нельзя: болтает много и несдержан. Я бы с таким в разведку не пошла. Но кража, Таисия Игнатьевна, нет уж, увольте.
– Знаете, я не замечала, чтобы он много болтал, – кротко заметила Сапфирова. – Что в нем хорошего, так это его талант к покеру. Блестящий игрок.
– Вы с ним играли?
– Да, пару раз приходилось. Но всегда проигрывала.
При этих словах хозяйка дома как бы невзначай глянула на часы. Сапфирова поняла намёк и заторопилась.
– Ну ладно, не буду вам мешать, – сказала она, поднимаясь, – спасибо за гостеприимство.
– Не за что, – ответила Тарасова, – заходите ещё. Сейчас я принесу вам энциклопедию.
Она вышла и через минуту вернулась с объёмистым томом. Сапфирова взяла книгу в руки и удивлённо взглянула на Тарасову.
– Это же химическая, – сказала она. – Верно, извините, какая я сегодня рассеянная, сейчас принесу медицинскую.
Таисия Игнатьевна быстро занесла домой энциклопедию, которая на этот раз послужила лишь предлогом для визита. Никакого ревматизма у старушки не было и в помине.
Следующим пунктом назначения был дом Саврасовой. Антониду Александровну она застала в подавленном состоянии. Хозяйка встретила гостью очень радушно, хотя и немного рассеянно.
– Спасибо, что заглянули, Таисия Игнатьевна, – сказала она. – Не представляете, как тяжело здесь сидеть одной. Как только найдут мои вещи, уеду к дочери в Утёсово.
– Как я вас понимаю, – очень мягко сказала Таисия Игнатьевна. – Вы ведь дружили с Анной Петровной?
– Да, – с грустью ответила Саврасова. – Анна Петровна была удивительным человеком, большой души. Мне очень не хватает её.
– Мне тоже, – кивнула Сапфирова.
– А ещё как недавно мы с ней разговаривали, – предалась Саврасова невесёлым воспоминаниям. – Помню, в тот самый день, когда меня обокрали, – при этих словах лицо её помрачнело, – мы стояли на дороге около её дома. Она была такая жизнерадостная, обещала угостить меня котлетками, пока я пасла. Даже Анна Дмитриевна, она как раз была в огороде неподалёку, оторвалась от работы и во все глаза смотрела на нас. Но Анна Петровна, как обычно, никого не замечала. Да что и говорить, – вздохнула Саврасиха, – тогда она не только меня удивила своим приподнятым настроением. Помнится, Ленка и Симагины мне говорили, как, мол, Анна Петровна возбуждена последнее время, разговаривает громко, смеется, даже шутит.
Таисия Игнатьевна слушала Саврасиху еще с полчаса, понимая, что той надо выговориться. Наконец она попрощалась и ушла, сославшись на дела. По дороге домой она заглянула к Симагиным. Таисия Игнатьевна уже давно не видела Михаила Антоновича и слегка соскучилась.
– Здравствуйте, – бодро сказала она, входя. – Вот шла мимо и решила заглянуть на огонек.
– Милости прошу к нашему шалашу, – улыбнулся Симагин.
Мария Николаевна сдержанно поздоровалась с гостьей. Тут только Сапфирова заметила, что хозяева не одни: в кресле у стены сидела Ленка.
– Добрый вечер, Елена Поликарповна, – поздоровалась с ней Таисия Игнатьевна.
Ленка тут же взяла в оборот вновь прибывшую. Главная местная сплетница засыпала Таисию Игнатьевну вопросами, кого и почему та подозревает. Сапфирова отвечала уклончиво, шутя и улыбаясь. Так пролетело полчаса. «Да, не удалось пообщаться с Михаилом Антоновичем, – с горечью подумала она. – И на кой только принесло эту сплетницу?»
