— Ты такой горячий… — хрипло молвит Хелен, прикрыв глаза с чувством головокружения и еще сильнее прогнув спину. — Такой сексуальный… М-м-м…
Питер решительно накрывает пересохшие губы Хелен своими, под ее громкое частое дыхание и чувственные стоны зажимает и оттягивает их, медленно проталкивает язык ей в рот и все также без спешки проводит им вокруг языка, по нему и по небу, таким образом доводя девушку до чувства всеобъемлющего экстаза и мучительного напряжения в каждой клеточке тела. Ее мягкие теплые ладони в этот момент наглаживают покрасневшие, пышущие щеки мужчины, а пальцы создают еще большой беспорядок у него в волосах. Чуть позже скользят по мощным бицепсам, твердой груди и четко очерченным мышцам на плоском животе и проскользают под футболку. Электрические импульсы на кончиках пальцах тотчас посылают сигнал в мозг мужчины, что невольно задерживает дыхание и резко вздрагивает.
Поцелуи в любую часть шеи заставляют Хелен терять волю и изнывать от нестерпимого желания, огонь которого разгорается все сильнее с каждой секундой. Прикосновение мужских губ к ключицам позволяет почувствовать учащенное сердцебиение. От того, как пальцы сжимают и разжимают грудь из уст сам собой вылетает протяжный чувственный стон. Тепло ладони, скользящей по оголенному животу, сжимает все мышцы до невыносимой боли, что постепенно сводит с ума, но, однако, приносит немало наслаждения. Питер мысленно отмечает, какой жар раскалился у девушки между ног, когда ласкает переднюю часть ее бедер, которые она крепко сжимает.
Сам мужчина также не остается без женской ласки и наслаждается тем, как ладони Хелен ласкают его лицо, плечи и руки, как ее пальцы сжимают и оттягивают волосы, и как ее губы оставляют невидимые отпечатки на коже в тех местах, на которых останавливается ее томный взгляд. Пребывает в восторге от того, как руки возлюбленной нежно, словно пробуя на вкус, натирают его твердую грудь и наглаживают живот. Под впечатлением он помогает снять с себя футболку, предоставляя ей возможность получше почувствовать каждую его мышцу и полюбоваться на вид, который всегда заставлял ее затаить дыхание и словно гипноз подчинял воле его обладателя.
Хелен несомненно этим пользуется, когда без особых усилий перекладывает Питера на кровать, ложится на него сверху и берет ситуацию под контроль, также чередуя нежные и страстные поцелуи, покрывая ими все тело своего теперь уже жениха и просто позволяя ему растянуться от удовольствия словно наевшийся кот, ласкать изгибы ее талии и прижимать девушку как можно ближе к себе. Уверенно, с давлением. Словно давая понять, что не намерен отпускать ее и считает себя вправе буквально впиваться в тело той, которую с сегодняшнего дня может с гордостью называть своей невестой.
***
— Может, прогуляемся где-нибудь после праздника? — низким приятным голосом предлагает Питер, пока голова Хелен покоится у него на плече. — Сэмми поедет домой с твоей бабушкой, а мы с тобой съездим в какое-нибудь тихое местечко и побудем наедине.
— А ты уверен, что к тому времени мои ноги не буду отваливаться от усталости? — с загадочной улыбкой мурлыкает Хелен.
— Ну не знаю, лично я совсем не устал. Хотя прошло уже несколько часов с начала праздника, а подготовка так началась едва ли не с петухами. А я еще и возился с Сэмми: кормил его, выгуливал, намывал, начесывал… Ты же знаешь, что мыть эту тридцатикилограммовую тушку, которая не любит купаться в ванной, – это очень утомительное дело.
— После которого приходиться купаться самому.
— Да! Но несмотря на все это, я с удовольствием мог бы веселиться до самого утра.
— Нет, до утра мы точно гулять не будем. И гости скоро устанут и поедут домой, и молодожены захотят провести свою первую брачную ночь.
— Это верно.
Хелен ничего не говорит и с легкой улыбкой прижимается поближе к Питеру и снова кладет голову ему на плечо, пока тот покрепче обнимает ее за талию и свободной рукой гладит по голове.
