— воспротивилась она.
— Мы еще вернемся, — утешила я девочку.
Мы вышли в соседнюю комнату, и я плотно заперла дверь:
— Если ты завидуешь, это нормально, — спокойно произнесла я.
— Я не завидую! — взвилась Зоуи. — Было бы чему!
— Твои чувства — нормальны. Нормально желать получить красивое платье на бал, этого все хотят. Но это ведь не значит, что нужно пытаться уничтожить чужое, верно? Подумай, если ты дашь волю этим чувствам, до чего ты дойдешь? Сегодня ты даешь плохие советы, жадничаешь жемчуг, а завтра попытаешься платье изрезать?
— Что?! — она отшатнулась, — я бы так не сделала!
— Ты изрезала мое платье, в котором я должна была впервые появиться в качестве маркизы, — горько усмехнулась я.
— Я была ребенком! Это... это просто...
— Это просто чувства, которые надо пережить, но направить их в такое русло, чтобы они не могли никому навредить, — спокойно произнесла я. — Скажи, что ты чувствуешь?
— Какая разница, — она зашагала по комнате, заламывая руки.
— Мне это важно. Нужно услышать.
Несколько минут Зоуи молча ходила туда-сюда, а потом все же не выдержала:
— Я завидую им, понятно?! Почему все так? Почему не у меня! Я этого больше достойна!
— Но Крис не обязан тебя содержать, ты ему не сестра.
— Но он мог бы!
— Это было бы неприлично...
— Он мог дать денег вам, своей матери, и все приличия были бы соблюдены! А теперь я без ничего! Вы обещали все исправить, обещали достать приглашения на бал, достать платье! Это не то же самое, что званый вечер, туда нельзя прийти в старом перешитом, — она опять принялась нервно ломать пальцы. — Я ведь достойна этого, все так говорят! Все твердят, что такой красавице место на королевских балах! Я должна встретить там свою любовь, своего сказочного принца! У меня все должно быть, у меня, а не у них!
Глупо было надеяться, что дурная натура Зоуи так легко исчезла. Нет, она лишь замаскировала ее немного ради приличий, ради выгоды. Но теперь... теперь зависть рвалась из нее, словно щупальца спрута.
— Даже если у девочек не будет платьев, у тебя ничего не появится, только добавится их ненависть, — заметила я.
— Но зато я буду не так сильно выделяться, не так сильно позориться!
— Да, позориться будете втроем. Так легче? — жестко ухмыльнулась я.
Зоуи посмотрела на меня удивленно, а потом поджала губы недовольно:
— Вы обещали...
— Обещала, — не стала спорить я. — Но мне нужно время.
— Я... я достойна этого. Я достойна, а они...
— Они тоже достойны. Разве ты так не считаешь?
Не считала, это было видно по ее глазам. О, Зоуи все еще осталась такой же вредной эгоистичной снобкой, какой и была. Чуть присмирела, чуть пообтесалась, стала хитрее, но внутри... нет, наверное, она изменилась, но не так кардинально, как демонстрировала. Но ума ей хватило этого все же не говорить.
— Он мог хотя бы мороженое мне купить, — неожиданно всхлипнула она. — Это же просто унизительно! Сидеть там и смотреть, как Фло и Трис едят мороженое, а я — нет.
Ну, да, как будто я ей это мороженое не купила:
— А когда ты отправляла служанку покупать пирожные и ела их в одиночестве, не делясь с Фло и Трис, это было нормально? — напомнила я.
— Вы знали?! — ахнула Зоуи, а потом глаза ее сощурились. — Вы специально рассказали об этом Кристоферу, чтобы наказать меня?!
— Крис в последнюю очередь стал бы слушать мои приказы, да и я не так мелочна, чтобы рассказывать о детских глупостях, — холодно ответила я. — Но я надеюсь, что ты все же вспомнишь, что ты взрослая девушка, а не ребенок. Крис тебе ничего не должен, он тебе посторонний мужчина, не связанный с тобой родственными связями.
— Но он мог бы...
— Но он не хочет, — оборвала я. — Не хочет, понимаешь? И навязываться ему просто неприлично.
Зоуи ахнула, поджала губы. В глазах ее стояли злые слезы.
— Я пойду, — наконец, произнесла она, но голос ее прервался. Она сделала глубокий вздох и повторила четче: — я пойду принесу розовый жемчуг. И, кажется, там было еще немного голубого. Не знаю, пригодиться ли, но я посмотрю.
— Спасибо, — кивнула я.
Выйдя из комнаты, Зоуи тихо ахнула, а потом ее каблучки быстро-быстро застучали по коридору, будто она убежала. Я нахмурилась и выглянула в коридор, чтобы увидеть под дверями Фло.
— Ты подслушивала? — удивилась я. Вот чего я не ожидала от своей рассудительной сдержанной старшей дочери.
— Сторожила, чтобы вас не услышала Трис. Ей было бы больно это услышать, — ответила она, будто разговор шел о погоде, а не о чем-то личном.
— Это все равно нехорошо, — нахмурилась я и направилась обратно в гостиную, где работала швея.
— Можно спросить? — Фло догнала меня и взяла под руку, заставляя идти медленнее. Продолжила она, так и не дождавшись моего разрешения, я была недовольна ее поведением: — почему Крису ты говорила другое?
Я остановилась и обернулась к ней:
— Ты и тогда подслушивала?
— У меня хороший слух, — равнодушно пожала плечами она. — Так почему Крису ты говорила о том, что Зоуи не виновата, что не представлять ее или лишать мороженого — это неприлично, а Зоуи сказала другое?
Вообще-то, я говорила несколько иначе, но смысл намека, конечно, Фло уловила верно.
— Потому что важно то, кому я говорила.
— Я не понимаю, — нахмурилась девушка.
— Каждый должен следить за своим поведением, особенно в конфликте. Не думать, кто и что ему должен, не ждать, не тянуть. А следить за собой и стараться быть лучше. Поэтому Крису я постаралась намекнуть на его недостатки, на то, что он рубит с плеча и делает поспешные выводы. А Зоуи попыталась донести, что делает не так она. В той степени, в которой каждый из них готов меня выслушать. Каждый должен заниматься своими делами, Фло, и следить за собой и за своим поведением прежде всего.
— Интересная мысль, — медленно произнесла Флоренс.
— А еще не подслушивать чужих разговоров, и не сплетничать, — добавила я с намеком.
— Буду нема, как рыба. Не волнуйся, я
