под рукой подоконник и вообще — тяжело пипец как, двести кило металла, блин!
— Слушаюсь, Краб! — выдали эти неподъёмные вериги и тут же полегчало. — Осмелюсь доложить, Краб, данная платформа выполнена не из железа…
— А из полиморфного металла. В курсе. Дай подумать, — буркнул я.
На что башка донного, растущая из моего плеча, преданно на меня вылупилась. Сказал бы, что крипота, но после сегодняшнего — ну рак и рак. Донный.
Так, пятнадцать кило, начал прикидывать я. По вектору гравитации, с инерцией всё не так гладко — недаром донный акцентировался на весе, а не массе.
Но уже полегче, во всех смыслах. Так, баб шальных я не раздавлю. Но в лапы их загребущие попадать мне не охота. Но и ломать эти лапы неохота. Мне этих девчонок, блин, жалко. До слёз, отметил я мокроту в уголках глаз. Ну и хрен с ним.
Значит, по вектору гравитации сносно, главное с угловыми скоростями не переборщить. И на головы девкам не прыгать — тут и пятнадцать кило шею нахер свернут. А нужна мне платформа, устойчивая и прочная. Ну… попробуем.
— Девушки! — проорал я внизу стоящим и безумными взглядами моё крабство пожирающими. — Я иду к вам!
Руки вскинули, жуткие завывания «Лорд Краб!!!», но это фигня. Главное — руки.
— Рак, за мной, — выдал я изображающему паутину.
Вздохнул, подтянул ноги, ну и скакнул вперёд, на море вскинутых рук.
В полёте сгруппировался, приготовился к толчку четырьмя костями — ногами или руками отдельно и риск, да и сломать что-то могу.
И, одновременно с касаниями приготовившимися хватать и употреблять ручек распрямил напряжённые руки и ноги.
— Мощно, — оценил я, на двадцати метрах над толпой, сопровождаемый разочарованным и жутким хоровым воплем «Куда же вы, лорд Краб?!!!» — Приземление… ещё прыжок, так, рак?
— Для фиксации на крыше указанного здания — так, Краб. При сохранении текущей динамики.
Правда динамики ни хрена не сохранилось. Мозги у девчонок были завёрнуты, но не до полного отказа. И прыгучесть крабского лорда они оценили. И ладошки не просто тянулись, а старались схватить.
Но, всё-таки, не даром я тренировался и улучшался. Так что нихера не поймали, но вместо одного, Мухосранск порадовало аж три крабских прыжка.
И наконец, в высшей точке третьего, рак отрапортавал:
— Достану, Краб.
— Действуй!
И рюкзачок из рака фактически выстрелил металлическим тросом двухсантиметрового диаметра. Меня насколько откинуло отдачей, напугав, что нихрена не достанем, но рак, очевидно, этот момент учёл. И моё плечо, и крышу соединил рачий канат.
— Подтягивай, не щёлкай клешнями!
— Слушаюсь, Краб! — выдал начавший стягиваться рак.
— Каг я сепя охретительно улудшил, — прогундел я, выкавыриваясь из вмятины в здании. — Дцелый, бочди.
— Инерция, Краб! — бодро доложил рак.
Йопнувший меня на скорости не меньше шестидесяти километров об стену, паразит такой! Впрочем, сам протупил, да и улучшил я себя и вправду неплохо — только ногу отбил (ЛЕВУЮ, чтоб его! Ну реально — проклятье гребучее, точно!) ну и нос слегка кровит. На секунду напрягся, на тему залитых кровищей фильтров. Но тут же спохватился — я же без них. И вообще — вот что звиздюль живтоворящий делает! В смысле какая-то криповая, безнадёжная пелена после хряпа Крабом об стену с глаз спала.
— Знаю, что инерция. Рак, связь с Быстрым, точнее, с Кистенём срочно организуй.
— Слушаюсь, Краб! Кому изволите направить вызов?
— Нади или Дживс, кто будет, с тем и соединяй.
— Слушаюсь, Краб!
— Рад вас слышать, сэр…
— Дживс, забивайте на Арену. Если что-то не затрофеили — похрен. Дуйте на всех парах в Новый Миленниум, — выдал я.
— Понял, сэр. Я на станции, осмелюсь напомнить.
— Похер, партнёр. Передашь.
— Передам, сэр.
— Да, у меня с Лисой был разговор — на хрен аренников. Спроси у неё, если интересно о чём был разговор, передай что я разрешил.
— Понял, сэр. А что происходит…
— Иди нахрен, Дживс! Нет у меня времени на отчёты! Расскажу, как только — так сразу!
— Возможно имеет смысл направить Быстрый от Инея, сэр? — явно напрягся эфиряка.
— Нет, смысла особого нет. Тут… в общем, вкратце: казёл тут был. Оттрахал в мозг ощутимую часть, если не всю, населения. Агрессии… — взглянул я на толпу, стягивающуюся к дому. — Ну… да блин, они себя убивают! — взорвался я. — Надо лечить. Кистенём быстрее.
— Понял, сэр. Самого казла…
— Не видел, не думаю, что он тут. Хотя посмотрим. В общем, всё, конец связи, а то… ну в общем всё, пока.
— Удачи, сэр.
И покрабил я на крышу, пока эти дуры на неё не позабирались. Так-то пробьюсь, но они же нарен разобьются!
В общем, стали мы с раком донным играть в крабопаука. Или краборакопаука. Донный протягивался к строению, подтягивал меня, ну а я более-менее амортизировал удар. Но нога, левая, болела, чтоб её!
Через три минуты от толпы оторвались, но взгляды редких прохожих и обитателей домов, по которым я сайгачил, мне нихрена не нравились. Кроме этого…
— Рак, обстановка у челнока?
— Около шести тысяч гражданских…
— Шобля?! Ну пизде-е-ец! — взвыл я, но взял себя в руки. — Приказ?
— Исполняется, сэр. Стометровая площадка перед шлюзом чиста от посторонних.
— Потери гражданских? — поморщился я.
— Согласно приказу — безвозвратных нет! — гордо отрапортовал рак. — Травмы, переломы, — признал дроид.
— Интересно, как ты умудрился, — искренне заинтересовался я. — Рассказывай. Стоп, второй… нет, расказывай.
Просто второй рак нас, пока я висел и информировался, догнал. Шлёпнувшись об стену рядом со мной и пырясь на меня своими крабскими сенсорами.
И расказал рак, что вырубают набегающих и отталкивают. Но не просто, а оттаскивая в сторонку, учитывая «приоритет жизни гражданских». По вырубленным топчутся, но пока насмерть никого не задавили, раки вытаскивают и в сторонке складируют.
Это он, молодец, конечно. Но шесть тысяч, блин! Как мне в челнок-то попасть, надо думать.
— Трансляцию посадочного поля давай, — пробормотал я, нервно оглядываясь.
