снова застрекотали.
Леон все-таки следил.
В ту ночь я спала ужасно. Я израсходовала остатки корицы и розмарина, оставив их тлеть в миске прямо за дверью, потому что слишком боялась открыть ее. По крайней мере, от этого в доме приятно пахло. Утром я залпом проглотила две таблетки ибупрофена с кофе и принялась за работу, редактируя отснятый материал. Леон прибыл как раз вовремя прошлой ночью, но я не могла полагаться на то, что демон будет продолжать спасать меня. Я должна была передать эти доказательства людям, которые могли бы мне помочь, и быстро.
Сразу после второй чашки кофе я получила сообщение от Виктории, в котором она приглашала меня на учебную сессию. В понедельник мне нужно было сделать домашнее задание, но, честно говоря, я не могла найти в себе сил беспокоиться. Вероятно, мне придется заниматься этими в воскресенье вечером в отчаянной попытке закончить вовремя. Я отказала ей и почти сразу же получила еще одно сообщение, на этот раз с номера, который я не сохранила.
«Я знаю, что ты отказала V, но, может быть, вместо этого ты будешь заниматься со мной?;)»
Я догадывалась, но я все равно спросила: «Кто это?»
«Джереми»
«Извини, лол»
«Возможно, я запомнил твой номер, когда ты диктовала его моей сестре».
Я закатила глаза. Я так и знала. Не то чтобы я говорила ему, что у него не может быть моего номера, но мне показалось, что он пытается понять, где мои границы. Откуда он вообще узнал, что я отклонила приглашение Виктории?
Несмотря на мою решимость не верить диким историям Леона о том, что Хэдли были членами какой-то секты, в моем сознании развевался маленький красный флажок подозрения. Они не были членами культа (якобы!), но Джереми все равно вызывал какие-то странные ощущения.
«Что ж, как я уже сказала Виктории, у меня уже есть планы на сегодня».
Его ответом был грустный смайлик.
«О, какие планы без меня? Я хочу получить приглашение в следующий раз!»
Я убрала телефон. У меня не было времени разбираться с очередным самоуверенным мальчишкой, мне нужно было беспокоиться о монстрах. Я заварила ещё одну чашку кофе, затем побежала наверх переодеться в пижаму.
Я как раз успела надеть домашнюю одежду, когда услышала, как что-то ударилось о стену дома. Холодный ужас охватил меня, и Чизкейк спрыгнул, чтобы спрятаться под моей кроватью. Звуки доносились от стены рядом с поленницей дров; казалось, что что-то роется в поленьях.
Леон говорил так, словно эти существа появлялись только по ночам. У меня больше не было трав для сжигания. Я не думала, что в доме есть место, где я могла бы забаррикадироваться, куда не смог бы проникнуть монстр.
Возможно, днем они были слабее. Может быть, на этот раз мне не стоит прятаться.
Я схватила свой нож, а затем бейсбольную биту, которую спрятала рядом с входной дверью. В промежутках между нанесением ударов ножом и дубинкой я решила, что смогу справиться с одним из этих монстров. Прошло около пяти лет с тех пор, как я в последний раз играла в софтбол, но мой удар все еще был в хорош.
На этот раз не нужно прятаться в страхе. Я не была беспомощна. Этим монстрам нужно преподать урок не связываться с Рэйлинн Лоусон.
Я тихонько выбралась из дома. День был прохладный и серый, на деревьях пели птицы. Прямо за моей дверью на дереве были глубокие царапины, и я вспомнила огромные когти чудовища в часовне. Мне придется действовать быстро, разнести его в клочья, прежде чем он сможет порезать меня.
Приближаясь к углу дома, я высоко подняла биту, сжимая рукоятку ножа в зубах, чтобы размахнуться обеими руками. Мое сердце подскакивало к горлу. Это было безумие. Мне следовало остаться внутри. Кем, черт возьми, я себя возомнила, Ван Хельсингом? Я была исследователем паранормальных явлений, а не охотником на монстров!
Когда я завернула за угол, чудовище двигалось в противоположном направлении. Я замахала руками, когда он замаячил передо мной, с криком размахивая битой.
Бита попала в цель, но не попала в монстра.
Вместо этого она была поймана и крепко зажата одной из массивных рук Леона.
— О… о боже мой…
Нож упал на землю, а у меня от ужаса отвисла челюсть. Леон с каменным лицом уставился на бейсбольную биту, зажатую в его пальцах в нескольких дюймах от его головы. Он уронил несколько длинных кусков дерева, чтобы поймать её. Кисло скривив рот, он взглянул на оброненный нож, затем снова на биту, затем на меня.
И он начал хихикать, смехом человека, который только что застукал кого-то за чем-то очень, очень неприличным.
— Ты самая безумная женщина, которую я когда-либо встречал.
Он вырвал биту у меня из рук и бросил ее в кучу дров рядом с собой, но при этом что-то выронил из другой руки. Я посмотрела вниз, услышав глухой удар, и чуть снова не закричала.
— Какого черта, Леон?
Я попятилась от груды голов, которые он уронил на землю. Головы — отрубленные скелетообразные головы трех зверей Эльдов валялись на земле. Я с отвращением попятилась, когда он впился в меня взглядом.
— Черт возьми, тебе нужна любая помощь, которую ты можешь получить. Нож. Гребаная бейсбольная бита.
Он фыркнул, ворча себе под нос, когда я неуверенно наклонилась и схватила нож. Он поднял головы с земли, держа их за клочья взлохмаченного меха и слипшихся на них длинных волос, а также собранные им деревяшки. Он прошел мимо меня во двор, слегка прихрамывая на правую ногу.
Я побежала за ним.
— Что ты делаешь?
Он подошел к опушке деревьев рядом с подъездной дорожкой к моему дому, снова опустил головы и выровнял к земле один из длинных кусков дерева, которые нёс. Он был одет в черную рубашку и узкие джинсы, а его волосы были растрепаны и на них виднелись слабые потеки потемневшей крови.
— Что произошло прошлой ночью? Ты убил их всех?
Вопросы так и посыпались из меня градом. Облегчение, которое я испытала, увидев его — монстра, который хотел трахнуть меня, а не монстра, который хотел убить меня — вернуло мне всю энергию.
— Ты убил их всех? — передразнил он, и я скрестила руки на груди в раздражении от того, каким писклявым он сделал мой голос.
— Нет, я не убивал их всех. Я увел их прочь, Рэйлинн, и убил тех, кого смог. Ты ожидаешь, что я уничтожу всех чертовых Эльдов в Абелауме?
Он снова фыркнул.
