К чести присутствующих на дне и водяных, и русалок, проверять смертельную истину на практике никому не захотелось. Под водой и без того было тихо, а теперь ещё и ментальная тишина повисла.
Тая вздохнула, окинула собравшихся тоскливым взглядом. И поняла, что если ничего не скажет, то она не приобретёт врагов, но и союзников не найдёт тоже. А союзники, ой как, были нужны.
«Да. Я понятия не имею, удастся ли мне спасти Кириан. Если быть точнее, удастся ли мне выжить в этой кровавой гонке, когда каждый встречный может оказаться убийцей. Я хочу жить! Правда. И я хочу помочь этому миру, в который влюбилась с первого взгляда. Но мне в этом никто не хочет помогать. Я не могу даже спокойно выспаться! Это недостижимая мечта. Потому что каждый может вонзить нож мне в спину. Я не могу спокойно есть, потому что в еде может оказаться отрава!»
Водяные на Таю смотрели с сочувствием. Это чувство тёплой волной окутывало девушку. И подкатывающая истерика отступила, давая возможность вздохнуть, не боясь сорваться на крик.
«Всё хорошо», — прошептал тот летописец, с которым девушка успела мимолётно познакомиться. — «Мы тебя не обидим».
Русалка–старейшина молчала. Все четыре её глаза были обращены на Таю. А потом вскинув голову, она что–то забормотала, закричала. Волны звука, то затихающие, то усиливающиеся, понеслись от неё в разные стороны. Голову Таисии сжало железным обручем, из глаз хлынули слёзы. И опустившись на колени, закрыв руки ушами, она надеялась, что эта пытка прервётся быстрее. Быстрее! Ещё быстрее…
Когда русалка замолчала, из носа девушки уже капала кровь. Алые капли смешивались с водой, и розовой дымкой уносились вместе с течением.
Старейшина неожиданно для всех склонилась перед Таей.
«От лица всего нашего народа, мы приглашаем тебя Тайфун в наш дом, в хрустальный дворец. И вас, дружественный нам народ водяных, мы приглашаем в наш дом».
Восприятие опять шутило шутки. И Таисия кожей ощутила искреннее недоумение водяных.
«Мы принимаем ваше приглашение», — склонились водяные.
«Со всем моим удовольствием!» — откликнулась и девушка, когда на ней скрестились взгляды и с той, и с той стороны. — «О хрустальном дворце я слышала многое! Поэтому для меня честь — увидеть его».
Лицо русалки исказилось, в глазах заплескалось море боли, но она смогла показать вперёд. «Прошу за мной. Я буду вашим проводником до дворца. В последние два столетия течения меняются, как им заблагорассудится, поэтому можно даже заблудиться».
Процессия двигалась вперёд без особой спешки. Поэтому отличив летописца по нежно–салатовым водорослям на макушке, Тая подплыла поближе к нему и пристроилась рядышком. Летописец скосил на неё глаза и улыбнулся.
«Хотите что–то спросить, леди Тайфун?»
«Хочу, можно?»
Летописец степенно кивнул.
«Почему бы и не ответить на вопросы той, что стремится к знаниям».
Очень быстро Тая убедилась, что со спутником ей повезло. Водяной действительно отвечал на вопросы, спокойно и обстоятельно. Начиная от внешнего вида его народа и заканчивая, почему при дыхании пузырьки у них изо рта вырываются.
Посмотрев снова на русалок, плывущих впереди, Тая спросила:
«А почему вы были так удивлены, когда всех пригласили в хрустальный дворец? Разве не там обычно русалки принимают гостей?»
«Принимали, когда–то», — согласился водяной. — «Но одна из самых страшных тайн народа русалок состоит в том, что их сказочного города больше нет. Есть грязь, есть пустота и забвение Есть руины, но нет города. Всё что осталось от былого великолепия — это башня, пару пристроек, да сад сирен. Точно также как у нас от нашего Ледяного города остался только маяк, да шпиль отчаяния».
«Ледяного города? Что это?»
«Наш город, наша обитель».
«Она располагалась тоже под водой?»
«Нет», — летописец медленно покачал головой.
«А почему?»
«Вода — была царством русалок. А наш народ хоть и был стражем всех водных сокровищ мира, все же свободное время предпочёл проводить на суше. У нас был прекрасный ледяной дворец на заповедном озере в горах. У нас были ледяные горки, по которым можно было быстро добраться с одного яруса на другой. У нас были ледяные фонтаны и гейзеры, которые выстреливали вверх, как из пушки. У нас были сверкающие дома, выстроенные из ледяных кирпичей. Но по мере того, как наш мир терял свою магию, беда приходила ко всем расам. И при этом зримое воплощение нашего могущества тоже начало умирать вместе с нами. Мы сами не заметили, как оказались на краю гигантской пропасти. Мы оказались возмутительно слабы, когда дело дошло до беды. Мы ничего не могли изменить. И прежде чем старшие расы попробовали что–то сделать, мы уже одичали».
«Одичали?»
«Да. Многие расы потеряли свой человеческий облик. Мы потеряли возможность творить магию и пользоваться ей. Мы вымирали быстро и очень страшно. Именно в это время наши города окончательно превратились в руины. Не только наши или русалок. Города кикимор и леших. Заповедные поляны фей. Или кристальные пещеры шуршанчиков — всё. Всё пришло в упадок. А следом беда пришла к старшим. Старшие начали меняться».
«Сейчас кто–нибудь помнит о том, что было до беды?»
«Нет. Только малые народы. Старшие уже не знают о том, что было когда–то. Это цена. Это забвение, которое мы заплатили за то, что не смогли спасти себя. Мы не смогли выполнить и свою клятву стражей, и она превратила нас в таких чудовищ. И иногда мне становится страшно. Может быть, мы тоже виноваты во всём случившемся? Может быть, мы должны были что–то сделать? Объяснить, доказать! Что–то, кому–то….Мы позволили даже украсть наших богов, не смогли вернуть их домой».
«Украсть?» — удивилась Таисия, слышавшая о богах совсем другое.
Водяной с неохотой качнул головой.
«Украсть. Люди», — он помолчал, собираясь с мыслями. — «Люди обманули старшие расы и изгнали богов с Кириана. Тогда эшшеды согласились заплатить своими душами и призвали координаторов из отдела равновесия. И там им «помогли». Они дали Кириану четыре семечка, из которых должны были «прорасти» цветы. В каждом цветке была душа бога. Но люди прознали об этом и украли только распустившиеся бутоны».
«О», — Тая задумалась. Цветы с душами богов? Это было интересно. Это было очень интересно и давало пространство для интриг. Давало возможность для того, чтобы один совершенно сумасшедший план девушки получил дальнейшее развитие.
Летописец тем временем продолжал рассказывать.
«После того мы узнали, что координаторы нас обманули. Уже тогда было невозможно пробудить богов. У нас оставалось слишком мало магии к этому моменту. И если бы люди не украли цветы, а мы попробовали пробудить бы богов — Кириан бы погиб. Точнее, нет. Не погиб. Кириан бы вернулся к тому состоянию, которым он был до нас».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
