class="p1">Забыв о нежности Влад берёт грубо. Толкается так, что темнеет перед глазами. Вновнь набрасывается на губы, пробуя на вкус её стоны.
Придерживая одной рукой вбивается мощно, ритмично, заставляя задыхаться и извиваться змеёй.
Непристойные толчки и звуки длились ровно до тех пор, пока юное тело не изогнулось в судораге, а перед глазами пролетели искры. И тогда с именем любимого на устах, она разлетелась на миллионы осколков и затерялась в новых чувствах, увлекая за собой Влада.
Эпилог: 10 лет спустя
— Мама, папа, плосыпатесь, — черноволосый пухлый мальчишка пяти лет, цепляясь за простыни и одеяло, залез на родительскую кровать и прыгая на одном месте, точнее на ногах матери, со всей пылкостью принялся будить старших, делясь возмутимыми новостями. — Фива снова делётся…
Лишний раз убедившись, что у сына, как и у его отца нет ни капли совести, Илария жалобно простонала, спрятав голову под подушку, притворяясь, что её здесь нет. Она ушла по-делам и вернётся не скора.
— Мама, я знаю ты здесь.
— Дорогой, твои дети требуют твоего внимания, — сказала она, толкая спящего мужа в бок. Н, а что? Не одной же ей мучится от недосыпания. Любовь-любовью, а детей делали вместе. — Кажется они снова не поделили свежую порцию крови на завтрак.
Из-за подушки слова нимфы было сложно разобрать. Сын слышал лишь невнятный бумбёж, однако сам Влад прекрасно её понял. Сам давно спрятался туда же, как только услышал звук открывающейся двери.
— До обеда они твои дети, — пробормотал этот хитрый жук, переворачиваясь на другой бок.
— Помниться кто-то клятвенно обещал мне помогать с ними и давать высыпаться, когда я того захочу. Так вот, дорогой. Я хочу.
— Срок годности обещания истёк, когда их численность превысила цифру четыре.
— Не моя вина, что во второй раз у нас родилась сразу тройня, — возмущённо вскрикнула она, поднимаясь из за "укрытия". — Не нужно было в тот день так увлекаться.
— В этом нет моей вины, дорогая. Я просто очень сильно тебя люблю. Да и платье то, так тебе шло, что я не удержался, — нагло ухмылялся мужчина, испытывая гордость и непередаваемое счастье за свою последнюю " работу", выполненную по высшему разряду.
Три мальчика за раз не каждый сделает. Но стоит всё же признать, что… да, с численностью он слегка переборщил. Особенно с качеством. Поскольку его маленькие вампирёныши рождались с шилом в одном месте. Порой им с Лари за одним-то было сложно разглядеть, что уж говорить о четверых детях. Дракула ни раз говорил, что справиться с многотысячной армией ему было в разы легче, чем поймать неугомонных сорванцов. И это при том, что пусть все их дети и родились вампирами, но превращаться в стаю летучих мышей и быстро перемещаться в таком обличии никто не способен.
Интересно, а можно их как-то заменить на более спокойных? В прошлый раз Небо не отказало ему в просьбе. Кто знает, вдруг и в этот раз получится.
— Мама, ну идём сколее, — капризно запрыгал Кай, требуя к себе внимания.
— Обещаю, в следующий раз пойду я, — клятвенно произнёс Влад, находясь, как показалось завидующей Иларии, где-то на границах между сном и реальностью.
— Хорошо, я схожу.
С большим трудом встав с постели, Илария накинула на плечи тонкий, короткий халат в цветочный узор и поковыляла следом за сыном, буквально ощущая на себе голодный взгляд мужа, которым он проважал её. А точнее, провожал определённую часть тела.
Выйдя из спальни, Лари с Каем прошли по узкому коридору дома, построенного совсем недавно. Около шести лет назад. И почти сразу оказалась в просторной гостинной, с небольшим диваном, двумя креслами, книжным шкафом и парочкой картин. И уже поняла, что что-то здесь не так. Уж слишком гордо перед ней шёл Кай. Будто маленький охотник поймал крупного зверя и сейчас ведёт её на расправу.
С момента их с Владом свадьбы прошло десять долгих, и в тоже время коротких лет. За прошедшее время они вдвоём успели побывать во многих мирах, где нимфа познавала новый события и открывала новые горизонты.
Повзрослев Лари прекрасно помнила каждый из них, ни раз возвращалась в воспоминаниях и с удовольствием рассказывала о них детям перед сном вместо сказок, а если те хотели вживую посмотреть, то они уже всей семьей возвращались туда и гуляли по понравившимся местам создавая новые воспоминания.
Миров, которые они посетили было много, но чаще всего они конечно же посещали родной лес нимфы. Навещали четыри могилы.
Её родителей и Кая с Касаном они похоронили недалеко от водопада высотой в шесть метров. На первый взгляд цвет воды в казался изумрудным. Как глаза нимфы. А при ярком солнечном освещении белая пена с зеленовато-синим аттенком и с тёмно-коричневыми скалами, по которым разрослись пестрые лишайники и светло-зеленые мхи, создавала сказочную картину. Под водопадом вода имела вращательное движение. В течение многих лет она сточила породу по сторонам и образовала «исполиновый котел»».
Спокойное, тихое место, усыпанное десятками цветов. Там их никто не побеспокоит.
Как и у всех пар, между Владом и Иларие нередко случались ссоры. Без них в отношениях никак нельзя обойтись, но они всегда находили в себе силы прийти друг к другу и попросить прощения. После следовали жаркие поцелуи и страстное примирение. Что ни говори, но их чувства были выще всяких глупых обид.
Что касается детей, то… первые годы брака о них, конечно, не могло быть и речи. Нет, они хотели детей, особенно Влад, но при тогдашним положении просто не могли себе этого позволить. Слишком неустойчиво стояли на ногах и дело касалось не денег. В деньгах пара к счастью не нуждалась. За девять тысяч лет их у Дракулы накопилось столько, что хватит ещё и пра-пра-пра-правнукам на безбедную жизнь, но качующий образ жизни с одного места на другое, прячась ото всех и не имея определённого места жительства не позволял им подобной роскоши.
Только после пяти лет брака, обосновавшись в небольшом мирке под названием Логос, у них родился первый ребёнок — девочка.
Илария никогда не забудет выражение лица Влада, когда тот первый раз взял дочь на руки. Столько искреннего удивления, недоверия и счастья было в его глазах. Ещё тогда поняла, что он станет лучшим отцом для их детей. Она впервые видела слёзы на его лице. А сколько раз он благодарил её за семью и не только словесно. Не перечесть.
Недолго думая девочку назвали Фивой, в честь матери Иларии. И Влад не был против.
Озорная, неугомонная, она
