— Знаешь, может, твой братец и любит повыпендриваться, но он все равно классный человек. Ответственный, заботливый, порядочный…
— Я очень счастлива, что у меня такой потрясный старший братец! Без него бы я уже давно была мертва! Однако Дэнни – красавчик! Спас меня от рук больного извращенца, который был просто помешан на сексе и молодых девчонках, и отправил лечиться в клинику.
— Я понял, о ком ты говоришь… И надеюсь, что со временем ты окончательно вылечишься и больше не попробуешь эту дрянь.
— Нет, я больше не буду дурой! Я не хочу погубить себя.
— Вот и хорошо.
Кэссиди ничего не говорит и просто скромно улыбается, в какой-то момент на секунду отведя взгляд в сторону.
48.5
— Окей, в таком случае предлагаю получше узнать друг друга и попробовать найти общие интересы, — предлагает Кэссиди. — Если тебе интересно, то я расскажу кое-что смешное про своего брата. Да и так… Прикольные случаи из жизни.
— Заметано! — восклицает Блейк. — Я тоже могу рассказать тебе пару забавных историй, связанных с моими братиком и друзьями. Тебе понравится.
— С удовольствием послушаю.
Блейк и Кэссиди продолжают непринужденно о чем-то болтать и много смеяться, чувствуя себя уже гораздо увереннее и веселя друг друга забавными танцами. Тем временем Кристофер успевает пригласить Джессику на танец, с Кайли и Мелиссой с радостью соглашаются потанцевать Лиам и Бред, на Эмму обращает внимание Кевин, а Одетт разговаривается с кем-то из важных гостей, которые присутствуют на этой свадьбе. Пока остальные свободные парни стоят в сторонке, о чем-то болтают друг с другом и наблюдают за всеми, кто сейчас танцует и увлечен своим партнером.
— О, кое-кто пригласил твою сестренку потанцевать, — скромно улыбается Анна, когда она бросает взгляд в сторону и видит танцующих и смеющихся Блейка и Кэссиди.
Даниэль мгновенно переводит взгляд на Кэссиди и с тихим рыком сильно хмурит брови.
— Коннор? — удивленно произносит Даниэль. — Она танцует с Коннором?
— А они неплохо поладили! — восклицает Анна.
— Черт! Я же предупреждал мелкого, чтобы он не подходил к ней. Какого лешего этот олух меня ослушался?
— Тебе что, не нравится, что Кэсс с кем-то танцует?
— Мне не нравится, что она танцует с Коннором.
— А что такого? Пусть танцует и болтает с кем хочет.
— Э-э-э… Слушай, Анна, подожди меня здесь… — Даниэль мягко отстраняется от Анны. — Я пойду быстро разберусь кое с чем.
— Что? — округляет глаза Анна. — Куда ты? Не надо, Даниэль, не мешай им. Пусть болтают.
— Не переживай, милая, я не собираюсь драться с Коннором. Просто напомню ему о том, что если он обидит Кэссиди, то ему придется иметь дело со мной. Дам понять, что он у меня на крючке.
— Не надо, милый… Пожалуйста!
— Я сейчас, моя звездочка. Подожди меня здесь или где-нибудь в сторонке.
Даниэль мягко гладит Анну по щеке и оставляет ее одну, решительно направляясь к хихикающим Блейку и Кэссиди и проходя мимо танцующих парочек, ходящих других гостей, фотографов, операторов, журналистов и тех, кто отвечает за данный праздник.
— О-о, сейчас что-то будет, — задумчиво говорит Блер, танцуя с Бенджамином. — Даниэль пошел к Блейку и Кэссиди.
— Да уж, сейчас здесь очень жарко! — восклицает Бенджамин. — Зовите сюда кого только можно: скорую, пожарных и полицию! Бедному парню сейчас точно достанется от злого старшего братца этой девочки.
А пока Бенджамин и Блер продолжают наблюдать за происходящим и танцевать, Даниэль подходит к Кэссиди и Блейку и легонько постукивает пальцем по плечу парня, спокойно сказав:
— Коннор, а ну-ка подойди ко мне на минутку.
— Так, братик, спешу напомнить, что медленные танцы втроем не танцуют, — невинно улыбается Кэссиди. — Так что иди отсюда!
— В чем дело, Даниэль? — с хитрой улыбкой интересуется Блейк. — Хочешь еще раз потанцевать со своей сестренкой? Извини, очередь! С ней хотят потанцевать многие парни!
