Читаем без скачивания Американский детектив - 4 - Джон Гоуди

Когда фигура появилась во второй раз, Артису пришло в голову, что на фоне освещенного вагона тот представляет прекрасную мишень. Разумеется, пистолет на таком расстоянии не годился, если не иметь в виду исключительно хорошего стрелка. Ну, такого, например, как он сам. Будь у него время тщательно прицелиться, прижав пистолет и запястье к колонне, он уверен был, что попадет.

Артис попытался вспомнить, какой именно приказ дал ему сержант из оперативного отдела. Оставаться на месте? Что-то вроде того: оставаться на месте и ничего не предпринимать. Если в качестве оправдания он сможет предъявить убитого преступника, станут ли его наказывать за то, что не выполнил приказ буквально? Когда плотная фигура в очередной раз показалась в дверях вагона, пистолет Артиса сам оказался у него в руке, а ствол оперся на запястье. Он навел пистолет, посмотрел, как человек уходит, и вернул пистолет в кобуру. Но тотчас снова его достал его и изготовился к стрельбе. Когда фигура появилась в очередной раз, он нажал курок.

Будь пистолет снят с предохранителя, на его счету оказался бы убитый преступник.

Когда фигура исчезла, Артис несколько раз щелкнул предохранителем, не очень понимая, зачем это делает, и вернул пистолет в кобуру. Правда, он не был уверен, что последний щелчок оставил пистолет на предохранителе, потому вновь вытащил его и проверил. Оказалось, зря: он был слишком осторожен в обращении с оружием, чтобы совершить такую ошибку. Артис сунул пистолет обратно, и когда фигура появилась вновь, оставил его в покое. Но когда она исчезла, вновь прицелился, и на этот раз, просто на всякий случай, снял пистолет с предохранителя.

Когда фигура появилась вновь, он поймал её на мушку, словно так было решено заранее. Потом глубоко вздохнул и нажал курок.

Выстрел эхом разлетелся по туннелю, словно взрыв. Он услышал — или ему показалось, что услышал — звон разбитого стекла, когда пуля попала в окно. Человек резко метнулся назад, и Артис понял, что попал. Когда вокруг него засвистели пули, он вжался в колонну, прекрасно сознавая, что если его не убьют бандиты, то уж обязательно достанут полицейские, если откроют ответный огонь.

Глава 15

Когда раздался выстрел, сержант Мисковский завопил: — В нас стреляют! — и рухнул на пути, увлекая за собой постового. Раздалась автоматная очередь. Мисковский закрыл голову руками, и в этот момент прозвучала вторая очередь.

Постовой выставил перед ними брезентовый мешок.

— Не думаю, что это поможет, — прошептал он, — Хоть здесь и миллион долларов, но пуля пройдет сквозь него так же легко, как муха в открытое окно.

Стрельба стихла, но Мисковский выжидал ещё минуту, прежде чем поднял голову. Постовой через край мешка внимательно вглядывался в заднюю часть вагона.

— И что нам теперь делать? — прошептал Мисковский. — Ты считаешь, нужно встать и шагать прямо в эту кашу?

— Ну, уж нет, черт возьми, — проворчал полицейский. — Мы не тронемся с места, пока на поймем, что происходит. Черт возьми, мы так вывалялись в грязи, что теперь никогда не отчистить форму.

Когда перестрелка прекратилась, туннель казался вдвое темнее, а тишина ещё глубже. Стараясь поглубже спрятаться за мешком, Мисковский с благодарностью отметил оба обстоятельства.

Когда Райдер шагал по проходу, ошеломленные перестрелкой пассажиры провожали его завороженными взглядами. Окно аварийной двери в задней части вагона оказалось разбитым. Уэлкам, наполовину высунувшись наружу, вглядывался в туннель. Вокруг валялись осколки стекла. Ствол его автомата, выставленный в разбитое окно, медленно описывал круг, обследуя туннель подобно усикам хищного насекомого. Стивер, сидевший на отдельном сидении, выглядел довольно прилично, но Райдер понял, что он ранен. На правом рукаве чуть ниже плеча расплывалось темное влажное пятно.

Он остановился перед Стивером и вопросительно взглянул на него.

— Не так уж страшно, — буркнул Стивер. — Думаю, пуля прошла навылет.

— Сколько было выстрелов?

— Всего один. Несколько раундов я выдержу. — Он похлопал по лежавшему рядом автомату. — Там ничего не видно, так что стрелять не имело смысла. Думаю, я пальнул просто от злости. А потом прибежал этот парень, — он небрежно кивнул в сторону Уэлкама, — и дал ещё очередь.

