а затем и кто её похитил.
— Может, она пошла туда пообедать, — предположила я, размышляя вслух. — Ну, знаешь, подышать свежим воздухом и сменить обстановку.
Джаспер бросил на меня косой взгляд.
— Ты ведь ходила в тот же парк, что и я, верно? Вряд ли это можно назвать живописным уголком природы.
Действительно. И я также могла подтвердить тот факт, что единственная в округе закусочная с бутербродами не стоила того, чтобы ради неё преодолевать большие расстояния. Сыр и маринованный огурец весь день аукались мне как неприятное напоминание о том, что мне следует питаться в столовой для персонала.
— В любом случае, — продолжил Джаспер, — если Лидия Дюшан не работала с клиентом, когда её похитили, то магия памяти не сработала бы. Любой, кто был свидетелем её похищения, запомнил бы это. И не было никаких заявлений в полицию, никаких комментариев в социальных сетях. Ничто не указывает на то, что она вообще там была.
— Если не считать её крови.
Его губы сжались.
— Если не считать её крови.
Я задумалась над его словами.
— Итак, — сказала я, — ты считаешь, что она была там ночью. Она забрела в этот сомнительный парк под покровом темноты, а затем её похитили. Если она не искала запрещённые наркотики у страшилища, кто-то другой заманил её туда, — я выдохнула. — Это значит, что ты можешь перестать показывать пальцем на всех в офисе крёстных фей. В конце концов, это не работа кого-то из своих.
— Весьма вероятно. Кто бы ни стоял за всем этим, он хотел, чтобы мы обвинили друг друга, — он продолжал наблюдать за мной. — До сих пор мы считали, что Лидия пропала где-то ближе к вечеру во время встречи с клиентом в Оксфорде. То же самое мы думали и о других пропавших без вести. Что все они исчезли, когда были на работе. Но если это было частью плана похитителя, и каждую жертву выманивали из дома, а не похищали на работе, то он также хотел посеять значительный раскол в наших рядах. Он хотел, чтобы мы думали, что во всем виновата другая крёстная фея.
— Вот почему за мной следят всякий раз, когда я отправляюсь в близлежащие места, — перебила я, не в силах сдержаться. — Если других, предположительно, похитили во время работы, то то же самое произойдёт и со мной. Если, конечно, на меня действительно нацелились.
Он коротко кивнул мне.
— Независимо от того, что случилось с другими крёстными феями, на месте последней работы Лидии нет никаких её следов, и желание её клиента не было исполнено.
— Ты имеешь в виду Люка Уэллса? — когда Джаспер покосился на меня, я пожала плечами. — Теперь он тоже один из моих клиентов.
Джаспер зашипел сквозь зубы. По какой-то причине это доставило мне удовольствие.
— В любом случае, новые улики из парка Сент-Клементс не подтверждают версию о том, что её похитили во время работы. Никто не видел её после обеда в день исчезновения. Возможно, похититель сделал это намеренно, чтобы ввести нас в заблуждение. Всё, что я нашёл, указывает на то, что Лидию Дюшан насильно увезли из парка.
Я вздохнула.
— Только ты не хочешь, чтобы мы шли в парк, не так ли? Ты хочешь, чтобы мы пошли и поговорили со страшилищем. Возможно, он и не имел никакого отношения к её исчезновению, но, возможно, именно из-за него она изначально оказалась там. Если это не так, то мы знаем, что нужно тщательнее искать того, кто мог договориться о встрече с ней там.
Джаспер улыбнулся.
— Ты на самом деле умнее, чем о тебе думали. Если твоё страшилище проводит в парке столько времени, сколько мне кажется, он мог видеть, как похищали Лидию.
— Хм. Учитывая его род занятий, он бы не захотел сообщать в полицию об увиденном, — в этом был смысл. Меня охватил трепет. Возможно, мы на что-то наткнулись.
Джаспер почувствовал моё волнение.
— Готова поиграть в детектива, Саффрон? — его пальцы дёрнулись, будто хотели потянуться в мою сторону.
Я улыбнулась ему.
— Запиши меня добровольцем.
***
Адвокат Дьявола не был обычным феем. В то время как я едва могла наложить на себя гламур, даже с тем магическим усилением, которое мне давали, когда я была на службе, он с лёгкостью сумел сотворить гламур для нас двоих. Это не одурачило бы другую фею — никакой гламур не смог бы с этим справиться. Однако это в первую очередь поможет нам обойти местную человеческую полицию, чтобы мы могли поговорить со страшилищем.
— Я не знаю его настоящего имени, — предупредила я. — Но его определённо доставили в участок на Годдард-стрит. Это главный полицейский участок в этом районе, и в нём много камер для содержания людей.
Джаспер приподнял бровь.
— Осмелюсь спросить, откуда ты так много знаешь о местных методах содержания под стражей?
— Я много знаю о национальных тактиках тюремного заключения, — сказала я ему. — Я была феей кайфа, помнишь? Я могла бы рассказать тебе о большинстве полицейских участков по всей стране, — я замолчала, мои мысли омрачились. — Мы работаем по всему Соединённому Королевству. Как и все феи. То, что Лидия пропала прямо у нас на пороге, не может быть простым совпадением.
— Да, — мрачно согласился он. — Не может быть. Кто бы ни стоял за всем этим, он увёл её у нас из-под носа по той же причине, по которой прислал нам её ухо. Они насмехаются над нами, — его губы скривились. — Красуются.
— Что ж, — отозвалась я, — будем надеяться, что это повысит вероятность того, что они оступятся и совершат ошибку.
Мы переглянулись, а затем в сосредоточенном молчании направились к Годдард-стрит, шагая бок о бок и заставляя прохожих шарахаться с нашего пути. При других обстоятельствах я, вероятно, получила бы удовольствие. Не каждый день тебе представляется возможность вышагивать по тротуару в сопровождении Адвоката Дьявола. Я огляделась по сторонам, в глубине души надеясь, что за мной следят, что феи-шпионы обратят внимание на моего нового спутника и должным образом восхитятся. Увы, однако, горизонт казался чистым. Официально я уже не работала и, следовательно, больше не подвергалась предполагаемому риску. Затем я сказала себе, что пять крёстных фей либо мертвы, либо находятся в смертельной опасности, и последнее, о чём мне следует беспокоиться — это о том, как я выгляжу в глазах других. Я поморщилась и отогнала от себя подобные мысли. У меня были дела поважнее.
Участок на Годдард-стрит был большим зданием с хаотичной планировкой. Снаружи он казался почти убогим, но как только вы входили, он превращался в лабиринт коридоров
