовой головы улетучились напрочь, а холодный и трезвый разум вовсе смылся, на прощание неуверенно вякнув, что в этом замке вряд ли найдутся достаточно эффективные противозачаточные средства. Впрочем, на тот момент на подобные мелочи нам обоим было глубоко наплевать…
Разум вернулся, как всегда, неожиданно и во время очередного стресса. Ну а как еще можно назвать ситуацию, когда в процессе снятия чего-то, напоминающего ночную кружевную рубашку с десятком ленточек, над головой слышится томный женский голос, уверенно говорящий, за какую ленточку надо дернуть, чтобы сорочка снялась быстро и без проблем? А если еще открыть глаза и узреть висящую в воздухе полупрозрачную фигуру пышнотелой девицы в алом платье с откровенным декольте? Что бы вы сделали? Правильно, я так и поступила. Я отпихнула от себя полураздетого Рейна и со словами: «Ты ЭТО тоже видишь?!» обличающе ткнула пальцем в мало что понимающего призрака, зависшего над нами.
Рейн увидел.
А потом произошло непонятное. Зрачки у него чуть дрогнули, вытягиваясь в вертикальную щель, и следом плеснуло жгучим ветром, от которого привидение отбросило к ближайшей стене, как ударом кувалды. Я думала, что оно пролетит кладку насквозь, но беззвучно вопящая полупрозрачная девица влетела в стену и со звонким плюхом растеклась по поверхности.
Я тихо хихикнула, обозревая получившееся живописное пятно на гобелене, с которого на нас смотрели обиженно моргающие карие глаза призрака. Рейн приглушенно выдохнул сквозь зубы, неласково глядя на кляксу, которая плавно стекла на пол вместе с глазами…
Напряжение, копившееся во мне последние несколько часов, прорвалось-таки наружу, и я совершенно беззастенчиво захохотала во весь голос, откинувшись на подушки и колотя кулаком по перине. Да какой тут секс? Стоило только вспомнить обиженно моргающие глаза призрака на гобелене как раз в том месте, где была изображена… хм… пятая точка некоего злобного захватчика, склонившегося ниц перед доблестным защитником, героем давно минувших дней, как я начинала хохотать с новой силой. Тут уже думаешь, как бы не задохнуться от смеха, а не о чем-то еще…
Наконец я отсмеялась, призрак собрался обратно в томную девицу, правда несколько потрепанную и обиженную, а Рейн перестал злиться и уже более миролюбиво смотрел на привидение, которое робко постучалось в ближайшую стенку и обратилось к нам:
– Прошу прощения, великолепный господин, но не могли бы вы быть столь милосердны и развеять наложенное вами заклинание, дабы я могла покинуть пределы этой комнаты? Клянусь, что никогда впредь не помешаю вашему драгоценному уединению…
Мы с Рейном переглянулись, а потом я, одернув ночнушку, уселась на кровати и поинтересовалась у привидения:
– Ну, сама понимаешь: настроение перебито напрочь, так что лучше расскажи, за каким тебе понадобилось мешать нам таким оригинальным способом?
– Ой, еще и ведьма… – тихо пробормотало привидение, уныло усаживаясь прямо на воздух. Кажется, идея вмешаться во взаимоотношения колдуна и ведьмы уже не казалась ей такой блестящей…
– Да ладно, чего ты так скуксилась? – Я усмехнулась как можно непринужденнее, чувствуя, как гормоны, так и не нашедшие выход, начинают буянить с новой силой. – Мы ж не звери какие. Да и ты все равно уже мертвая, какая тебе разница?
– Вот тебя по стене размажут, поймешь какая, – буркнуло привидение, принимая более развязную позу.
Н-да, что ни говори, а при жизни сия дева была очень красивой. Хоть и несколько полноватой по меркам двадцать первого века. Впрочем, у нас эталоном красоты почему-то считаются длинноногие «вешалки», которые лично у меня вызывают жалость, ощущение, что девицы поголовно жертвы дистрофии.
– А тебе что, больно было? – поинтересовалась я, не удержавшись, и потыкала призрака пальцем. Девица захихикала и с воплем «Щекотно!!» переместилась повыше к потолку. Мы с Рейном задрали головы, созерцая привидение, которое внезапно перестало возмущаться и приняло крайне задумчивый вид.
– Ксель, а что ты с ней сделала? – тихонько спросил Рейн, наклоняясь к моему уху.
– Пальцем потыкала. Знаешь, на ощупь – как густой туман, ничего больше. А она чего-то захихикала…
– Эй вы, двое! – До нахального призрака, по-видимому, уже дошло, что мы люди незлые, развлекаться, отфутболивая многострадальное привидение и ударяя им о стены, не будем, значит, нас можно не бояться. – Вы в курсе, что вы первые за последнюю сотню с чем-то лет, которые меня увидели? А еще и потрогать умудрились… – Это уже мне лично. – Милая девушка, да таких, как вы, я учила! А вы позволяете себе такое!– Полупрозрачная дама горделиво одернула подол красного платья и задрала подбородок.
Рейн пристально посмотрел на привидение, а потом нарочито громким шепотом поинтересовался у меня:
– Слушай, по-моему, она нарывается.
– По-моему, тоже, – в тон ответила я. Призрак подумала и сменила стиль общения.
– Ну, извините, жизненная привычка, никак не избавлюсь. Все-таки отвыкла я разговаривать с живыми, а других призраков в Ранвелине нет. А раз так случилось, то позвольте представиться. – Привидение сделало в воздухе кокетливый книксен. – Я – Аринна Савиньель, бывшая наставница для девиц рода благородного.
– Рейн, – кивнул мой товарищ. – А это – Ксель.
– Кстати, раз уж представились, то можно вопрос? А наставницей в какой области вы были?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