Райдер кивнул и встал рядом с Уэлкамом. Сквозь разбитое окно туннель выглядел тихим и мрачным, он напоминал подземный лес из серовато-коричневых колонн. Там находились люди, но они надежно спрятались.

Он отошел от проема. Уэлкам весь дрожал от напряжения и дышал часто и прерывисто.

— Ты без разрешения покинул пост, — укорил его Райдер. — Возвращайся на мместо.

— Да пошел ты, — буркнул.

— Возвращайся на место.

Уэлкам неожиданно развернулся и, умышленно или нет, ствол его автомата уперся в грудь Райдера. Тот сквозь ткань плаща ощутил его дуло, однако глаз не отвел. Его взгляд не отрывался от глаз Уэлкама, мрачно поблескивавших в прорезях маски.

— Возвращайся на место, — снова приказал Райдер.

— Плевать я хотел на твои приказы, — буркнул Уэлкам, но то ли по его интонации, то ли по незамтной перемене в блеске глаз Райдер понял, что итальянец готов уступить. В следующее мгновение Уэлкам опустил автомат.

Стычка закончилась. Пока.

Уэлкам прошел мимо и направился к центру вагона. Райдер подождал, пока он не займет свой пост, осмотрел пассажиров и вновь выглянул в туннель. Там не просматривалось никакого движения. Он отвернулся и сел рядом со Стивером.

— Ты уверен, что был всего лишь единственный выстрел?

Стивер кивнул.

— И после твоей очереди ответа не последовало? И после очереди Уэлкама тоже?

— Всего один выстрел, и все.

— У кого-то сдали нервы, или он просто идиот, — решил Райдер. — Не думаю, что нас ждут ещё какие-то неприятности. Сможешь справиться с автоматом?

— Могу, почему бы и нет? Немного болит, но не сильно.

— Это просто лурацкая выходка какого-то одиночки, — сказал Райдер, но мы не можем оставить её безнаказанной.

— Больше я не стану делать глупостей, — сказал Стивер.

— Речь не о том, чтобы делать глупости. Нужно держать наши обещания. Теперь в все зависит от того, убедим ли мы их, что не шутим.

— Убить заложника? — спросил Стивер.

— Да. Хочешь кого-нибудь прикончить?

Стивер пожал плечами.

— Мне все они на одно лицо.

Райдер склонился над раной. Кровь медленно сочилась через разорванную ткань плаща.

— Потом я посмотрю твое плечо. С тобой все в порядке?

— Конечно.

— Я пришлю к тебе кого-нибудь. Ты справишься?

— Я прекрасно себя чувствую, — заверил Стивер. — Присылай.

Райдер встал и прошелся по вагону.

Которого? Толстая старуха наверняка стала бы наименьшей потерей для мира... Но не дело заниматься моральными рассуждениями, нужно все предоставить случайности.

И он наугад ткнул пальцем.

— Подойди сюда.

— Я? — Палец нерешительно коснулся груди.

— Да, — кивнул Райдер, — ты.

Денни Дойл грезил наяву. Он ехал в поезде метро, но это была какая-то странная линия. Да, в самом деле, все происходило под землей, но тут были деревья, озера и холмы, и они купались в ярком солнечном свете, когда он проносился мимо. Мелькали станции с людьми, они были под землей, но пути между ними пролегали на открытом воздухе. И ему не надо было останавливаться. Это был прекрасный рейс, контроллер был на месте, но все сигналы горели зеленым и не было нужды касаться тормоза.

Сон наяву оборвался со звуком первого выстрела, долетевшего со стороны путей. Когда ему ответила автоматная очередь, Денни Дойл сгорбился и попытался спрятать голову в плечи. При виде мокрого пятна на синей ткани плаща коренастого бандита ему чуть не стало плохо. Он не переносил вида крови или любого другого насилия, если не считать футбола по телевидению, где хотя бы не приходится слышать отвратительные удары человеческих тел друг о друга. По правде говоря, он был изрядным трусом — совершенно чудовищный грех для ирландца.

В первый миг, когда на него показал главарь бандитов, у Денни мелькнуло желание отказаться вставать, но потом он побоялся не подчиниться. Он поднялся, понимая, что все пассажиры за ним наблюдают. Ноги дрожали, не слушались, казались резиновыми, и он хотел было намеренно упасть, чтобы главарь бандитов видел, как он беспомощен, и позволил ему снова сесть. Но Денни побоялся, что вожак разгадает его замысел и рассердится. Так что, придерживаясь за поручни, он добрался до середины вагона. Когда поручни кончились, дотянулся до одной из стоек и ухватился за неё обеими руками, вглядываясь в серые глаза, видневшиеся из-под маски вожака.