Мы ещё покажем вам, почём фунт лиха!
— Наша армия раскатает ваше мерзкое гнездовище! — сипло добавил блондин через одно место от первого.
Девушка лишь улыбнулась, приоткрыв клыки, а Стальные Крысы выступили из-за её спины в виде негласного подкрепления. Тренькнула лютня и хорошо поставленный голос Маджестро прогремел справа от орчанки.
— Пошёл ты в жопу, Иннокентий.
— Куда? — переспросил Егор.
— Тупой ты, что ли, Иннокентий?
— Уйди отсюда, не мешай.
— Чё?! — рыкнул чумазый собеседник, не сдаваясь.
К нему плавно подтянулись товарищи.
Очередной музыкальный аккорд, и кенку снова добавил в мир частичку прекрасного.
— Вот позитивный Анатолий
— Был послан на хер, но сумел
— Вернуться бодрым, отдохнувшим
— И два магнитика привёз.
Зрачки бородача сошлись к носу, и он завис в попытке осмыслить услышанное.
— Робби, давай уйдём! — заблеяла полная женщина, сидевшая впритирку к камню преткновения. — Ты посмотри, сколько их!
— Робби, так ты не Анатолий, что ли?! — разочарованно взревел Смоккер.
— И даже не Иннокентий, — цокнул языком Волчок.
— Роб, старик, чё делаем? — окликнул его не менее изгвазданный товарищ-блондин.
— Это… Сядем в другом месте, — выдал бородач.
Бросая на всю компанию хмурые взгляды, люди удалились.
— Спасибо, — кивнула барду Фурия. — Не зря говорят, что искусство — универсальный язык.
— Всегда пожалуйста, подруга, — раскланялся Маджестро и убрал за спину лютню.
— Теперь остаётся только ждать, — усаживаясь, вздохнул Смоккер.
Аврора сфокусировалась на арене, лежащей далеко внизу, и внезапно картинка будто увеличилась, а окружающие звуки приглушились, сменившись новыми. Еле слышно шуршал ветер, скрипел утрамбованный песок.
— Удобно, — протянула она, — а я-то думала, как отсюда что-то увидеть?
Постепенно амфитеатр заполнился и в назначенное время в обоих ложах ослепительно сверкнуло. Орчанка чуть повернула голову, чтобы увидеть, как по диагонали от неё — справа и внизу — появился Малаак собственной персоной. Красавец-шатен, усыпанный драгоценными камнями, приветственно вскинул руки, и трибуны взревели.
За ним последовала и Аларис с противоположного края. Разве что она благожелательно обвела вытянутой ладонью всё пространство, словно хотела обнять и утешить.
Внезапно баритон с ноткой ехидства прозвучал над всей ареной.
— А вот и долгожданное появление наших покровителей Малаака Великолепного…
— И Аларис Милосердной, братец, — добавило не менее ехидное женское сопрано.
— Мне кажется, сестрица, или сегодня его самоцветы сияют особенно ярко?
— Не зря говорят, что война — дело прибыльное, — едва заметный женский смешок колыхнулся и исчез.
Немногие имели наглость позубоскалить над прозвучавшей насмешкой.
Фурия не спускала глаз с покровителя Тёмного Пантеона, поэтому прекрасно видела, как тот скрипнул зубами.
— Я ошибся, сестрица, те каменья блистают не ярче прекрасной улыбки Аларис!
— Интересно, что доставляет ей столько радости? Возможно, тысячи раненных, что молят об исцелении?
Теперь уж блондинке пришлось хмурить прекрасные брови.
— Мы отвлеклись. Давайте же поприветствуем их!!
Авроре показалось, что она оглохла.
Крики миллионов накрыли всё Ристалище. Вибрировал сам воздух, а гром аплодисментов и топающих ног заставил её мозги искрить.
Наконец, обе важные шишки заняли свои кресла, так похожие на трон.
— Вашими распорядителями для сегодняшних невероятных состязаний будут Камарра Везучая!..
— И Аррамак Злополучный! — довершила вслед за ним женщина.
— А сейчас пришёл черёд отдать дань уважения Императору Антариэлю.
