По курсу и расчетному времени подо мной должно быть Солнцево. Спустился, видимость нулевая, сплошной туман до самой земли. Разворачиваюсь, беру курс домой, на свой аэродром. Примерно на половине пути к дому мотор зафыркал, стал давать перебой, пропала тяга. Держу меньшую скорость, подбираю оптимальные обороты – все без толку. Самолет опускается все ниже и ниже. Вот уже и кромка облаков, опускаюсь в эту пелену. Высота четыреста метров, а там непроглядная муть до самой земли. Ну, думаю, все, долетался ты, Анатолий Васильевич. Сейчас спустимся ниже, зацепимся за какой-нибудь столб, дерево или дом, и поминай как звали.
Ивану не говорю о состоянии самолета, да он и сам все прекрасно понимает. На наше счастье, сплошная пелена облаков окончилась, кое-где стало проглядывать солнце, попробовал прибавить газу, мотор немного потянул, но потом стал опять работать с перебоями, тяга то появлялась, то пропадала. Появилась некоторая надежда, когда стали замечать знакомые ориентиры. Скоро должен быть аэродром, выпускаю шасси, тяну, сколько смогу. Заметил аэродром, сразу немного стало легче, с ходу иду на посадку. Только когда колеса коснулись земли, от сердца что-то отлегло, под нами земля, падать некуда. Технику дал «разгон», велел выяснить причину плохой работы двигателя и устранить неисправность. Доложил генералу, что задание выполнено, над Солнцевом сплошная облачность и движется она в нашем направлении, видимо, скоро будет здесь. Так и случилось, не прошло и часа, как небо закрыли густые серые облака.
– Ну, Иван Александрович, думал – все, отлетались мы с тобой. Но ничего, вывезла лошадка.
– А я и не сомневался, – ответил штурман»[135].
Во второй половине декабря действия ВВС Юго-Западного фронта сильно ограничивались сложными погодными условиями. Например, в оперативной сводке № 086, составленной в 4:00 16 декабря начальником штаба генерал-майором Шкуриным, говорилось:
«ВВС ЮЗФ в течение 15.12.41 из-за плохой погоды произвели всего 19 самолетовылетов, из них на атаку войск – 11, на атаку аэродрома – 1, на боевую разведку – 1, на сопровождение самолета ПС-84 – 3, 3 самолета задание не выполнили из-за плохой погоды. Сброшено 12 ФАБ-100, 8 ФАБ-50, 10 АО-25, 2400 патронов. Уничтожено 6 автомашин, 10 повозок, до 80 солдат.
1 СБ не вернулся с боевого задания.
36 АД – произвела один самолетовылет на боевую разведку в районе Верховье, Ливны, Россошное. Попутно с разведкой атаковал из облаков по расчету времени северную окраину Верховье. Сброшено 2 ФАБ-50, 10 АО-25.
2 самолета, вылетавшие на прикрытие своих войск, задание не выполнили из-за плохой погоды.
19 АД – атаковала 2 самолета Ме-110 на аэродроме Орел, скопление войск в районе Перехожее (30 км ю.з. Верховье) – до 30 автомашин, и колонну войск на дороге Орел – Зяблово (до 30 автомашин и 50 подвод). Сброшено 12 ФАБ-100, 6 ФАБ-50, 2400 патронов, 13 000 листовок. Уничтожено 6 автомашин, 10 повозок, до 50 солдат.
1 СБ не вернулся с боевого задания.
Произведено 12 самолетовылетов, из них на атаку войск – 11, на атаку аэродрома – 1.
ВВС 38А (75 АД) – произвели 1 самолетовылет на разведку войск противника – задание не выполнил из-за плохой погоды.
101 АД[136] – произвела 3 самолетовылета на прикрытие посадки самолета ПС-84.
ВВС 40, 6, 3, 13А, РАГ № 4 и 316 РАП – боевой работы не вели из-за плохой погоды»[137].
