пол, стены за которые они цеплялись, шли трещинами, они не могли удержать толпу! А за спинами передних напирали ещё…
— Лорд Краб! — раздалось хоровое, инфернальное девичье завывание.
— Прошу разрешение применять жёсткие…
— Отказано! Параллизаторы!
— Слушаюсь, главнокомандующий Краб, — под щелчки параллизаторов выдал теснимый рак. — Вынужден…
— Вижу. Держись, я думаю… Да блядь, что ж это за пиздец?! — взревел я, разнося клешнёй стол главы.
Дело в том, что эти дуры… увечились об рака! Рвались вперёд так, что сдирали не только кожу, но и мясо!
— Да идите вы нахер! — взял я себя в руки. — Раки, за мной!
И вышел в окно. Ну реально, нормальная крабская психика этой инфернальщины не выдержит! А там я убегу. Наверное.
Глава 17
В облаке разлетающихся осколков я быстро понял, что попал. Дело в том, что площадь перед администрацией не была полностью забита. Но окна, сволочи, выходили к входу! И толпа девок в балахонах подняла глаза… Ну в общем — блин. И инерции выпрыгивая я не набрал, рассчитывая перекатом погасить инерцию. И не одел фильтры, а колобок и помереть сможет, как и девки наверху, они… хотя они с фильтрами ломились.
А я с эфирным конструктом, наложил неосознанно, дошло до меня. Ну хоть это хорошо, выбросил я клешню в проём, кроша стекло. Перчатки поскрипели, но уцелели, так что повис я над жаждущей крабского тела бешеной толпой, завывающей «Лорд Краб».
— Назад. Надеть фильтры на главу. Ко мне из комнаты не подпускать, по возможности не калечить! — проорал я раку, перекрывая инфернальные завывания снизу.
— Исполняю, главнокомандующий Краб!
Паутина металлических канатов бывшая раком перекрыла окно, ну и дурные девки вроде не особо об него убивались — очевидно, увидев меня нижние «сбавили напор».
И колобок вроде живой, это славно. Но делать то, блин, что? Снизу сотен пять девиц навскидку. И в доме, и на этаже под сотню. А мне, блин, надо до челнока добраться. Донным на станции ещё часов пять валандаться, эти дуры в мозг трахнутые меня насмерть заебут. И сами убьются.
Это не говоря о том, что я — Краб верный. И изменять своему многочисленному гарему с незнакомыми мухосранками не собираюсь!
Но выбирая между их совершенно криповым и вымораживающим самоистязанием и… Нет, как последний вариант, если дуры безальтернативно убиваться будут — сдамся. И превозмогу, дождусь раков с орбиты.
Но это если совсем жопа, которой, надеюсь, не будет. А пока — челнок и срочное кропание мозгопрочестителя. Вот только как бы туда добраться то? И ведь подлость не в том, что я пробиться не могу, психанул я, врезав свободной клешнёй по стене. Как нож, сквозь масло пройду… только не хочу. Хотя…
— Рак, параллизатором дорожку расчистить сможешь?! — проорал я.
— Смогу, главнокомандующий Краб. Каковы параметры?
— Так, я хочу попасть на челнок… а кстати, сюда он прилететь может?
— Сможет, главно…
— Титулование отставить!
— Слушаюсь, Краб!
— Так, зависнет над площадью, никого не прибьёт, а я на него, — вслух рассуждал я.
— Могу доложить, Краб?
— Докладывай, что там?
— Жизнь местного населения приоритет?
— Ну, в общем, да. Ментальное воздействие, обратимое, — пояснил я донному.
— Принято. Челнок блокирован сто двадцатью самками, Краб! Запуск двигателей…
— Понял-принял, хреново. Ну, значит, пешочком. А раки на челноке пусть расчищают подход к челноку. Тоже небось не одна эта сотня там.
— Так точно, Краб!
— Порадовал, блин, — огрызнулся я, понял, что огрызаться не на кого, по сути, ну и отдал приказ. — Расчищай… стоп! — рявкнул я через четверть минуты.
Просто эти дуры… они давили упавших. Ну, точнее отпинывали из-под ног. Не факт, что насмерть там, но, блин, не факт и что наоборот.
Вот жопа-то, затосковал я. И посмотрел на канат из рака. На рака второго, рачьи пучившего на меня сенсоры. И на крышу здания на том конце площади.
— Дотянешься дотуда? — уточнил я, тыкая.
— Уточняю, Краб. С текущей позиции?
— Угу.
— Нет, Краб. Предельное утоньшение без разрушения функционала платформы позволяет вытягиваться на пятьдесят метров, Краб!
— А тут сотни полторы метров. Херово.
Повисел, «понаслаждался» воплями в мозги оттраханных девиц. Даже на крабкомм попырился от безысходности — но огонёк не горел.
Похоже, казлина пидарасная тут была, оставила мне «подарочек» и намылилась гадить дальше, блин.
Так, ну а если тупо висеть? Эти дуры явно заторможены, как бы не гормоном им мозги клинит. Рвутся как безумные, но в пределах, если друг другу «не помогают». То есть, повишу я пять часов тут… вот только у меня суставы нихера не выдержат.
— Рак, цель — повисеть до завершения миссии тебя на станции. После использования артефакта на местном населении — опасность от него снизится. Но суставы не выдержат, — постучал я по локтю.
— Принято, решаю, — на секунду подвис донный. — Есть решение, Краб. Создаю люльку из себя, — на что я кивнул, логично и правильно. — Либо фиксируюсь на вас и локально снижаю вес вашего тела.
— Гравидвигатель, — протянул я.
— Так точно, Краб.
— Знаешь, рак. А не улыбается мне тут висеть часами. Если ты на мне — до скольки ты сможешь обнулить массу?
— Ни на сколько, Краб! — бодро отрапортовал донный.
— И что за херню ты несёшь?! — искренне возмутился. — Сам тут клешнями щёлкал — гравидвигатель, снизить!
— Так точно, Краб! Уменьшить вес!
— Вот херня-то… Ладно, понял-принял. Сколько я весить буду?
— Минимально, Краб, с учётом тела данной платформы, зафиксированной на вас?
— Да, — не стал я говорить, всё что подумал.
— В пределах пятнадцати килограмм, Краб!
— А это интересно, — протянул я. — Давай ка, полезай на меня.
— Слушаюсь! Уточнение — тип размещения?
— Пояс охвати, плечи. Типа рюкзака, — прикинул я.
— Принято, Краб, — с этими словами донный наполз на меня.
— Гравидвигатель вруби, придурок железный! — прохрипел я, чувствуя, как трескается