— По-моему, я уже предупреждал тебя о том, чтобы ты не приставал к моей сестре, — задумчиво отвечает Даниэль.
— А я ни к кому не пристаю.
— Да? А сейчас что ты делаешь?
— Разве я не имею права поговорить с понравившейся мне девчонкой? Это всего лишь обычный танец и дружеский разговор! А не свидание, секс, свадьба и всякое такое!
— Ах, поговорить? Ясно…
— Расслабься, Дэн! — восклицает Блейк. — Никто не собирается красть твою кровинушку! Мы с Кэссиди просто разговариваем.
— Да, знаю я, о чем ты можешь говорить с девчонками.
— Господи, братец, да угомонись ты уже! — устало вздыхает Кэссиди. — Чего ты прицепился к парню? Хватит вам с МакКлайфами и Роузом обижать Блейка! Он хороший и очень милый!
— М-м-м, а я смотрю, одна птичка уже шепнула кое-что тебе на ушко.
— Слушай, братец, хочешь ты этого или нет, но я буду разговаривать с кем угодно столько, сколько захочу!
— О, так ты уже развесила ушки и слушаешь мелкого с открытым ртом?
— Мы просто обсуждаем смешные истории. Он рассказывает про своего братика, а я развлекаю его рассказами о тех ситуациях, когда над тобой ржали все, кому не лень.
— Слушай, Перкинс, я прекрасно понимаю, что ты беспокоишься за свою маленькую сестренку, — спокойно отвечает Блейк, расставив руки в бока. — Но не надо переигрывать, играя в злого братца, который никого не подпускает к ней. Неужели ты хочешь стать виноватым в том, что у Кэссиди нет друзей и возлюбленного? Сомневаюсь, что она тебе это простит.
— Ну разговорился малой! — по-доброму усмехается Даниэль. — Ну разговорился!
— Эй, а давай я буду запрещать тебе приближаться к Анне и начну говорить, что она якобы плохо влияет на тебя? — предлагает Кэссиди. — Тебе понравится? То, что отец и мать твоей ненаглядной какое-то время и слышать про тебя не хотели, для тебя недостаточно?
— Я взрослый человек, дорогая моя сестренка, — уверенно отвечает Даниэль. — А ты еще мелкая. Мелкая девчонка, которая обязана меня слушаться.
— Да, а когда я стану взрослой? В тридцать лет? Сорок? Семьдесят!
— Кода приспособишься к самостоятельной жизни!
— Господи, да иди ты уже отсюда! Мне совсем не охота выслушивать твои лекции о том, как надо жить.
— Будешь много болтать, огрызаться и бунтовать – немедленно поедешь домой!
— Отвянь, Дэн! Я общаюсь с кем захочу и не собираюсь получать твое одобрение. Давай уже вали отсюда. Иди вон поворкуй с Анной. Дай мне повеселиться и пообщаться с хорошими людьми.
— О да, хорошие…
— Меня твои контры с Блейком не интересуют. Я общаюсь с ним, несмотря на то, как ты, Питер, Эдвард и Терренс относитесь к нему.
— Я все сказал, Кэссиди! Тебе запрещено общаться с Коннором!
— Эй, а почему остальным парням можно общаться с Кэссиди, а мне – нет? — с широко распахнутыми глазами удивляется Блейк.
— Ты просто можешь вскружить девочке голову, а потом кинуть ее, разбив ей сердце. А я не хочу, чтобы кто-то причинил боль моей младшей сестре и предал ее.
— А… Так вот почему! — Блейк широко улыбается и кивает. — Теперь-то я все понял… Ты так распушил хвост, потому что боишься, что Кэссиди влюбится в меня? И поэтому хочешь помешать нам разговаривать?
— Да, по этому!
— Слушай, Дэн, а ты вообще в курсе, что люди не могут влюбиться после одного единственного танца и небольшого разговора? — невинно улыбается Кэссиди. — Мы с Блейком только что познакомились, а ты уже встал на дыбы и думаешь, что у нас тут неземная любовь.
— Еще как могут, Кэссиди, — уверенно отвечает Даниэль. — А уж ты в любви вообще ничего не понимаешь. И запросто влюбишься в любого, кто поманит тебя пальчиком.
— Расслабься, братик, сексом с первым встречным я не собираюсь заниматься.
— Так, какой тебе секс! Размечталась, я смотрю!
— Слушай, ну ты уйдешь отсюда или нет? Или мне до конца праздника придется лицезреть твою бесячую рожу и общаться с людьми под твоим чутким присмотром?
