что я думала? А оказывается, вам только эксперимент нужно поставить, потому вы и появились. Но я все равно согласна, пусть эксперимент. Пусть!
Горов слегка сжал ее безвольные сейчас руки:
- Ты ошибаешься, девочка. Мною движет вовсе не интерес к эксперименту. Подробно все я объясню тебе позже, сейчас не место и не время. Сейчас я тебе только скажу, что мы в общем-то родственники. Если хочешь, я брат по крови и тебе, и твоему отцу. Помнишь Маугли? Мы с тобой одной крови, Славка, ты и я!
Девушка недоверчиво и испытующе заглянула ему в глаза:
- Правда?
- Правда.
Славка расцвела улыбкой:
- Я верю, Нилыч!
Она следила за перебежками Горова до тех пор, пока его ставшая маленькой фигура не выбралась на бугор веретьи и не помахала ей рукой. Славка помахала в ответ, поправила рюкзачок и пошла через островок к последнему переходу через заболоченный соснячок. Здесь, на песчаном островке, росли чуждые болоту луговые травы и цветы. Среди этой в общем-то нежной зелени Славке бросился в глаза по-хозяйски чувствовавший себя здесь могучий куст татарника, украшенный головками малиновых цветов, казавшихся особенно яркими на фоне его темной, обрызганной седоватыми иглами зелени. Славке сразу же вспомнился дедушка Потехин и те колдовские наговоры, о которых он, посмеиваясь, поведывал ей во время прогулок.
Славка подошла к татарнику и взялась пальцами за его самую крупную и яркую цветочную головку.
- Татарник, татарник, - громко и внятно сказала она, - я пришла к тебе с докукой.
И сама себе ответила скрипучим голоском:
- С какой такой докукой?
- Помоги Нилычу Горову в его делах. Сделай так, чтобы с ним плохого не случилось. Если не поможешь и не сделаешь, я выломаю тебе пенья-коренья, шипочки-иголочки выщипаю и голову назад загну. - Славка загнула немного цветочную головку. - Чтобы была у Нилыча Горова удача на веки веков и не было беды на веки вечные.
Славка шла среди трав и цветов, спускаясь к началу ишары, а в ушах ее звучал ее, свой, а будто бы и не свой ясный голос: «Татарник, татарник, я пришла к тебе с докукой…» Было почему-то грустно и плакать хотелось, но не плакалось.
Глава 14
Привязав просмоленную долбленку к предназначенному для этого пню и выбираясь на островной берег по песчаному в этом месте мелководью, Славка потеряла бдительность, оступилась в ключевую промоину и упала на колено левой ноги. Рюкзачок, слава Богу, не замочила, но вымокла до пояса, нисколько, однако, не огорчившись этому. Напротив, нежданнонегаданное купание взбодрило ее, рассеяло охватившие ее после расставания с Горовым грусть и тревогу. «Ничего, - сказала она себе, - пустяки все эти мафиозные приключения. Отец бы с ними справился! Справится и Нилыч. Все образуется, все станет на свои законные места. И отправимся мы с Нилычем в даль поднебесную - на Тянь-Шань». Как они туда отправятся, Славка не имела ни малейшего представления, но это ее ничуть не беспокоило. Раз все образуется, значит, и эта проблема как-нибудь да образуется.
Славка разделась, развесила промокшую одежду на кустах смородины, выкупалась в холодноватой воде омута, на дне которого били ключи, и села на сосновый пень - на солнышке, рядом со своей сохнущей одеждой. Ей тут же вспомнился пушкинский «Арион» - стихотворение, которое очень любил отец и заключительное шестистрочье которого он нередко декламировал, когда с ними случались приключения: «Погиб и кормщик и пловец! Лишь я, таинственный певец, на берег выброшен грозою. Я гимны прежние пою и ризу влажную мою сушу на солнце под скалою». Получалось так, ведь Славка и правда выбралась на берег и сушила свои «ризы», и ей теперь по ходу дела требуется распевать гимны. Славка рассмеялась, достала из рюкзачка сменную блузку, шорты, мокасины и «бульдог» с шестью патронами в барабане, который Горов оставил ей в залог, что прозвучало шуткой, и на всякий случай, - это было сказано уже серьезно, и Славка не преминула уточнить:
- На какой - на всякий?
- Именно на всякий. Чем только черт не шутит, когда Бог спит.
- Разве боги спят?
- Еще как! Если бы они не спали, разве бы они допустили царство дури, жадности и зла на этой милой планете. - И, не давая девушке перебить себя, добавил: - Нас могли проследить до этого островка, могут проследить и твой дальнейший путь. Для этого достаточно бинокля.
Славка было растерялась, мысль о том, что за ними могут здесь, в глуши, следить, не приходила ей в голову. Но после небольшой заминки она уверенно сказала:
- Если и проследили, им все равно не пройти там, где мы прошли. Этому же учиться надо! Это же ну как в цирке, как по натянутой проволоке ходить. Да еще без балансира. - Она убеждала не столько Горова, сколько саму себя. - Вы же знаете, стоит сбиться с ритма, шагнуть посильнее или, не дай Бог, приостановиться или ступить в чужой след, как сразу засосет. Умеючи, да если повезет, еще можно до ближайшей кочки добраться, а вообще-то - засосет. Я видела, как телку засосало, когда она сдуру на чарусу забежала, - с виду ведь она лужайка и лужайка. Мыкнула только раз - и с головой, за секунду.
- Серьезное здесь болото, - согласился Горов. - Но как это поется? Там, где пехота не пройдет, где бронепоезд не промчится…
- Там пролетит стальная птица, - перебила Славка, - знаю. Самолет на остров не сядет, даже самый легкий. Да и вертолет не сядет - там деревья к самой воде подступают.
- Помимо самолетов и вертолетов, есть суда на воздушной подушке и болотные вездеходы. Кстати, они сейчас свободно продаются, были бы денежки. А судя по всему, у тех, кто за нами охотится, они в избытке.
- Опять вы меня запугиваете! - сердито сказала девушка. - Как вам только не надоедает?
- Это я для профилактики, чтобы ты не забывала - мы на войне и не слишком расслаблялась, - с улыбкой сказал Горов и уже серьезно добавил: - Конечно, вероятность использования болотных вездеходов и другой чудо-техники против твоей персоны очень мала - что-нибудь один к десяти тысячам. Так что не трусь. И все же вероятность эта существует. Так что не расслабляйся.
- Да не трушу я и не расслабляюсь, Нилыч! Думаться только из-за вашей профилактики дурацкой теперь будет.
- Этого я добивался. В общем, прячь револьвер в рюкзачок, чтобы не намок при переправе. А на ост-рове всегда носи с собой, за поясом.