Правда, была и хорошая новость: пропавший без вести двумя днями ранее бомбардировщик Су-2 из 16-й авиадивизии нашелся вместе с экипажем. Оказалось, тот произвел вынужденную посадку на брюхо в районе Урицкое.
16 декабря погода стала еще хуже, над землей висела сплошная облачность, в низинах стоял туман и дымка, шел сильный снегопад. Видимость составляла от 200 метров до 1 км. «Части ВВС ЮЗФ разведывательных полетов из-за неблагоприятных условий не производили, – сообщалось в телеграмме разведывательного отдела. – Отдельные экипажи в районы разведки пройти не смогли».
Стоит отметить, что во второй половине декабря огромная зона действий ВВС Юго-Западного фронта значительно сократилась. Дело в том, что 18 декабря командованием Красной армии был снова образован Брянский фронт в составе 3, 13 и 61-й армий. Ранее, за два месяца до этого, таковой был полностью разгромлен, а остатки его частей влились в состав Юго-Западного фронта. Соответственно были заново образованы и ВВС Брянского фронта. Номинально им были приданы сразу 14 авиационных полков и одна отдельная эскадрилья. При этом часть подразделений, в том числе 4-я РАГ, были позаимствованы из ВВС ЮЗФ. Однако авиация выглядела внушительно только на бумаге!
Так, в состав ВВС 3-й армии (11-я САД) по состоянию на 24 декабря входили 165-й ИАП, 184-й ИАП, 241-й ШАП и 646-й легкий бомбардировочный авиаполк (ЛБП). В них насчитывалось всего 26 исправных самолетов, в том числе 13 Р-Z[138], 6 ЛаГГ-3, 5 Ил-2, по одному И-16 и ЛаГГ-3. В состав ВВС 13-й армии (61-я САД) входили 24-й КСБП, 20-й ИАП, 97-й ББАП и 66-я разведывательная авиаэскадрилья (РАЭ). В них насчитывалось 23 исправных самолета, в том числе 10 Як-1, 5 Пе-2, 4 Су-2, 3 Р-5 и 1 СБ.
ВВС 61-й армии (12-я САД) состояли из двух полков (594 ЛБП и 703-й АП), в которых насчитывалось всего 19 исправных машин (11 Р-5 и 8 У-2). Приданная ВВС БФ 4-я резервная авиагруппа включала в себя 148-й и 431-й истребительные полки, 99-й ББАП, 431-й ШАП и некий «полк Утина». В них имелось 15 исправных самолетов, в том числе 5 МиГ-3, 5 Ил-2, 3 Пе-2, по одному ЛаГГ-3 и Як-1. Таким образом, в общей сложности ВВС Брянского фронта в предновогодние дни и в разгар наступления располагали 83 боеготовыми самолетами, еще 67 числились неисправными[139].
Тем временем 20 декабря 40-я армия начала наступление на Тим с задачей сначала выйти на рубеж одноименной реки, а затем продвигаться на Курск.
21 декабря 63-я авиадивизия ВВС 40-й армии, в которую входил 289-й ББАП, выполнила всего 8 самолетовылетов. Экипажам ставилась задача вести разведку немецких войск и коммуникаций в привычном районе Курск – Прохоровка – Обоянь – Тим. Однако из-за сильного снегопада 7 экипажей вернулись, не выполнив задание. ВВС 3-й и 13-й армий произвели всего 10 вылетов, потеряв один Ил-2, сбитый зениткам и, 16-я и 36-я авиадивизии отчитались соответственно о четырех и десяти вылетах, а 14-я АД и вовсе об одном самолетовылете на прикрытие собственного аэродрома. Исключение составляли лишь 19-я и 75-я авиадивизии. «19-я АД – уничтожала скопления войск противника в районе Червонный Шахтер, прикрывала ж.д. станции Лиски и Таловая, – сообщалось в отчете
