Впрочем, плохое также как и хорошее имеет свойство заканчиваться. Закончилось и это. Узкие проёмы между стен остались позади, девушка вырвалась на свободу.
И в общем, пока Тая немного суетливо пыталась отчистить от налётов ила влажную одежду, она всё пропустила. Вначале вода посветлела, исчезли наносы ила и песка. Водоросли заняли своё место там где им и положено — не в воде, а в вёдрах.
И подняв голову, Тая увидела шпили. Дворец не был красив в общепринятом смысле. Он не был витым, в нём не было каких–то излишеств. Просто он был словно слеплен из низки ракушек, причудливым образом составленных друг на друга. Маленькие жемчужницы переходили в толстые и широкие конусы раковин. А затем округлые линии выпучивались тонкими хрустальными иглянками.
И это было так прекрасно, что сердце Таи дрогнуло. Ощущение чёрной безнадёжности исчезло. Дыхание перехватило. Перед ней была сказка, о которой она всегда мечтала. И тихо ахнув, девушка потянулась рукой к хрустальному чуду. Желая дотронуться, желая погладить, мечтая о том, чтобы…
О чём Тае мечталось, она сама толком осознать не смогла. И девушка не видела, как отшатнулись от неё и водяные, и русалки. Она не видела, как поднялся вверх ил, заставляя всех отчаянно раскашляться. Она стремилась к чуду. И мир откликнулся на горячий призыв.
Завихрились вокруг течения, подхватывая девушку подмышки. И повлекли её выше и выше, закружив вокруг водовороты.
Всё выше и выше, к стремительно светлеющему «небу», туда, где хрустальные шпили тянулись к солнцу. Коснувшись рукой маленькой русалочки, которая была на самом высоком шпиле, Тая звонко рассмеялась.
И магия рванулась от неё в разные стороны. Выпущенная на свободу, такая же, как её душа — чистая, стремительная, искренняя. Такая же сине–зеленая, как и морская вода вокруг. Такая же звенящая, как и чистый хрусталь.
Звук, который появился буквально из ниоткуда, вместе с магией Таи, буквально сотрясал здания. Натужно хрипели и стонали давно забитые илом ветровые трубы, пока течение выгребало из них всю грязь. А потом на центральной площади под рёв чистых и сверкающих труб завертелся песчаный вихрь. Неосмотрительно сунувшийся вперёд водяной, отпрыгнул назад, прижимая к сердцу очищенную, словно наждачной бумагой лапу. А вихрь кружился.
И глядя на него и водяные, и русалки неожиданно заметили своеобразный ритм в происходящем. Влево–вправо, круг на месте. И снова, влево–вправо, круг на месте. В это было сложно, практически невозможно поверить, но вихрь танцевал. Под звук ветровых труб, вместе с подводным ветром и течением.
А когда вихрь опал, площадь преобразилась.
Брусчатка оказалась выложена сланцевыми пластинками, прилегающими друг к другу тесно, как чешуйки. И казалось, что идёшь по хвосту или телу огромной рыбы.
Вычищенный дворец засверкал хрустальными гранями. В его стенах поселилась ночь, отражая время суток на поверхности. Так работала простенькая домашняя магия дворца. В тёмных колоннах вспыхивали звёзды, и то и дело пролетали стремительные кометы.
Соседние с дворцом жилые здания также очистились от налёта грязи, ила и песка. И теперь можно было рассмотреть их удивительные формы и тонкие хрустальные вязи, которыми были украшены двери, окна и забор.
Распустились коралловые кусты, всё это время утопленные под грязью. Магические растения торопливо распахивали свои зонтики и звенели, звенели радостно тонкими веточками.
Это был лишь кусочек прошлого, но он был прекрасен. А водяным и русалкам неожиданно показалось, что за спиной девушки, которую медленно опускало на землю течение, полыхают два огромных белоснежных крыла.
Тая ещё не успела насладиться хрустально–волшебной сказкой, когда все опустились на колени. И водяные, и русалки, в едином порыве. И под водой зазвучала клятва, которую уже вот как несколько столетий не слышал ни один человек.
Клятва высшей благодарности, которую только может просить тот, кто так много сделал для двух народов.
Волна остаточной магии ещё гуляла по воде, утихомиривая шторм, разгоняя тяжёлые облака над морем. Остаточная магия ещё звучала мелодичными колокольчиками, насыщая подводный город. И звонко смеялся ребёнок, на музыку которого откликнулось пусть слабое, но всё–таки настоящее течение!
Старейшина русалок же, посмотрев на Таю, приложила к груди руку:
«Проси всё что хочешь».
Рядом с русалкой те же слова повторил водяной.
«Что сможем, всё отдадим».
«Всё что хочу, да», — пробормотала девушка, нервно почесав щеку, расцарапанную песчаным вихрем. — «Хочу… Да. Мне в общем–то много и не надо. Пожертвуйте, пожалуйста, по капельке крови на спасение мира. Вот и всё».
Звонкий дружный смех двух народов ещё долго носило по морю.
Таю, не слушая её возражений, накормили. И отпустили потом наверх.
Провожать её Тая никому не разрешила. У девушки было небольшое подозрение, касающееся того места, рядом с которым ей стало плохо, и она собиралась его проверить. Подобные ощущения у Таи уже возникали. Самым ярким примером подобных ощущений — был Гнилой Перекресток. Рядом с ним Тая теряла сознание, вылетая из игры, а потом с огромным трудом возвращаясь обратно.
После второго раза напарники сделали какой–то вывод, и больше по подобным местам девушку не таскали. Правда, причину долгое время объяснять не хотели. А потом тайное стало явным, и Тая узнала, что там, на перекрёстке, захоронены древние личи. Гнилые мертвецы находились в своеобразном состоянии покоя, потому что в мире вокруг для них не хватало магии. И таких спящих «подарков» по всему Кириану было много больше тысячи.
Именно поэтому Таисия вполне закономерно подозревала, что в этом самом местечке, около которого ей стало плохо, дремлет какая–то древняя тварь. Для того, чтобы проверить наличие этой твари в том месте следовало туда прогуляться. Делать этого ей ой как не хотелось, только выбора другого не было.
Потому что, если там тварь действительно была… и её не стало — то вина в этом могла быть только Таи. После того выброса магии, который она устроила, не проснулся бы только мёртвый, слепой и глухой.
Соваться в случае пробуждения монстра к нему идеей было, безусловно, глупой. Но Таисия просто не представляла, как она сможет смотреть в глаза тем, кто был ей благодарен! Что она им скажет, простите, я показала вам прошлое, а теперь смотрите, какие твари были там?!
Невозможно. Именно поэтому Тая плыла вперёд. Медленно, осторожно, оглядываясь по сторонам и готовясь в любой момент обратиться в себя-Тайфун. Но опасности вокруг видно не было, совершенно. Всё было тихо–мирно и замечательно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
