Читаем без скачивания Война – дело семейное. Перехват - Инна Георгиева

– Двадцать единиц, – быстро пересчитал «груз» Тант. – Новая партия. Похоже, мы как раз вовремя.

Я подняла на него круглые от удивления глаза: неужели этого волка совсем ничего не смущает? Люди скооперировались с инопланетянами для продажи людей инопланетянам. Это даже звучит абсурдно! А он и ухом не ведет. Как будто заранее готовился к такому повороту событий. Но как, объясните мне, к такому вообще можно подготовиться?!

Знаете, я ведь никогда не идеализировала человечество. Мы, нелюди, живем с этой расой бок о бок и не понаслышке знаем, какими нетерпимыми, злыми и опасными могут быть люди. И не только по отношению к другим разумным, но и к самим себе. О, люди никого не обижают так сильно, как других людей! Это, наверное, какая-то особенная их черта, опечатка в генетическом коде: склонность к самоуничтожению.

Но ведь, несмотря на все это, в людях есть и хорошее. Они могут быть добрыми, честными и отважными. Становиться на защиту слабых и бескорыстно помогать нуждающимся. Так как же возможно, что в наше прогрессивное время, когда бюджет фонда социального обеспечения малоимущих больше, чем бюджет оборонки, люди-рейнджеры, призванные в первую очередь защищать, торгуют себе подобными? И при этом в компании полукрыс с планеты, на которой до сих пор царит феодальный строй! Что у них вообще может быть общего?

«Жажда наживы, – подсказал здравый смысл. – То, что всегда толкает людей на страшные поступки: желание заработать».

В тот момент это показалось лучшим из возможных объяснений. И в то же время – абсолютно примитивным. Так рисковать ради денег? Да, это возможно, конечно. Для крфритов. Но не для людей. Они просто не смогут воспользоваться этими деньгами, ведь их источник невозможно будет объяснить. Конечно, существуют особые схемы, но с учетом уровня контроля они либо очень дорогие, либо очень рисковые. Воспользоваться ими могут лишь те, кто собирается обналичить кредитки и удрать из столицы на какую-нибудь далекую планету, куда не дотянется земная рука правосудия. Причем перед этим желательно сменить в придачу к личности еще и внешность. Просто на всякий случай. Но такой сценарий подразумевает единоразовое «снятие банка», а не создание торговой сети с отгрузкой далеко не первой партии товара. То есть совершенно не то, что мы здесь увидели!

«Так что же могло заставить рейнджеров на такое пойти?» – подумала я, отступая на несколько шагов от входа в зал, и прошептала:

– Эйва, ты вскрыла систему? Просмотрела файлы? Есть полезная информация?

– Нет, сержант, – ответила суккуба. – Ничего стоящего. Ни по самой базе, ни по «грузу», ни по месту его назначения.

Я нахмурилась и на всякий случай уточнила:

– А ты хорошо искала?

Эйва фыркнула с толикой негодования в голосе:

– Искала-то хорошо. Только сложно найти то, чего нет. Они не используют компьютер для хранения информации. Это обычная система жизнеобеспечения с центральным управлением.

«Как же не везет-то!» – подумала я с досадой. У меня на компьютер были самые серьезные надежды. Мы и в бункер-то забрались только потому, что к его автономной внутренней сети извне пробиться нельзя. И что теперь делать? Уходить, не получив вообще никакой информации, кроме той, которая меня еще больше запутала?

Нет, уходить было нельзя. Нужно было убегать! Потому что тогда я еще не знала, насколько сильно нам не везет! И очень удивилась, когда умиротворенную рабочую тишину зала, нарушаемую только топотом ног да мерным жужжанием древних криоприборов, внезапно разорвало возбужденное крфритское стрекотание. Они так между собой общаются, эти крысаки: сплошными гласными и на высокой тональности. Очень раздражает. И, видимо, не только меня.

– Говори по-человечески! – рявкнул низкий мужской голос.

– На территории чужой! – пискнул в ответ высокий и немного растерянный голос.

Мы с Тантом переглянулись, но, прежде чем я успела что-то сказать или сделать, он схватил меня за руку повыше локтя и буквально швырнул в соседний коридор. Мы прижались к стене и как будто даже затаили дыхание, наблюдая, как из зала выскакивают сначала все пять рейнджеров, а затем – два крфрита. Также какая-то часть крысаков бросилась по коридору в противоположную от нас сторону, но я по звуку шагов не смогла определить, сколько их туда убежало.

