Никто не спорит, плавающий танк — нужная штука. Но приходится выбирать — способность плавать или мощная броня, способность плавать или мощное вооружение. На плавающем танке лучше не встречаться в чистом поле с обыкновенным средним танком противника. Может получиться нехорошо.
Жуков объявил, что история нам мало времени отпустила на подготовку к войне. Спорить с гением не будем. Но обратим внимание на то, как это время было использовано. Под теплым крылом Тухачевского процветали конструкторские бюро под руководством шарлатанов типа Курчевского. Они пожирали колоссальные государственные средства, заваливали промышленность множеством мелкосерийных заказов на экстравагантные фантастические образцы вооружения, которые в конечном счете оказывались непригодными ни для массового производства, ни для вооружении войск.
В то же время выдающиеся конструкторы боевой техники Шавырин, Шпагин, Дегтярев, Грабин, Петров и многие другие из-за капризов безграмотного барина Тухачевского были лишены возможности создавать то, что было нужно на войне. Их загоняли в технологические тупики, заставляя создавать универсальные образцы оружия типа зенитно-противотанковых пушек.
Виной этому было никем пока не объясненное долготерпение Сталина в отношении Тухачевского. Сталин то отстранял гиганта военной мысли от руководства развитием вооружения, то снова ему эту важнейшую область доверял. Даже «Красная звезда» (29 мая 2001г.) вынуждена это признать: «Случилось это потому, что и свое время не до конца был нейтрализован военный Хлестаков — Тухачевский, замнаркома по вооружению и „красный милитарист“ одновременно. Кроме того, не была изжита „гигантомания“ в НКО (выражение Сталина на докладной ГШ по поводу предложений Тухачевского). Это было одной из причин распыления средств на ненужные по большей части проекты создания военно-технической экзотики вместо подготовки промышленности к производству качественного и современного вооружения».
7
Наше общество понемногу приходит в себя от восторгов по поводу смелых замыслов гиганта военной мысли. «Что касается пресловутой „неготовности СССР к войне“, то, если бы реализовался замысел Тухачевского построить 100 тысяч танков и содержать в РККА 250 укомплектованных дивизий (как сегодня говорят — „соединений постоянной готовности“), народ действительно остался бы без штанов. 100 тысяч танков, как и 150 тысяч самолетов, построено не было, замыслы Тухачевского были отвергнуты по настоянию Сталина» («Красная звезда», 29 мая 2001г.).
Теперь вновь раскроем «самую правдивую книгу о войне».
«Задолго до войны очень способным конструктором Б.И. Шавыриным были созданы минометы калибра 82 и 120 миллиметров. Подлинное насыщение армии минометным вооружением произошло позднее» (Г.К. Жуков. Воспоминания и размышления. М., 2003. Т. 1. С. 141).
Вот видите, был у нас талантливый конструктор минометов. Задолго до войны он создал лучшие в мире минометы. Но почему-то тогда насыщения армии минометным вооружением не произошло. А минометы были настолько удачны, просты, удобны, надежны, что даже и в начале нового тысячелетия они все еще состоят на вооружении и верно служат во многих армиях мира, в том числе и в российской.
Вот бы Жукову и назвать по имени того гиганта военной мысли, который задолго до войны занимал пост заместителя наркома обороны по вооружению, который считал минометы «недоразвитой артиллерией» и всячески тормозил процесс их создания и оснащения ими армии на том основании, что из них не получается стрелять по самолетам и вести борьбу с танками.
А вот еще перл с той же страницы той же «самой правдивой книги»: «Некоторые военные деятели даже думали свести пушечную артиллерию к универсальным и полууниверсальным пушкам. ЦК ВКП(б) обратил внимание на ошибочность этой тенденции».
А нам опять хотелось бы узнать имена тех военных деятелей, которые занимали столь глупую позицию в вопросах развития вооружения.
* * *
Когда Жуков вспоминает мнимые заслуги Тухачевского, вроде его знаменитых «предупреждений», то гиганта военной мысли называет по имени.
Но как только дело касается конкретной деятельности, вроде идиотского предложения перевести всю артиллерию на универсальные или полууниверсальные пушки, тут Жуков имя главного и единственного идеолога такого подхода напрочь забывает. Тут он Тухачевского прячет во множественное число каких-то неизвестных придурков — «некоторые военные деятели».
Как только надо назвать того, кто притормаживал кипучую деятельность «звезды в плеяде», того, кто дальше своего носа не видел, тут у Жукова ясный намек на Сталина.
