Хоркин встряхнулся, как собака, разбрызгивая воду.
— Ну, Красный, давай посмотрим, чему тебя учили в твоей великой Вайретской Башне.
Он взмахнул перед собой стержнями, рассекая дождь. Рейстлин никак не мог сообразить, что Хоркин собирается делать со своими прутами, ни одно известное ему заклинание их не требовало. Он начинал думать, что Хоркин просто сошёл с ума.
Боевой маг указал на противоположный конец поля, подальше от вопивших и маршировавших солдат:
— Скажи, Красный, какое заклинание тебе удаётся лучше всего? В чём ты изумителен? — Хоркин, засмеявшись, повращал глазами.
Рейстлин спокойно проигнорировал комментарий:
— У меня хорошо получаются деструктивные поджигающие сферы, мастер Хоркин.
— Дисрук… что? — Хоркин смутился и хлопнул Рейстлина по плечу. — Говори на всеобщем, Красный, не усложняй, тут же все свои.
Рейстлин сделал глубокий вдох:
— Огненные шары, мастер Хоркин.
— А, ну это понятно. Приступай. Запусти один вон в тот забор на краю поля. Видишь?
Кивнув, Рейстлин сунул руку в мешочек на поясе, доставая маленький кусочек меха, необходимый элемент этого заклятия. Определив расстояние до забора, он погрузился в себя, выстраивая цепь магических слов. Нужно было сосредоточиться и…
В следующий миг он очутился на земле, едва переводя дыхание. Довольный Хоркин стоял над ним с прутами, которыми только что огрел мага по животу и голове. Потрясённый ударом, Рейстлин застыл в немом удивлении, судорожно ловя воздух ртом и с трудом успокаивая скачущее сердце.
Хоркин стоял рядом, ожидая, пока он придёт в себя, но не делая никаких попыток помочь. Наконец, шатаясь, Рейстлин встал на ноги.
— Зачем ты сделал это? — борясь с гневом, проговорил он. — Я заслужил наказание?
— Зачем ты сделал это, мастер Хоркин, — совершенно спокойно поправил старый боевой маг.
Слишком потрясённый, чтобы исправиться, Рейстлин молча смотрел на него. Хоркин поднял прут вверх:
— Теперь ты видишь опасность, Красный. Ты думаешь, в бою враг будет стоять и ждать, пока ты шевелишь пальцами в воздухе, входишь в транс и бормочешь «бу-бу-бу»? Во имя Бездны, нет! Ты планировал своё самое страшное, самое разрушительное заклятие? Собирался разнести забор на части? Красный, в реальности ты был бы уже мёртв, ведь враг бы не использовал прут, как я. Он бы уже выдернул меч из твоей тощей спины! — Хоркин сплюнул. — Урок второй, Красный. Не готовь заклинание долго, ключ ко всему — скорость. Да, и третий урок не старайся использовать сложное заклинание, когда враг совсем рядом.
— Я не знал, что ты будешь на стороне противника, мастер Хоркин, — холодно сказал Рейстлин.
— Урок четвёртый, Красный. Всегда узнай своих товарищей, прежде чем доверить им свою жизнь, — с издёвкой заявил Хоркин.
Голова Рейстлина болела, грудь саднило. «Интересно, не сломал ли он мне ребро?» — подумал он.
— Давай разноси свой забор, Красный, — поторопил Хоркин. — Не хочешь забор, выбери другую цель, только не возись. Я не могу ждать весь день.
Мрачно сжав кусочек меха, Рейстлин попытался как можно быстрей проговорить слова заклятия. Подняв прут, Хоркин ткнул им юношу. Тот как раз заканчивал своё заклинание, когда увидел, как на основании прута вспыхнуло пламя. Огонь, шипя, полз к Рейстлину, а он изо всех сил старался не обращать на него внимания. Пламя почти доползло до него, а заклятие было совсем готово…
Внезапная вспышка света ослепила его, гром больно ударил по ушам. Схватившись за лицо, чтоб защитить глаза, Рейстлин успел рассмотреть только Хоркина, замахивающегося прутом. Удар пришёлся по спине, и юноша кувыркнулся лицом в жидкую грязь.
Он приходил в себя медленно и мучительно. Поднявшись на колени, Рейстлин ощупал лицо поцарапанными пальцами. Утерев грязь, он взглянул на страшно довольного Хоркина, раскачивающегося рядом с пятки на носок.
— Урок пятый. Красный: никогда не поворачивайся к врагу спиной.
Рейстлин вытащил несколько мелких камешков, забившихся под кожу, потом поднялся.
— Мне кажется, ты пропустил урок номер один, мастер Хоркин, — произнёс он, сдерживаясь из последних сил.
— Я? Возможно. Вот ты и подумай, какой он!
Рейстлин больше не хотел думать, он хотел избавиться от этого безумца. В том, что Хоркин безумен, Рейстлин не сомневался. «Если я немедленно не согреюсь и не переоденусь в сухое, то подохну прямо здесь. И нужно найти Карамона. Найти и сказать, как этот негодяй издевался надо мной…» Рейстлина бесило, что он не смог рассмотреть момента, когда Хоркин бросил ослепляющее заклятие…
И тут юноша мгновенно забыл о Хоркине и обо всех причинённых им неудобствах: «Заклинание! Что это было за заклинание?»
Рейстлин никак не хотел признаться себе в собственном бессилии, но он не видел в руках у Хоркина никаких компонентов, не слышал от того ни единого слова. Ни одного жеста!
— Как ты применил ослепление, мастер Хоркин? — спросил юноша.
Хоркин расплылся до ушей:
— Неужели и тебе есть чему поучиться у старого глупца? Который никогда не проходил Испытание? За время этого сезона я обучу тебя всем трюкам, какие знаю, Красный. Я, безусловно, не самый великий маг в области выживания, но я один из лучших! Кроме того, могу сказать тебе одно. — Хоркин подмигнул Рейстлину. — Я самый быстрый из всех!
Чаша терпения Рейстлина переполнилась. Он повернулся, чтоб уйти, но ощутил на своём плече руку Хоркина и не выдержал — сбросил руку боевого мага с плеча, заорав:
— Клянусь Богами, если ты ещё раз дотронешься до меня…
— Успокойся, Красный. Я хочу, чтобы ты посмотрел вот туда. — Хоркин указал на тренирующихся солдат.
Сейчас у рекрутов был перерыв, и они жадно обступили колодец. Как они могли хотеть ещё воды — в сознании Рейстлина не укладывалось. Дождь пошёл сильнее, а он промок настолько, что казалось, вода льётся по голой спине.
Рекруты вроде бы были в прекрасном настроении, даже смеялись и шутили, несмотря на дождь. Карамон демонстрировал всем свою технику работы с мечом, так усердно делая выпады и стойки, что едва не падал. Крыса держал над головой щит, прикрываясь от дождя.
Тон Хоркина сменился с издевательского на совершенно серьёзный:
— Мы солдаты. Красный, один отряд. Мы сражаемся и умираем каждый день. Придёт время, и все они пойдут в бой, надеясь на тебя. Если ты ошибёшься, ошибутся и они, а тогда погибнут все. Если ты пришёл сюда не учиться сражаться, то какой Бездны вообще сюда явился?
Рейстлин молча стоял под дождём. Капли барабанили по голове, скатываясь вниз по белым волосам юного мага, ставшим такими после ужасного Испытания в Башне, ручьи лились по хрупким рукам с длинными ловкими пальцами, которые сияли блеском золота — другая отметина, оставленная Испытанием. Да, он прошёл его, но и только. Он помнил Испытание до мелочей и знал, как близок был к неудаче.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
