“Вы что, не слышали, что он сказал? Он не хочет заниматься политикой,” осторожно заметила Маккензи.
Барб махнула рукой. “Это его обязанность, как Копленда. Дело не в том, чего он хочет, а чего нет. Если ты настаиваешь на разводе, никто не будет упрекать тебя в этом.” Барб скривила рот в усмешке и с презрением посмотрела на Колби.
Эти люди говорили серьезно. Они без зазрения совести готовы были разрушить жизнь сына, не говоря уже о его жене. Маккензи признавалась, что сделала несколько ошибок в жизни. И, похоже, выйти замуж за Ника было одной из них.
Ник снова открыл папку с фотографиями. “Вы просмотрели все эти фотографии?”
Барб передернуло. “Конечно, нет. Зачем?”
“А стоило бы.” Ник вытащил одну фотографию и положил ее на стол. “Например, вот эту.” Колби наклонилась ближе, чтобы рассмотреть ее. Маккензи и Копленды последовали ее примеру. Фотография была очень детальна - на ней был изображен Ник в компании того же парня, с которым он был накануне в ресторане.
Они дурачились в бассейне. Ник положил на стол еще одну фотографию. “Эта еще лучше.” На ней он крепко обнимал своего друга. Колби завороженно смотрела на фотографию, которая пердавала такие мельчайшие подробности, что можно было разглядеть капли воды на ресницах Ника.
“Ты прав,” тихо сказала Маккензи. “Он и вправду вылитый Брэд Питт.”
“Если вы продолжите это, я сделаю все возможное, чтобы люди в Роухбете узнали почему мы с Маккензи так хорошо поладили.” Ух ты, Ник, старина, у тебя действительно получилось сказать это, не разжимая зубов. Молодчина.
“Ник, это отвратительно.”
“Отец, то, что так отвратительно тебе - часть меня. Тебе это может быть и противно, но это моя жизнь. Я не могу позволить вам общаться с моей дочерью, если вы не будете уважать меня или ее мать. Я устал притворяться и просить своих друзей притворяться из-за меня. Этому пришел конец. Вы должны оставить Маккензи в покое или я сообщу о том, что я гей на первой полосе газеты «Новости Роухбета».”
Если бы Барб могла отклониться от фотографий еще дальше, она бы так и сделала. Женщина была так бледна, что Колби боялась, что она вот-вот потеряет сознание. Колби кашлянула. Пришло время и ей принять участие в этом разговоре. “Уже третий час. Думаю, никто не откажется выпить.”
Глава 12
“Думаешь, теперь они оставят нас в покое?” спросила Маккензи, когда они вернулись в комнату, проводив Коплендов.
Ник был погружен в свои мысли, поэтому ответить решила Колби. “Я не знаю, но мне кажется, вы обнаружили их слабину. Для них главное только внешняя сторона. Они боятся огласки, поэтому, пока перед ними стоит опасность, что их сын признается во всеуслышание, что он гей, они будут держаться подальше от вас и ваших дел.”
Внимание Колби переключилось на Ника и Маккензи с облегчением вздохнула. Находиться рядом с ней было довольно сложно. “Это лучшее из того, что ты мог сделать, чтобы сдерживать их.” Ник согласно кивнул, но выглядел он так, словно его оглушили.
“Не могу поверить, что они все знают,” Ник беспомощно посмотрел на Маккензи.
“Когда-нибудь ты должен был рассказать им,” мягко ответила она.
Он моргнул. “Знаю. Я думал, что будет легче.” Мужчина хлопнул себя по коленям, а затем потер их. Он грустно улыбнулся. “Думаю, это можно отметить мороженым и кино. Хотите присоединиться?”
Колби кашлянула. “Спасибо за предложение, но, наверное, мне пора возвращаться в Портленд.”
Ник посмотрел на Маккензи, но она отказывалась встречаться с ним взглядом. Колби смотрела куда угодно, только не на Маккензи. Значит, вот так все закончится.
Ник встал, чувствуя себя неудобно при виде такой явной напряженности между женщинами. “Пойду посмотрю, если Сьюзан и Оливия захотят составить мне компанию. Колби, если бы мы встретились при других обстоятельствах…” Он протянул ей руку и она пожала ее.
Маккензи подождала, пока Ник выйдет из комнаты и повернулась к Колби. “Ты уверена, что не хочешь задержаться на денек-другой? Ты можешь остаться здесь.”
Колби посмотрела прямо на нее, и Маккензи была разочарована, прочитав ответ в ее глазах.
“Я стараюсь не водить машину ночью, если у меня есть возможность. Пойду соберу свои вещи.” Маккензи позволила Колби уйти, не зная, что сказать, чтобы ее остановить. Она очень хотела, чтобы Колби не уезжала, но она не лгала ей. Ей нужно нечто большее, чем просто секс.
Маккензи натянула на лицо улыбку, чтобы не растраивать дочь, но она знала, что маму и Ника не так просто обмануть. Ее мать обнимала ее немного дольше, чем было нужно, перед уходом в кино. Улыбка Маккензи сползла с лица, как только за ними закрылась дверь. Она дала Колби достаточно времени, чтобы собраться, прежде чем пойти в ее комнату. Тревога охватила всю ее. Маккези постучала, но не стала дожидаться ответа и вошла.
Колби стояла посередине комнаты, вопросительно глядя на нее. Маккензи подошла к девушке и крепко ее обняла. Она растворилась в этом объятии, не желая видеть растерянность на лице Колби.
“Ты все только усложняешь,” прошептала Колби, уткнувшись в плечо Маккензи.
“Я и не хочу, чтоб все было легко.”
“Но ты говорила…”
“Я знаю, что я говорила.” Маккензи хотела объяснить Колби, что не отталкивает ее и не отвергает. Она пыталась сказать, что хочет от их отношений чего-то большего, чем просто секс и выяснения отношений кто что сделал десять лет назад. Она так устала скрывать свои чувства. Ей был дан второй шанс показать Колби настоящую себя, и она провалила его. Плечи Маккензи опустились и Колби обняла ее крепче, словно чувствуя, что она нуждается в поддержке. Маккензи запустила руки в волосы Колби и притянула ее к свои губам, вкладывая в прощальный поцелуй все свои чувства и мысли.
Горло Маккензи сжалось, когда она вспомнила, что Колби жила в трех часах езды, имела свое собственное дело, и не давала ей никаких обещаний и намеков, что хочет чего-то большего, чем просто секс, от их отношений.
Маккензи хотела не секса, она хотела заниматься с ней любовью и, может быть, показать ей то, что невозможно было выразить словами. Маккензи вытянула рубашку из брюк Колби, но когда она потянулась к ее молнии, Колби остановила ее руки.
“Маккензи, посмотри на меня.” И когда Маккензи подняла на нее глаза, то сразу же об этом пожалела. “Ты приводишь меня в замешательство.”
“И себя тоже. Но я хочу заняться с тобой любовью. Прямо сейчас. Пожалуйста?”
Возбуждение Колби преодолело ее неуверенность.
Хорошо, я не хочу говорить. Но нам нужно поговорить. Маккензи отмела эту мысль, раздевая Колби. Она не долго возилась со своей одеждой, быстро стянув ее с себя и бросив на пол. Она аккуратно опустила Колби на кровать и легла рядом с ней.