Но как только речь заходит о конкретном решении остановить безумие Тухачевского, тут у Жукова появляется мудрейший ЦК ВКП(б), который «обратил внимание на ошибочность этой тенденции».
Генеральный секретарь ЦК Сталин дальше своего носа не видел. Зато уж дальновидный ЦК (под управлением Сталина) все видел, все знал, на все проблемы правильные решения находил.
Глава 16
Вот это размах!
Строительство ВВС шло по пути массовости. К середине 1935 года мы имели самые массовые ВВС в мире. Этого казалось мало. Тухачевский планировал к 1937 году иметь 40 тысяч самолетов и 50 тысяч танков. Промышленность, захлебываясь, строила перкалевые и деревянные самолеты старых образцов. Все это делалось вместо того, чтобы проводить исследования, создавать новую технику, развивать авиационную промышленность и планомерно заменять старую авиатехнику новой.
Дважды Герой Советского Союза, маршал авиации А. Ефимов. «Красная звезда», 6 мая 2006г.
1
Как же Тухачевский намеревался построить поистине невероятное количество танков?
Его предложение потрясает поистине сумасшедшей смелостью: надо в танки превратить все наши тракторы и автомобили! Тухачевский заявил Сталину: «Из каждого трактора и автомобиля можно построить один танк» (ЦГАНХ СССР. Фонд 7297. Опись 41. Ед. хр. 9. Лист 155).
Тухачевский напирал на слово каждый. По его мнению, каждый автомобиль — это потенциальный танк. Включая автобусы. И легковые. И каждый трактор — потенциальный танк. Тракторы и автомобили, по мнению Тухачевского, – «танковое сырье».
В статистику Тухачевский включил все автомобили и все тракторы Советского Союза и заключил: вон их сколько у нас!
К концу 1930 года в Советском Союзе было 98 400 автомобилей и тракторов. Тухачевский ликует: пятилетка даст нам больше тракторов и автомашин, и все их превратим в танки!
«Составленная мною таблица наличия у нас танкового „сырья“ говорит о том, что ресурсы уже с конца 1931 года становятся довольно внушительными. Если автомобили и тракторы для производства танков брать из поступления за год войны, а частью по мобилизации из наличных ресурсов, то можно было бы, по-видимому, без особого перенапряжения страны иметь для танков и автотракторов:
а) в 1932 году — 40 000 по мобилизации и 100 000 из годового производства, и
б) в 1933 году эти цифры могли бы возрасти в раза полтора» (ЦГАНХ СССР. Фонд 7297. Опись 41. Ед. хр. 9. Лист 155).
Во размах!
2
Но даже и Тухачевскому было ясно, что на такое количество «танков» броневой стали в стране нет, и неоткуда ей взяться. Потому он предлагал вместо брони использовать котловое железо и переключить Таганрогский котлостроительный завод на выпуск железных листов.
Основной грузовой автомобиль того времени: АМО-Ф-15. Он брал максимально одну тонну. Колесная формула 42. Вне дорог действовать не мог. Если листами котлового железа прикрыть только двигатель, бензобаки и кабину водителя грузовика, то это уже больше тонны дополнительного веса. Кузов «броней» прикрыть не получится. Если смонтировать железную коробку в кузове, тогда двигатель, бензобаки и кабина водителя останутся незащищенными. В любом из этих сценариев карданный вал, подвеска и тоненькие резиновые колеса оставались открытыми.
Вооружение такого «танка» — пулемет «Максим».
Ничего более тяжелого на такой «танк» не поставишь. Впрочем, Тухачевский ничего другого устанавливать и не рекомендовал. Установить пулемет на такой «танк» можно было только открыто, так как для броневой башни нужно крепкое основание, а его нет.
Основным трактором того времени был «Фордзон». (Америка продала лицензию на производство и построила завод. Понятно, что у нас буржуазное название трактора было заменено благозвучным пролетарским — СТЗ.) Мощность трактора — 15 лошадиных сил. С момента выхода из заводских ворот первого «Фордзона» и до конца 60-х годов XX века эта мощность трактора считалась эталонной. Так и писали: «В течение 1933-1937 гг. сельское хозяйство получило свыше 500 тыс. тракторов (в 15-сильном исчислении)» (История Великой Отечественной войны Советского Союза, 1941-1945. М., 1961. Т. 1. С. 64).