– Уходим! – приказал Тант, как только шаги стихли. Наверное, волк решил, что если я не откусила ему руку за свою «транспортировку», то ему теперь все дозволено. Например, держать меня за плечо и даже слегка подталкивать в спину, чтобы не передумала и послушалась. А вот дудки!

Этому приему меня научил Ревус. Он абсолютно не смертельный, но очень неприятный. Особенно если применить волчью силу. Извернувшись, я схватила Танта за ладонь и, слегка отрастив когти, нажала на точку между указательным и большим пальцами. В ответ на его лице не дрогнул ни единый мускул, но мое плечо сразу оставили в покое. И вопросительно, я бы даже сказала, крайне заинтересованно уставились мне в глаза.

– Ты выйдешь один, – сказала тихо и совершенно спокойно. – Поможешь Ревусу. И вместе с ним вернешься на «ковчег». Понял?

По враз изменившемуся взгляду волка я поняла, что сейчас начнется полемика. А потому свела брови на переносице и как можно строже рыкнула:

– Это приказ! Я выйду следом.

И отпустила ладонь. Конечно, я не знала, можно ли ему доверять. Но очень надеялась, что он послушается. Ведь однажды волк уже сделал это. Перешагнул черту и вписал себя в предложенную мною иерархию. Вдруг подчинится и на этот раз? Ну, хотя бы просто чтобы посмотреть, как я справлюсь одна? Ведь он ради этого здесь, разве не так? А я просто не могла уйти с ним, потому что тогда сам приход сюда был бы напрасным. У меня все еще имелось задание, и я только что придумала, как его выполнить.

«Мы можем узнать, куда отправляют этот «груз», – подумала я, убирая оружие и снова доставая любимый контейнер Эйвы.

Мягко ступая по бетонному полу, пробралась обратно ко входу в зал, присела на корточки и осторожно заглянула внутрь. Выругалась про себя: между рядами криокамер все еще сновала парочка крысаков. Они настороженно переглядывались и судорожно сжимали в руках нечто, похожее на обрезы. Я почему-то сразу вспомнила фильмы о Диком Западе, которые нам показывали на первых курсах академии. Стало даже немного смешно. С другой стороны, какая разница, из чего в тебя стреляют, если это – смертельно?

А вообще мне повезло, что работорговцы не были готовы к вторжению изнутри. Иначе не оставили бы здесь только этих двух перепуганных охранников и не бросились бы толпой вон из бункера. Да и эта парочка на дверь косилась, но без особого интереса: все больше друг на друга. Наверное, так им было спокойнее.

«Ну и отлично! – решила я, укладываясь на живот. – Главное, резким звуком их не напугать. Чтобы не начали палить во все стороны».

И поползла к криокамерам, каждая из которых была поставлена на собственную невысокую железную подставку.

К сожалению, даже с нашим уровнем развития технологий еще не был создан «жучок», который позволил бы отследить перемещение объекта в космосе. Слишком большие расстояния, слишком слабый сигнал. За таким «жучком» нужно либо лететь следом, что, конечно, не лучший для нас выход – вряд ли работорговцы не обратят внимания на упрямо преследующий их военный корабль, – либо использовать очередное изобретение Эйвы.

Этот приборчик выглядел как кусок пленки размером с ноготь и по сути своей являлся не маячком вовсе, а обычной портативной микросхемой с записанной на ней программой-вирусом. Она фиксирует любую сеть, которая попадает в зону ее действия, и посылает ей команду – отправить свои текущие координаты по указанному адресу, то есть Эйве. Такая сеть может быть обнаружена на пролетающем рядом корабле, на находящейся поблизости обитаемой планете или даже на искусственном спутнике, просто дрейфующем неподалеку. Программа способна также обойти несложную защиту, ровно такую, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания.

Вы, конечно, скажете, что использование вируса – дело незаконное, и я как представитель МАРАП не должна таким заниматься. И вы будете правы. Я сама периодически ругаю Эйву за ее изобретения. В основном потому, что чертовски сложно объяснять начальству, откуда у меня сведения, которых нет даже у наших штатных аналитиков. Но ведь сама эта операция выполняется нами без предварительного согласования с боссами. То есть я уже нарушила самое главное из правил. Неужели какой-то «жучок» может навредить нам еще больше?

Вот и я решила, что нет. Прикрепила пленку к днищу одной из ближайших камер, судя по всему уже полностью подготовленной к перемещению, и так же, ползком, покинула зал. На всю операцию потратила минут пять максимум. Но даже этого короткого времени хватило, чтобы ситуация изменилась в корне.