— Общайся с кем хочешь. Но я настоятельно рекомендую тебе не развешивать уши и поменьше слушать Блейка. Скажу тебе прямо, он – бабник. Самый настоящий бабник, который встречается с девчонками только ради секса.
— Блин, да свали ты уже нафиг! А то ты что-то уже начинаешь мне надоедать.
— Смирись, Даниэль, когда-нибудь твоя сестренка обязательно влюбится, — невинно улыбается Блейк. — И что еще страшнее – выйдет замуж и уйдет к мужу. Ты не всегда будешь играть роль злого братика, который рычит на всех, когда кто-то приближается к ней.
— Кэссиди – моя младшая сестра, — напоминает Даниэль. — И я буду внимательно следить за всеми, кто крутится возле нее. Особенно за тобой, Коннор.
— Расслабь булки, парень, я не собираюсь затаскивать твою сестренку в постель. Я просто хочу немного поговорить с ней. Поговорить с человеком своего возраста.
— Ой, да не слушай ты его, Блейк! — машет рукой Кэссиди. — Мой братец всегда любил строить из себя героя и выпендриваться. А сейчас у него есть прекрасный шанс поиграть в папочку. Мамы с папой-то нет, следить за мной некому. Вот братец и отрывается по полной.
— Вот разболталась-то! — восклицает Даниэль.
— Бла-бла-бла-бла!
— Ладно, сестрица, вот приедем домой – я с тобой серьезно поговорю.
— Ой-ой-ой, как я испугалась!
— Я серьезно, Кэссиди!
— Поспорю на что угодно, что после возвращения домой ты уведешь Анну в комнату и увлечешься ею. Что там у тебя на уме? Расстегнуть ее платье, раздеть, погладить ее где только можно, поцеловать в шейку… Что ты там еще любишь с ней делать?
— И все ты знаешь!
— Чего там знать-то?
— Это уже не твое дело, дорогая. Мы люди взрослые, и ты не должна в них влезать.
Кэссиди ничего не говорит и всего лишь фыркает с закатанными глазами. А спустя пару секунд к ней, Даниэлю и Блейку подходит Анна, которая сначала издалека наблюдала за происходящим, но потом решила присоединиться к разговору.
— О, Анна, как здорово, что ты пришла! — широко улыбается Блейк. — Помоги мне, пожалуйста!
— Да, Анна, уведи куда-нибудь это чудо в перьях, чтобы он оставил меня в покое, — с жалостью во взгляде просит Кэссиди. — Я хочу спокойно поболтать с Блейком, а Дэн мне не дает и действует нам на нервы.
— Не беспокойся, Кэссиди, — с легкой улыбкой отвечает Анна, взяв Даниэля под руку. — Болтай с ним сколько хочешь.
— Представляешь, я просто пригласил ее потанцевать и захотел поговорить с Кэсс, а он уже встал на дыбы, — с легкой улыбкой говорит Блейк. — Ведет себя как ревнивый мальчишка, который увидел свою девчонку с другим!
— Танцуйте дальше, ребята. Никто не будто вам мешать.
— Вот мой братец умора… — скромно хихикает Кэссиди. — Всерьез думает, что я могу влюбиться после обычного дружеского разговора.
— Даниэль просто не хочет, чтобы ты общалась с плохими людьми, дорогая.
— Но ведь Блейк совсем не плохой!
— Знаю. Однако твой брат все равно волнуется за тебя.
— Да уж, он так помешан на этом, что запрещает общаться с любыми парнями, — с надутыми губами скрещивает руки на груди Кэссиди. — Посмотрела бы я на него, если бы ему запрещали просто болтать с тобой.
— Воспринимай это спокойно, Кэссиди.
— Я хочу общаться и с девчонками, и с парнями! Хочу веселиться! А этот придурок не дает!
— Господи, да никто не запрещает тебе общаться с парнями и девчонками, — устало стонет Даниэль. — Общайся ты с кем хочешь! Я просто хочу, чтобы ты особо не доверяла Блейку, потому что от него можно ждать чего угодно.
— Так, братец, я что-то не пойму… Ты боишься, что я влюблюсь в Блейка? Или не хочешь, чтобы я связывалась с ним, из-за того, что у тебя с ним какие-то контры?
— Я не знаю, что с тобой сделаю, если однажды ты припрешься домой и скажешь, что влюбилась в него.
— Боже, Даниэль, ну о чем ты говоришь? — скромно улыбается Анна. — Разве твоя сестренка не может просто поговорить с парнем? Своего возраста, между прочим!
