в дом через чердак так, что даже собаки не учуяли его. Он прокрался в коридор через открытое окно и затаился. На первом этаже он услышал голоса княжичей, тихонько проник вниз, едва не попавшись какой-то женщине (видимо, служит купцу), и спрятался в противоположной складу комнате, наблюдая через щель за происходящим.
Что и говорить, изба была богатая, пестрила заморскими диковинками. Купец привел их к небольшому тайнику, набитому редким оружием лучшей работы. Светозар запоминал где находится потайная дверца, как закрывать замок.
– А почему вы не выставляете на ярмарке и эти клинки? – спросил Ивар.
– Что непонятного? – удивился купец, помещая внутрь те самые сабли, которые понравились Рагнеде. – Ты знаешь сколько каждый из них стоит? – Торговец обвел рукой свое богатство. Он очень гордился такой коллекцией. – Чтобы меньше дани платить. А то совсем задушили поборами, житья никакого не стало.
– А не боишься что мы все князю расскажем? – припугнул Влас.
– Ваш князь эту комнату ни в жизнь не найдет. А ежели найдет, так не сможет открыть. Вы видели как я двери отворяю, но это ничего не значит. Я же не дурак, чтоб опрофаниться с такими деньжищами.
Рагнеда тем временем выбирала кинжал, осматривала разные работы, тянула время, чтоб эльф лучше запомнил что к чему.
– Вот этот, – наконец сказала она.
– Барышня в вашем возрасте должна интересоваться не булатом, а украшениями, да нарядами, – не понимал торговец.
– Мне булатный блеск милее нарядов и побрякушек, – ответила Рагнеда. Ее глаза горели – княжна осматривала новую «игрушку».
Купец только подивился таким словам, не нашелся что ответить.
Пока торговец провожал гостей, Светозар без труда проник за дверь, забрал сабли и закрыл все так, что на первый взгляд и не поймешь что тут кто-то чужой побывал. Встретились с ним княжичи в проулке, недалеко от дома торговца.
– Ну? Как все прошло? – спросил Ивар.
Светозар в ответ показал сабли и улыбнулся.
– Думаешь, скоро заметит? – спросила Рагнеда.
– Думаю, что нет, – заверил эльф.
Но он ошибся: из дома купца послышался крик.
На следующий день торговец отправился к Андрею жаловаться. Князь его принял, выслушал. В тронный зал вошли княжичи и Светозар.
– Это они! – вскричал торговец, тыкая в молодых людей пальцем. – Они меня обокрали.
– Брехня,– в один голос заявили ребята.
– Вы весь день терлись в оружейных рядах. Это вы вечером пришли ко мне, когда все уже собирались… – купец запнулся на полуслове. Он увидел сабли Светозара. Они так напоминали пропавшие, что толстяк принял их за свои. – Вот они, мои дорогие!
Он подошел к эльфу и увидел ту же печать, что и на пропавших. Купец хотел вынуть клинки из ножен.
– Вообще-то, это мое, – возмутился Светозар.
– Я что, свой товар не узнаю? – спросил торговец.
Светозар вынул сабли и показал их купцу. Тот убедился в правоте эльфа.
– Но они так похожи… – расстроился толстяк. – И клеймо…
– Клеймо царского двора, – говорил Светозар. – На тех, что мы у вас видели, рисунок на рукоятках оформлен иначе. Те сделаны для воина-женщины, а эти – для воина-мужчины. Надписи на клинках все объясняют.
Андрей и княжичи посмотрели с интересом на своего остроухого другу: откуда такие познания.
– Нечего спирать на нас, когда у самого рыло в пуху, – сказала торговцу Рагнеда.
– Что?! – вскричал торговец.
– Не хочешь князю рассказать о своих запасах в потайной кладовой, что мимо казны проехали? И кто кого ограбил? – сказал Влас.
– Это ложь!
– Как же. Кто нас к себе в гости вчера приводил? Вот, князь, полюбуйся, – Рагнеда протянула Андрею кинжал.
Князь подивился: какая тонкая, изящная работа.
– Там много таких, – сказал Ивар.
– Где, говоришь, он все это прячет? – спросил Андрей. – Дома? Ну? И кто из вас вор?
– Мы за кинжал расплатились. Какие же мы воры? – ответила Рагнеда.
– Весь мой товар выставлен на продажу в лавке, налоги все плачу, – торговец побагровел от злости. – Дома я не держу ничего.
– А если я прикажу проверить? – спросил князь.
– Проверяй, княже, – голос торговца срывался на высокие ноты. Несчастный весь взмок за мгновение. Ноги подкосились, купец пал на колени, пополз к ногам князя. Толстяк понял, что попался. – Не вели казнить! Все скажу, только не губи!
– То-то же, – ответил князь, подмигнув лешачам. Как легко сдал себя торговец с их подачи! Слабонервный оказался.
Через неделю лешачи вернулись домой. Влас первым делом побежал с подарком к Ждане, Ивар ушел с Ариной гулять, Светозар к Белояру пошел. Целый день Вольга Рагнеду стороной обходил, но к вечеру все же не выдержал – решил подойти. Княжна помогала матери. Девушка несла с берега ушат постираного белья. Все в селении готовились к ночи Купалы.
– Давай, помогу, – Вольга нагнал Рагнеду и взял у нее тяжелый ушат. Рагнеда не ожидала от него такого напора и не заметила как сама отдала свою ношу.
– С чего это вдруг? – поинтересовалась княжна.
– А я что, не могу помочь девице, которая мне до безумия люба?
– Прямо до безумия? И это после того, как я тебя едва не убила?
– Я сам виноват – глупость сказал со злости. Прости меня, – он виновато посмотрел на княжну.
«А у него глаза красивые,» – подумала про себя Рагнеда.
– Я подумаю, – княжна лукаво глянула на молодца.
– Как в Чернигове? Чего новенького? Влас рассказал что вы редкие сабли украли прямо из-под носа какого–то купца.
– Власа язык до добра не доведет. Болтун, – пробурчала Рагнеда.
– Значит правда? – восторженно переспросил Вольга.
Рагнеда улыбнулась:
– Ну, было дело. Малость пошалили.
А потом княжна рассказала все в подробностях.
Вольга занес ушат в избу. Там он встретился взглядом с Дариной. Он все это время, пока друзья были в Чернигове, старался не попадаться княгине на глаза, боялся расспросов. Ярослав видел как парню стыдно, хоть тот и не говорил что он такого страшного сказал Рагнеде, после чего она вышла из себя. А вот княгиня очень хотела знать.
– Я тебя на улице подожду, – сказал он Рагнеде и спешно вышел.
Дарина была удивлена: неделю назад дочка его чуть на тот свет не отправила, а теперь улыбается ему, помочь позволяет. Вообще Дарина была хорошего мнения о Вольге, и даже была непротив видеть его своим зятем, но навязывать дочери ничего и никого не смела.
Мать с дочерью переглянулись.
– Вы уже помирились? – спросила княгиня.
– Поговорить хочет. Прощения просил.
– А ты сама чего?
– Не знаю, мама. Я уже ничего не знаю, – вздохнула девушка. Ее сердце все еще болело и страдало из-за Светозара, но об этом никто кроме Ольги не знал.
– Иди к нему, я тут
