всего лишь мокрой тряпкой, которой Мейхуи протирала мне лицо.
— Господин Ян, Вы очнулись! — раздался её на удивление радостный голос, словно это не она прошлой ночью пыталась меня убить.
Я резко сел и огляделся вокруг.
Я действительно находился в открытой повозке. И мы действительно двигались, несмотря на то, что была ночь. Кроме меня здесь была только Мейхуи, которая смотрела на меня странным взглядом. Рядом скакал боец, который, стоило мне сесть, радостно меня поприветствовал и тут же ускакал за Акамиром, сообщив, что тот приказал ему позвать его, как только я приду в себя.
— Как долго мы уже двигаемся? — спросил я Мейхуи.
— Как тронулись в путь после вашей битвы, так почти и не останавливались, — тут же с готовностью ответила она, протянув мне чашу, которую предварительно наполнила из кувшина.
Я взял протянутую чашу и за пару глотков полностью её опустошил, только сейчас осознав, как сильно я, оказывается, хотел пить. Следом за первой, я выпил ещё три, пока полностью не удовлетворил свою жажду.
К этому моменту к нам прискакал Акамир, который выглядел донельзя довольным.
— Ян! — радостно воскликнул он. — Мы сделали это! И ты в порядке!
— Были какие-то сомнения? — я усмехнулся и поднял вопросительно бровь.
— Были, — внезапно серьзёным голосом ответил он. — С твоей духовной энергией происходило что-то непонятное. Алев советовал мне держаться подальше от тебя, остальные духи, как я понял, вообще не рисковали появляться рядом. С тобой точно всё в порядке?
— Сейчас — да, — кивнул я.
— Это из-за Иня? — догадался он.
— Да. Слишком много энергии поглотил. В какой-то момент мне даже показалось, что он меня вытеснит, — признался я.
Акамир ничего не ответил, лишь сильно сжал губы. Да и что тут можно сказать? Посоветовать быть осторожнее? Напомнить о том, что слишком много поглощённой духом энергии может быть опасным? Так я и так это прекрасно знаю. А Акамир знает, что я знаю. Вот и выходит, что говорить, вроде как, и не о чём.
— Почему мы движемся? Ночь же.
— После смерти Хранителя духи перестали нападать, и я решил, что стоит этим воспользоваться и поскорее покинуть зону аномалий. Зовид уже разведал дорогу. Примерно через час, если будем двигаться с такой же скоростью, выберемся отсюда.
— В этом есть смысл, — согласился я. — Как остальные? Ты сам как? Тебе тоже сильно досталось.
— Со мной полный порядок. Да и с остальными тоже. Более того, все наши «змеи», кто принимал участие в битве с Хранителем и поглотили его плоть, стали значительно сильнее. Включая лекарей. Лэй так вообще творит чудеса. У него раны на теле затягиваются, практически как у тебя! Представляешь?
— Это хорошая новость, — улыбнулся я, радуясь тому, что, несмотря на то, что мы прошли по грани, это позволило нам стать сильнее.
Осталось только поговорить с не отзывающимся сейчас Инем и выяснить, что со мной было. Да и про Извращённого он мне ничего не рассказал. А ещё я чувствовал, что медоед изменился. Он словно стал взрослее и мудрее. И мне не терпелось узнать, что именно с ним произошло, и как сильно на Иня, да и на меня, повлияло поглощение им Хранителя.
Глава 20
Как бы мне ни хотелось побыстрее нагнать Тигра, но нам пришлось сделать остановку. По словам моих сотников, после убийства Хранителя наступило небольшое затишье, но потом духи и изменённые звери словно с цепи сорвались. Они нападали на наш обоз сплошным потоком, не обращая внимания на то, что гибли десятками и даже сотнями.
Естественно, что после такой атаки, у нас было очень много раненых. Убитых, к счастью, почти не было. Бойцы смогли выжить сами и защитить обслугу. После этой безумной атаки наступило затишье, чем и решил воспользоваться Акамир, который взял на себя обязанности командира, пока я был без сознания.
К слову, после того, как обоз двинулся дальше, нападений больше не было. Все опасались, что это временное затишье, так что приказ Акамира о движении даже ночь, чтобы поскорее убраться из этого места, было встречено с пониманием и полной поддержкой.
Именно благодаря этому, аномалии были пройдены так быстро, и, к тому моменту, как я, наконец, пришёл в себя, мы были уже у самой границы. Однако, дальнейшая погоня была пока невозможна. В противном случае, любой сильный отряд, попавшийся бы нам на пути, нанёс бы нам сокрушительный удар.
Два дня мы провели на границе с аномалиями. Значительно увеличившие свои силы после сражения с Хранителем лекари залечивали раны пострадавших бойцов и животных. Специальные отряды сборщиков, под охраной воинов собирали ценные растения, не рискуя заходить слишком глубоко вглубь аномалий. Зовид, как обычно, со своим десятком, отправился разведывать дорогу.
А я пытался разобраться в происходящих со мной изменениях. И речь шла не только об усилившихся навыках, увеличившемся запасе духовной энергии и её насыщенности. Меня беспокоило, что, время от времени, меня с головой захлёстывали чуждые мне эмоции и ощущения.
В такие моменты, я словно частично терял над собой контроль, уподобляясь своему духу-зверю. В каждом встречном воине я видел противника, которого необходимо одолеть в схватке. Меня переполняла ненависть к духу-тигру, змею и коню. Ощущения были схожи с теми, которые я испытал после битвы с Хранителем. Но не такие сильные. Радовало лишь то, что с каждым разом мне удавалось брать себя в руки всё быстрее. А то, когда такой приступ случился со мной в первый раз, я знатно напугал находившихся рядом бойцов и Мина.
Второй раз я потерял над собой контроль, когда был ночью в своём шатре. Точнее, я был там один изначально. Но, спустя какое-то время, когда я пытался обуздать инстинкты рвущегося из меня зверя, ко мне просочилась Мейхуи.
Помню, как она благодарила меня за спасение своей жизни и называла великим воином, быть рядом с которым великая честь. Перед глазами стоят картинки, как она сбросила на пол одеяния, представ передо мной практически полностью оголённой. Вроде бы она говорила что-то о том, что согласна стать моей женой.
Я отвлекся всего на пару секунд, завороженный открывшимся зрелищем, но зверю, сидевшему внутри меня и рвущемуся наружу, этого хватило, чтобы завладеть моим сознанием.
Когда я полностью пришёл в себя, то первым делом сел и огляделся вокруг, с замирающим сердцем готовый обнаружить мёртвое тело девушки.
