занимала всё их время, а спустя полтора года на свет появилась ещё любимая головная боль в виде трёх мелких сорванцов. Насчёт имён для сыновей долго не думали: Грей, Кай и Касан.
С тройняшками приходилось сложно. Любопытные и везде-нос-сующие они не давали спокойно передохнуть родителям, а их постоянные вопросы: откуда, что и почему, сводили с ума. Но стоило маленьким кровососам улыбнуться им своими ангельскими улыбками с торчащими клыками и невинно посмотреть на родителей, как усталость сходила с Влад и Иларии, будто и не было.
— Так, и что у вас здесь…
— С днём рождения!
Только Илария вошла в детскую спальню, как сверху на неё посыпались лепестки мелких полевых цветов. Посередине комнаты стоял кухонный стол, набитый самодельными подарками и разными угощениями, которые впрочем были уже наполовину съедены. Не удержались дети и строили глазки: "А-ля, так всё и было."
Гордые улыбки сияли на маленьких лицах, вызывая щемящую нежность в сердце Иларии и желание поскорее обнять своих вампирёнышей.
— Спасибо, мои родные. Ну, что вы там стоите? Идите ко мне.
Не задерживаясь на месте ни на секунду, малыши всей гурьбой кинулись обнимать мать, буквально сбивая её с ног. А, нет. Грей всё же задержался на месте. Ухватил со стола конфету и только тогда последовал примеру остальных.
— Тебе правда понлавился сюлплиз? — сияя от радости Касан чуть отстранился от матери, тайком поглядывая на накрытый стол.
— Правда. Вы устроили мне лучший день рождения на свете.
— Ты говоришь так каждый год.
— Потому что вы каждый год устраиваете мне лучший день рождения.
— Мама, а папа не спал, — выдала отца Фива, глядя матери за спину. — Он только притворялся, что спит. Дождался, пока ты уснёшь, а потом пришёл нам помогать. Но подарки мы делали сами. Без его помощи.
— Да? Какие же вы у меня умнички. Идите пока есть, иначе Кай съест всё один, а после все вместе откроем подарки.
Повторять было не нужно. Дети броились к столу.
— Эй, мы же договаривались..
Не думая они сразу схватили фрукты и сладости, которые видимо приметили ещё раньше для себя.
— Значит притворялся?
Вставая с пола и обрачиваясь назад, Илария сложила руки на пышной груди, которая с годами стала больше и с прищуром посмотрела на улыбающегося Влада.
— Да, — держа руки за спиной, он медленно приблизился к ней. — Странно, что ты сразу не почуяла подвоха. Ведь обычно после того как изматываю тебя в спальне, я не беспокою тебя просто так.
— Верно, — согласилась она, пытаясь заглянуть за его спину и узнать, что любимый там прячет.
— Вооот… я ведь понимающий муж и знаю, насколько сложно тебе приходится. Работаешь днём и ночью.
— Не так уж и сложно. Ты ведь рядом и всегда помогаешь…
— Ррррррр…
Глухое рычания за спиной вампира прервало их беседу. Удивлённо приподняв бровь, Илария взглянула на мужа и удивилась ещё больше, когда он достал из за спины чёрного щенка волфа.
Маленький щенок рыпался и вырывался из рук вампир, смешно виляя коротким хвостом.
— Я решил, что тебе понравится такой подарок, — мягко прошептал Влад, протягивая нимфе зверя. — Ты ведь всегда любила живность. Вон, до сих пор дружбу с ними водишь, забывая обо мне. Да, и дети давно просили домашнего зверька. Ты не рада?
Осторожно спросил он, стирая влагу на пулых щеках.
— Не рада? Счастливей меня нет ни одной другой женщины, — без доли лжи призналась она, уткнувшись носом в широкую грудь. — Ты самый лучший муж на свете.
Детский счастливый визг прервал идилию. Забрав волфа дети даже забыли о сладостях. Они поочерёдно играли с ним и ссорились, придумывая ему имя.
Не менее счастливые Влад и Илария стояли рядом в обнимку, смотря на своё главное богатство.
— Я люблю тебя.
— И я тебя. С днём рождения, дорогая.
Эпилог: За закрытыми дверями
— Уверен, что они не зайдут? — обхватив крепкое тело руками и ногами, Илария повисла на муже, как мартышка на дереве, пытаясь с остервенением растегнуть пуговицы на серой рубашке.
— Я закрыл дверь. У них полный стол еды и волф, который интересует их явно гораздо больше нас, так что три-четыре часа у нас есть.
Придерживая под ягодицы, которые только стали пышней и аппетитней за годы, Влад скинул её на постель. Сорвал с себя рубашку. Стянул брюки. Стальные мускулы перекатывались после каждого движения. Оказавшись полностью обнажён и никак не стесняясь демонстрировал силу своего возбуждения.
Нависнув мрачной стеной над любимой он также сорвал с неё халат и окинул обнажённое тело жёским, голодным взглядом. Облизываясь, как зверь, собирающийся обголодать пойманную добычу.
Крупные ладони сразу вернулись к любимой части тела. На ягодицы. Сминая он придвинул их ближе к вздыбленной плоти. Мелкая дрожь пробегает от сокровенного места по всему телу, заставляя Иларию порочно простонать.
— С годами ты становишься только лучше. И с каждым разом откровенней.
Влад ловит стон, впиваясь в сладкие губы жены жёстким поцелуем. Врывается, будто стихийное бедствие. Толчком языка заставляет разомкнуть уста. Целует алчно. Безкомпромистно. Помечает собой. Точно хочет выпить её до дна.
Илария извивается. Обнимает широкие плечи, ещё больше прижимаясь к разгорячённому телу. Принимает правила игры. Проводит языком по очертаниям губ. Смыкает зубы на нижней, слегка тянет. Дразнит. Посасывает, добиваясь желаемого эффекта. Рычание грозного хищника служит наградой. Он возбуждён до предела. Но и наказание для девочки, решившей, что может просто так раздраконивать зверя, не заставляет себя долго ждать.
Влад дрязнящи, медленно двигает бёдрами, скользя по влажным складкам твёрдым органом, но не входит до конца, заставляя Иларию скулить от недовольства и двигаться ему на встречу.
Дракула всё таки отстраняется. Заканчивает терзать припухшие губы. Спускается вниз. Прерывистое дыхание опаляет кожу. Проходит от шеи к груди, уделяя второму особое внимание и возвращается обратно. Острые клыки царапают тонкую кожу, заставляя Лари выгибаться и громче стонать, пока Влад наслаждается сладкими каплями крови любимой. Сначала просто вдыхает одурманивающий аромат, после смакует каждую каплю, словно наслаждается хорошим крепким вином. Лишь бы не увлечься её вкусом и не вцепиться в хрупкую шею зубами.
— Влад, если ты сейчас что-нибудь не сделаешь, то…
— Знаю, любимая, — гортано хохочет он. — Скоро… скоро ты всё получишь… Только не сопративляйся…
А Лари не сопротивляется. Наслаждается его играми. Запутывается пальцами в жёсткие чёрные волосы, прижимая ближе к шее и безмолвно прося не останавливаться. Ей не приносят боли его укусы. Наоборот. Возбуждают. Вызывают новые чувства, неизведанные прежде кем-либо. Возностят на новую грань удовольствия.
Влад изучает её тело руками, губами. Покрывает бархатную кожу скользкими поцелуями. Прикусывает, оставляя
