class="p1">Я умирал. Буквально. Не уверен, находился ли в раю… или в аду.
У меня была самая сильная эрекция за всю жизнь, и Блэйк продолжала давить на нее. И я ел тако.
Чееееерт возьми.
И с ней было так легко разговаривать. Она была расслаблена и открыта. И это все было ужасно мило.
Я доел последний кусочек ужина, мысленно поздравляя себя с тем, что сегодня вечером получилось идеальное «тако Карне Асада». Я очень хотел съесть еще, но были планы… большие планы… и я не хотел быть слишком сытым для них.
Блэйк повернулась и улыбнулась мне, и все остальные мысли, к счастью, исчезли.
Я хотел ее. Хотел так сильно, что, честно говоря, казалось, что я, черт возьми, умру, если не поимею ее. Прямо сейчас.
– Что-то не так? – спросила она, невинно склонив голову набок. Секунду я пристально смотрел на нее, пытаясь обрести хоть какой-то самоконтроль.
Но, увы… от самоконтроля ничего не осталось.
Я подхватил ее на руки, наслаждаясь тихим писком удивления, и направился в спальню. С того момента, как переехал сюда, я мечтал о ней в своей постели, получающей оргазмы по нескольку раз в день.
И мечтал о том, чтобы эти мечты стали реальностью.
Я бросил ее на кровать, и Блэйк вытянулась, как томная кошка. Лежала в моей одежде. Черт, самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видел… которую тут же перебьет сцена, что случится буквально через секунду, – когда я раздену ее догола.
Я встал на колени на кровати и подполз к ней, фиалковые глаза расширились в предвкушении.
Внезапно меня переполнило чувство благодарности. Этого было достаточно, чтобы я упал вперед и просто положил голову ей на живот. Я действительно нашел ее. Все эти годы я чувствовал себя таким одиноким, словно потерял единственного человека, который был мне дорог.
И я нашел ее.
– Ари, – тихо сказала она, руки скользнули по моим волосам.
Я прижался к ней, пальцы обвели кожу, выглянувшую из-под задравшейся рубашки. Я взглянул ей в лицо и, черт возьми, стал свидетелем истинного совершенства. Никогда не устану смотреть на нее. Уверен в этом. Никогда.
В этот момент я вспомнил, как близко был к ее сладкому местечку, и пообещал себе, что буду лизать ее… входить в нее… каждый день до конца наших жизней.
Или, даже если этого не говорил… Я определенно имел это в виду.
Я определенно должен сдержать эти обещания. Потому что исполнять их было очень и очень приятно.
Я приподнялся и раздвинул ее ноги, чтобы получить то, что хотел. Она смотрела, как мои пальцы медленно стягивают спортивные штаны с ног. Руки слегка дрожали. Прошлой ночью, при тусклом освещении, мне не удалось увидеть всего, что хотел.
Я собирался все это сделать сегодня вечером – внутри было чувство, будто я получил самый ценный подарок. И вдруг испугался, что все испорчу.
Никогда ее не отпущу от себя. Несмотря ни на что. Приклею себя к ней, если придется.
Я зарычал, когда в поле зрения появилась самая совершенная киска на планете, вся розовая, пухленькая… и влажная.
– Посмотри, какая ты хорошенькая, солнышко, – промурлыкал я, и Блэйк покраснела. Я задрал ее футболку, обнажив грудь без лифчика… потому что хотел посмотреть, покраснеет ли она везде, когда вот так возбудится.
И, конечно же… ответ был утвердительным.
Эти пухлые, чертовски аппетитные груди действительно покрылись розовым румянцем.
Я хлопнул себя по лицу, и она удивленно хихикнула.
– Прости. Просто хотел убедиться, что мне это не приснилось, потому что такого совершенства на самом деле не может существовать, – я сжал одну грудь, а затем наклонился и на пробу лизнул сосок – тот тут же превратился в твердую горошину.
– Черт.
Я определенно хотел поиграть с грудью еще, но были еще половые губы и клитор, которые необходимо было попробовать.
Я поцеловал ее, потому что… просто должен был это сделать. А потом притянул за бедра и лизнул, застонав, когда влага коснулась моего языка. Я даже не мог толком описать вкус. Просто знал, что он был восхитительным. Моим любимым. Необходимым для гребаного существования.
Я посасывал клитор. И меня бросило в жар. Смертельно. Она кричала и елозила по моему лицу. Ее пальцы зарылись в мои волосы. Мне нужно было проникнуть глубже, поэтому я раздвинул ее ноги и проник языком во влагалище, одновременно потирая клитор. Я хотел каждую ее частичку, поэтому язык был везде: скользил по ягодицам и погружался в розовые половые губы, в то время как она выкрикивала мое имя. Блэйк попыталась отодвинуться, но я удержал ее, потому что хотел всего этого. Не было ни одного места на ее теле, которое не принадлежало бы мне.
Начав трахать Блэйк пальцами, я вернулся к клитору и стал посасывать его, пока она не кончила мне на лицо. Звук, с которым она выкрикнула мое имя… Черт. Из меня, как из крана, лился предэякулят, и я каким-то образом сбросил штаны, не отрывая лица от ее промежности. Мой член уперся в матрас, а я продолжал сосать и лизать, не в силах остановиться, не получив еще один. Ее. Чертов. Оргазм.
Когда Блэйк кончила снова, у меня чуть не выпали пряди волос – так сильно она за них тянула. Ну что за гребаный способ кончить! Просто звук ее голоса и вкус доводили меня до крайности. Я наклонился и надавил на головку члена, потому что не было никакой возможности кончить куда-либо, кроме как в эту чертову тугую киску.
Я вынырнул из плена ее бедер, чтобы глотнуть воздуха, хотя «смерть от киски» звучала как чертовски прекрасная смерть…
То, как она смотрела на меня… В этих нежных глазах была смесь желания и чего-то еще… чего-то, что было ужасно похоже на любовь. Я почти добился этого. Почти завладел ее сердцем.
Я наклонился вперед и лизнул ее сосок, втянув его в рот, пока играл с ее грудью.
– Ари, – прошептала она, запрокинув голову, пальцы впились в одеяло. – Я хочу…
– Чего ты хочешь, солнышко? – протянул я в перерывах между ласками.
– Хочу прикоснуться к тебе.
В ее голосе слышалось отчаяние, и я действительно хотел удовлетворить просьбу…
Я быстро упал на кровать рядом с ней, заложив руки за голову, член уперся в живот. Вожделение было таким сильным, что я балансировал на тонкой грани между бредом и здравым рассудком.
Блэйк села и нерешительно опустилась на колени, ее глаза расширились, когда она уставилась на член. Я должен был признать, что он выглядел довольно