— Ну так что, сахарок? — интересуется Питер. — Ты принимаешь мое приглашение прогуляться, когда народ разойдется?
— Я не посмею отказать такому шикарному красавчику, — уверенно отвечает Хелен. — Грех отказаться от прогулки в столь прекрасной компании.
— Вот и прекрасно! — Питер целует Хелен в макушку, держа одну ладонь на ее щеке. — Прогуляемся вместе.
— Ну а если вдруг станет холодно, я точно знаю, что смогу стащить пиджак своего любимого мужчины.
— Если будет нужно, я и сам тебе его дам. Только одно лишь слово, радость моя. И я сделаю все, что ты захочешь.
— Одно мое слово – и ты поцелуешь меня. Прямо сейчас.
— Что ж… Раз моя красавица так хочет…
Питер одаривает Хелен легким коротким поцелуем в губы, крепко обняв ее за талию обеими руками, немного отстраняется и ждет от нее какой-то реакции. Девушка же с милой улыбкой мягко берет лицо мужчины в руки и сама одаривает его продолжительным, полным любви поцелуем, на который тот с радостью отвечает. Они попеременно то целуются и обнимаются на виду у всех, то дурачатся друг с другом и скромно хихикают, то с удовольствием танцуют под медленную музыку.
— Все такие довольные, — с легкой улыбкой отмечает Даниэль, танцуя с Анной в другой стороне зала. — А женихи с невестами самые счастливые.
— Да, мои подружки теперь замужем, — скромно улыбается Анна. — Наталия наконец-то осуществила свою мечту. А то она столько до этого скулила! Столько жаловалась, что на нее никто не обращает внимание! А уж как она переживала, что Эдвард перестанет с ней общаться! Думала, что нужна ему только для встречи с братом.
— Эти голубки очень мило смотрятся вместе. И я очень рад, что они не разбежались после той ужасной истории, и продолжили встречаться.
— Да и Ракель с Терренсом наконец-то дошли до алтаря и теперь будут жить уже как муж и жена.
— Они тоже молодцы, со всем справились. Они – такая же красивая пара, как и Эдвард с Наталией.
— Да, но сколько же слез успели пролить девчонки, пока ехали сюда. Мы с девочками переживали, что вся работа стилистов пойдет насмарку, а Наталия с Ракель пойдут к алтарю с потекшей косметикой и испорченной прической.
— Пф, женихи вообще вон два часа одевались! — скромно хихикает Даниэль. — А потом еще раз двести успели впасть в транс. Из которого мы с парнями кое-как их выводили. Пришлось дать им пару бокалов шампанского по дороге на церемонию, после которых им стало чуточку легче.
— У невест были те же проблемы: уже оделись и были готовы выйти, но вдруг им понадобилось там поправить, здесь подкрасить, тут подкрутить… Хотя за нами вот-вот должны были приехать.
— Однако девчонки заставили всех обомлеть. Благодаря трем талантливым красавицам, которые сделали их такими красивыми, что мы с трудом заставили Терренса и Эдварда очухаться. Как только они увидели Ракель и Наталию, так напрочь зависли.
— Ага, а теперь не могут оторвать от них взгляд.
С этими словами Анна наблюдает за Эдвардом и Наталией, не скрывающие своих широких улыбок, и Терренсом и Ракель, о чем-то разговаривающие с хитрой улыбкой на лице и гордо поднятыми головами.
— И все их напряжение как рукой сняло, — с легкой улыбкой отмечает Даниэль.
— Ты прав, — скромно улыбается Анна. — Теперь они ведут себя так, будто ничего и не было.
— Заслужили ребятки. Пусть повеселятся.
— В любом случае мне очень понравилось быть подружкой невесты, — скромно хихикает Анна.
— А мне – шафером. Было реально круто.
Внимание Даниэля и Анны переключается на скромно хихикающих и весело танцующих Хелен и Питером.
— Им тоже все равно, что творится вокруг, — по-доброму усмехается Анна.
— Интересно, что Хелен говорит Питеру, раз он ржет там как конь? — задается вопросом Даниэль.
— Наверное, над Сэмми шутят. Ведь пушистый что-то совсем забыл про них и не отходит от малышни.
— Да уж, ушастый нашел себе занятие, пока народ веселится, а его хозяйка воркует с блондином.