На одной из парящих башен вспыхнул яркий золотистый свет, и мужчина в богатом сюртуке добродушно улыбнулся. Хотя вид чёрных белков эльфа заставил Фурию скривиться.
— Кстати, братец, нет ли у тебя хорошего сыщика на примете?
— А что такое, сестрица?
— Говорят, намедни Император потерял одну из дочерей и даже целый флот.
— Вот это да, Камарра, а он не пробовал посмотреть за диваном?
По рядам прокатился смех. Над правителями обычные смертные были готовы смеяться охотнее, чем над богами. Орчанка тоже прыснула, наслаждаясь смятением Антариэля. Тот сделал вид, что его кто-то окликнул и шустро отвернулся от наблюдающих масс.
— Не будем забывать и о достопочтенном Властителе Шардаксе! — грянула ведущая.
— Если среди наших зрителей есть каменщики, пришёл их звёздный час, — хмыкнул Аррамак.
— Удивительно. Почему?
— Возможность заработать серебрушку-другую на постройке крепости появляется не каждый день! Надеюсь, его казначей не зря ест свой хлеб!
Незамысловатая шутка вызвала хохот среди зрителей. Шардакс же стойко перенёс насмешку ведущих и уверенно помахал рукой.
— Итак, пришло время выяснить, чьё мастерство выше! — произнёс Аррамак после долгой паузы.
— Мириады дисциплин на любой вкус! Надеюсь, все, кто хотел, успели записаться, иначе не лейте потом слёзы попусту!
— Великое Ристалище начина-а-ается! — проревел ведущий.
На арену хлынули десятки участников. Те, кто уже успел пройти предварительный отбор ранее утром.
Сначала шли спортивные состязания. Лучники тренировали в меткости. Всадники демонстрировали свою удаль в вольтижировке[1], а также скоростные качества скакунов в колесницах и без них. Жители Виашерона прыгали, бегали, боролись друг с другом голыми руками, метали диски и копья.
Победители получали драгоценные награды из рук Императора и Властителя. Лишь тех немногих, кто будет рисковать своими жизнями и выиграет, допустят в божественные ложи.
Ехидные конферансье продолжали насмехаться над каждым из везунчиков. Если в разговорах о правителях божественных и земных они ещё держались каких-то рамок, то колкости в адрес простых смертных не знали меры.
По рядам зрителей ходило множество торговцев, предлагая немытым массам нехитрую снедь и напитки. Правда, никакого алкоголя. Смоккер притащил на всех жареных каштанов, орешков и печёных яблок.
Фурия ощущала, как растёт её внутреннее напряжение, чем ближе подкрадывались поединки. Потому что ей оставалось только бессильно наблюдать, не имея возможности вмешаться, если что-то пойдёт не так.
Наблюдать и верить, что самый любимый человек справиться с любым противников.
— Пришло время самой захватывающей и опасной части сегодняшнего дня! — заявила Камарра.
— Тридцать два сильнейших бойца Виашерона сойдутся на этой арене, чтобы выяснить, кто же из них достоин божественного дара!
— Тридцать две команды выступят друг против друга в схватке не на жизнь, а на смерть!
— Они прошли самый суровый отбор, чтобы сегодня зрители Великого Ристалища смогли наблюдать непревзойдённое мастерство и технику, — произнёс Аррамак.
— Для тех, кто был слишком мал и не застал прошлые состязания, напомню правила. Схватка продолжается, пока один из участников не потеряет сознание, не попросит пощады или же… не будет убит.
— Увы, такое бывает, сестрица. Целители Империи и Союза знают своё дело, но они не всесильны.
— В отличие от наших глубокоуважаемых гостей. Иногда они вмешиваются, чтобы спасти жизнь тех, кто пришёлся им по нраву.
— Групповые и индивидуальные схватки будут чередоваться, дабы предоставить участникам возможность восстановить силы. Запрещено использовать любые алхимические снадобья.
— Довольно пустой болтовни! Начинаем!
— Откроют индивидуальные схватки Айнхэндер из известного клана Буревестники и ГидроПоника из не менее известного клана Доминион.
— Да сопутствует бойцам удача! А я кое-что понимаю в этом деле, —