— Да, чувак, мы что, не можем обсудить общие интересы? — недоумевает Блейк. — Тем более, у нас как раз нашлось много чего общего, о чем мы хотели поговорить до того, как ты прилетел сюда с желанием надрать мне задницу.
— Все, Дэнни, хорош уже вести себя как ревнивец! — восклицает Кэссиди. — И перестань видеть в Блейке угрозу. Он ничего мне не сделает.
Даниэль пару секунд ничего не говорит, резко выдыхает и проводит рукой по лицу, спокойно сказав:
— Ладно, черт с вами! Делайте что хотите!
— Вот и прекрасно! — скромно улыбается Кэссиди и посылает Даниэлю воздушный поцелуй. — А теперь ноги в руки и чеши отсюда.
— Но предупреждаю тебя, Блейк… — Даниэль указывает пальцем на Блейка. — Я очень внимательно слежу за тобой. И ни на секунду не спущу с тебя глаз. Если я узнаю, что ты так или иначе обидишь мою сестру, то тебе придется сильно об этом пожалеть. Ты хорошо понял меня?
— Да понял я, понял! — приподнимает руки перед собой Блейк. — Не дурак! Все будет чики-пуки, чувак!
— Надеюсь и ты хорошо поняла меня, Кэссиди. Слушай, но уши не развешивай. И не верь всему, что он тебе говорит.
— Все чики-пуки, братик! — с широкой улыбкой восклицает Кэссиди и чмокает Даниэля в щеку, взяв в руки его лицо. — Веселись со своей рыжей красавицей и думай о том, где ее поцеловать сегодня ночью.
— Я слежу за вами. Помните это.
— Ладно, ребятки, я забираю этого красавчика с собой, — скромно улыбается Анна. — А вы тут развлекайтесь, общайтесь, танцуйте… Если что – найдете нас неподалеку.
— Спасибо, красотка, ты лучшая! — восклицает Кэссиди.
— Ах, моя ж ты прелесть! — с широкой улыбкой посылает воздушный поцелуй Блейк. — Моя ж ты спасительница!
Скромно хихикая с покрасневшими от смущения щеками, Анна берет Даниэля под руку и уводит его в другую часть зала, пока Блейк и Кэссиди провожают их с легкими улыбками на лице и пожимают плечами, переглянувшись между собой.
— Блин, вот пристал-то! — хмуро бубнит Кэссиди. — Упрямый осел! Придурок, который очень сильно полюбил свою новую роль. Быть злым папочкой-братиком.
— Все в порядке, забей на него! Пускай повыпендривается. Ему ведь это жизненно необходимо. Так же, как Терренсу нужно услышать хотя бы один комплимент в день.
— Мне, конечно, приятно, что он так заботится обо мне, но порой Даниэль немного подбешивает меня. Так и хочется взять кастрюлю и врезать ею по его красивой морде.
— Расслабься, Кэсс, сейчас он увлечется Анной и забудет про нас, — хитро улыбается Блейк. — А значит, мы с тобой сможем спокойно продолжить разговор.
— Ладно, к черту моего братца! Так чем, ты говоришь, все закончилось?
— Ну а закончилось это тем, что…
Блейк и Кэссиди с широкими улыбками на лице продолжают разговаривать о чем-то своем и время от времени скромно хихикать, не забывая танцевать под песню, которая начала играть буквально несколько секунд назад. А тем временем взрослые и пожилые сидят одной большой компанией за несколькими поставленных вместе столиками с бокалом шампанского и кое-какой едой и обсуждают танцующую молодежь, за которыми все с интересом наблюдают.
— Боже, я все никак не могу нарадоваться на свою доченьку, — с широкой улыбкой признается Летиция, наблюдая за танцующими Эдвардом и Наталией, которые над чем-то скромно смеются. — Господи, как же она светится от радости!
— А я наслаждаюсь мыслью, что моя племянница теперь замужем и носит статус жены, — уверенно отвечает Алисия, наблюдая за Ракель и Терренсом, о чем-то мило разговаривающие. — Мне теперь стало так спокойно за нее.
— Ой, я и сама теперь успокоилась, — широко улыбается Ребекка. — Дай бог, семьи обоих моих сыновей будут крепкими и счастливыми.
— Я все не могу забыть то, как они исполняли свой первый танец, — дружелюбно признается Виолетта. — Наталия и Ракель выглядели грациозными и нежными, а Эдвард и Терренс держались очень уверенно.
— Не могу не согласиться, — соглашается Виктор и делает глоток шампанского из своего бокала. — Танец был просто изумительный. Это хореограф поставил?
