его словах. Забравшись обратно к нему на колени, позволяю обнимать меня несколько минут, пока пытаюсь переварить всю информацию, которую он только что вывалил на меня. Затем я спрашиваю его: — Что ты ищешь в отснятом материале?
— Есть ли какие-либо признаки прихода и ухода людей. Не несет ли кто-нибудь еду и воду в любой из транспортных контейнеров.
— Давай вместе посмотрим сможем ли мы что-нибудь выяснить.
— Ты не хочешь вернуться в постель? — предлагает он.
— Нет. Я хочу помочь.
Он целует меня в висок и щелкает по клавиатуре, чтобы снова запустить видео.
— Это моя жена.
Глава 42
Верона
Когда Лука велел мне принарядиться и сказал, что сегодня вечером мы выходим в город, я должна признать, что немного нервничала. Я не торопилась готовиться, выбирая идеальное платье для ночной прогулки по городу.
Глядя на свое отражение в зеркале, я несколько раз оборачиваюсь, чтобы убедиться, что выгляжу идеально. Платье в пол с серебристыми блестками сидит на мне идеально. Спереди скромное, с фестончатым V — образным вырезом. Но на этом скромность в этом платье заканчивается. Я надеваю пару серебристых туфель на высоком каблуке, а разрез сбоку до бедра обнажает всю мою ногу и бедро. Со спины платье выглядит эротично, вырез опускается слишком низко и открывает очень много.
Я решаю накинуть поверх него шаль в тон, пока мы не доберемся до места назначения. Понятия не имею, будем ли мы в помещении или на улице, поэтому не хочу замерзнуть.
Мой макияж дымчатый и темный, губы бледно-розовые, и я решила распустить волосы свободными волнами. Улыбаясь своему отражению, думаю, что Лука одобрит мое решение сегодня вечером. Часть меня задается вопросом, доберемся ли мы вообще туда, куда направляемся.
У меня внутри все сжимается при одной мысли о том, сколько раз он был во мне сегодня. Слишком много, чтобы сосчитать. Похоже, он не может оторваться от меня. Не то чтобы я жалуюсь. Я хочу его так же сильно иногда может быть, даже больше. Несмотря на то, что наш брак был заключен по расчету, мы, безусловно, ведем себя как настоящие молодожены.
Я выхожу из нашей спальни и спускаюсь вниз, осторожно ступая по лестнице на своих заоблачных каблуках. Лука выходит из своего кабинета и останавливается как вкопанный, когда его глаза встречаются с моими.
Я наблюдаю, как он открыто изучает мое тело с головы до ног. Его язык скользит по нижней губе, и не могу не быть загипнотизирована этим действием.
Он одет безупречно в сшитый на заказ костюм-тройку, который сидит на нем идеально. Все черное, и он выглядит мрачным и опасным. Он надевает дорогие часы на запястье, подходя ко мне, и встречает поцелуем в щеку.
— Ты выглядишь прелестно, — шепчет он мне на ухо, прежде чем нежно прикусить мочку. — Черт возьми, я бы хотел, чтобы нам не приходилось идти туда. Я хочу остаться дома, отослать прислугу и трахнуть тебя в каждой комнате этого дома сегодня вечером.
От его грязных слов у меня сжимаются бедра.
— Нам обязательно идти? — Спрашиваю я, моргая, глядя на него.
Уголки его рта приподнимаются в улыбке.
— Моя непослушная девочка. Ты так искушаешь меня. — Обхватив мое лицо ладонями, он целует меня так страстно, что мои колени угрожают подогнуться. Как быстро поцелуй начался, также и закончился, оставляя меня желать большего. — Я обещал другу, что приду, — неохотно говорит он, берет за руку и ведет к входной двери. — Поехали. Чем скорее мы доберемся туда, тем скорее сможем уехать, и тем скорее я смогу быть внутри тебя сегодня ночью.
Его грязное обещание заставляет меня гудеть, когда мы забираемся в машину, за рулем которой Бенито. По дороге рука Луки гладит мою голую ногу через разрез платья. К тому времени, как мы прибываем, все мое тело горит.
Я с удивлением вижу, как мы припаркуемся перед художественной галереей. Люди выстраиваются вдоль тротуаров, фотографируют и ждут начала шоу.
Бенито открывает нам дверцу, и Лука вылезает первым. Затем он снова поворачивается ко мне, протягивает руку и одаривает меня потрясающе красивой улыбкой. Я беру его за руку и позволяю ему помочь мне выбраться с заднего сиденья машины.
Я решаю оставить свою шаль, и в тот момент, когда Лука видит заднюю часть моего платья, он шипит рядом со мной.
— Черт возьми, милая, если бы я знал, как выглядит задняя часть твоего платья, ты бы не вышла через парадную дверь, — шепчет он мне на ухо, прежде чем завести меня в огромное здание с окнами от пола до потолка и стеклянными дверями.
Двое мужчин распахивают двери, пропуская нас в галерею. В главном зале всего несколько человек, включая нас. Мужчина, одетый в ослепительный бело-розовый костюм с галстуком, подбегает к Луке в тот момент, когда замечает его. Они быстро разговаривают друг с другом по-итальянски, и мужчина целует Луку в обе щеки, прежде чем схватить его за руку и пожать ее.
— Спасибо, что пришли на мое шоу. Затем мужчина переводит взгляд на меня из-за своих розово-белых очков. — А это, должно быть, та жена, о которой я так много слышал.
Итак, Лука говорил обо мне. Я украдкой бросаю взгляд на своего мужа и не могу удержаться от улыбки, видя, как ему неловко от того, что его друг разоблачил меня. Я снова обращаю свое внимание на друга.
— Я Верона.
— Верона Витале, — Ах, это звучит как имя суперзлодейки. Мне нравится! — восклицает он со смешком. — Я Леонардо Ломбарди, но вы можете называть меня Лео. Он обводит рукой большую комнату, прежде чем добавить: — Пожалуйста, осмотритесь, прежде чем мы впустим остальных ожидающих. VIP— статус для моего хорошего друга, — говорит он, подмигивая Луке. — Скоро увидимся с вами обоими, — говорит он, прежде чем подойти поприветствовать другую пару, которая только что вошла в дверь.
Лука подводит меня к картинам, висящим на стене. Они выглядят грандиозно и потрясающе на фоне простой белой стены за ними. Лука держит меня за руку, пока мы идем. Он нежно сжимает ее и говорит: — Давай, спрашивай. Я знаю, у тебя есть вопросы.
— Много, — признаюсь я с усмешкой. — Где ты познакомился с кем-то таким… интересным? — Я не могу не спросить. Лука, кажется, привлекает больше мрачных и серьезных людей, поэтому приятно видеть такую яркую личность в списке его друзей.
— Раньше он был официантом в моем любимом ресторане. Он всегда был таким подавленным, редко улыбался, но он чертовски хорошо работал.
Не могу представить Леонардо в