Уже у самого дома Сапфирова встретила Антона Анисимовича Люгерова. Таисия Игнатьевна устала и была не расположена разговаривать, однако Люгеров не собирался так просто её отпускать.
– Это же безобразие, – возмущался он, – держать людей в этой дыре целый месяц. Нас же могут выгнать с работы. Я уже говорил этому болвану следователю, он обещал помочь – сообщить на работу.
– Сочувствую вам, – сказала Таисия Игнатьевна нетерпеливо, – но я думаю, следователь – человек слова и сообщит.
– Уж не знаю, что лучше, – мрачно сказал Люгеров. – Сидеть здесь не хочется, но, с другой стороны, если на работе узнают… – тут его аж передернуло. – И за что мне такое наказание? Дина, бедняжка, тоже страдает, у нее слабые нервы, зато Вера спокойна, как камень. Ведет себя как ни в чем не бывало. Черт знает что такое, а не отдых, – заключил он наконец. – Я тут Симагиной жаловался, так она мне посоветовала радоваться. Сказала, что убийство дает законный повод отдохнуть здесь лишний месяц. Хорошо ей издеваться. Ладно, я как-нибудь стерплю, а от Дины скоро вообще ничего не останется.
– Но вы всегда можете уехать, – напомнила ему старушка.
– Уедешь, а потом вызовут снова. С этими органами, скажу я вам, лучше не связываться.
– А вы думаете, что можете понадобиться следствию? – полюбопытствовала Сапфрова. Люгеров сначала не понял, куда она клонит, но когда понял, то не на шутку рассердился.
– Значит, и вы, как все, тоже подозреваете нас в убийстве? Вы такая же, как…
– Я ни в чем вас не подозреваю, – перебила его Таисия Игнатьевна, – и вообще, мне пора идти. Воспользовавшись короткой паузой, она ускользнула от так и пышущего праведным гневом племянника убитой.
Не заходя домой, Сапфирова пошла в цветник. Ей надо было сосредоточиться и спокойно еще раз все обдумать.
Глава 31
Ночное приключение Попова
Попов и Скворцов вернулись от Шельмы в подавленном настроении. Следователь с размаху плюхнулся на стул, который угрожающе заскрипел под ним.
– Ну что, Владимир Андреевич, как вам понравилась эта ведьма? – тяжело дыша, спросил он.
– Ведьма как ведьма, – пожал плечами Скворцов. – Только вот ступы я не заметил.
Петр Афанасьевич Терентьев счел нужным вмешаться в их разговор.
– Никакая она не ведьма, – авторитетно заявил он. – Просто старуха-отшельница. Болтает всякий вздор и этим развлекается. Не обращайте вы на неё внимания.
– Вы называете два убийства и кражу вздором? – сухо спросил его Попов.
– Конечно нет, – возмутился Терентьев. – Вздором я называю болтовню Шельмы о какой-то там женщине бог знает в чем. Да и никакая она не колдунья, Кирилл Александрович. Просто неплохо разбирается во всяких травах.
Спустя некоторое время Попов имел долгий и неприятный разговор с Ермолкиным. Прокурор был крайне недоволен результатами расследования, точнее, по его мнению, их отсутствием.
– Вы работаете над эти делом уже целый месяц, а оно так и не сдвинулось с мертвой точки. Как думаете, о чем это говорит, Кирилл Александрович? – язвительно поинтересовался он.
– Очень сложное дело, Олег Константинович, – оправдывался следователь. – Все так запуталось.
– А вы распутывайте, – перебил его прокурор. – Это ваша работа. Думайте, где искать краденое.
– Олег Константинович, а как насчет Люгерова и Адской? Помните, я вам докладывал, что они…
– О, об этих я уже позаботился, – усмехнулся Ермолкин. – Сообщил на работу, договорился об… словом, я все устроил. Кстати, подробности биографий родственников собраны, я с ними ознакомился и вышлю вам. На мой взгляд, ничего особо интересного в них нет.
– Я внимательно с
