коробок с подарками для Лизы, мы с Любавой и не удивились уже, хотя и Кира тоже анонимные дарители не обошли, ни обидели. Теперь с одеждой для Лизы нам точно не нужно заморачиваться еще год минимум и с игрушками тоже. Все семьи счастливы одинаково и наша была не исключением. Любава всегда мечтала о большой семье, но вот так сложилось, что своих детей у нее никогда не было. Она меня приняла как родную и так же теперь легко приняла Кира и Лизу, и обнимала она нас троих, не делая различий. И буквально я стала чувствовать себя не матерью малышей, а старшей сестрой и снова стала подозревать Питирима, что это он так задумал и организовал. Сначала я переживала и-за этого, а потом решила, что глупо постоянно копаться в себе, ведь совсем не важно, как будут меня называть Кир и Лиза, — мамой или просто по имени, важно, что они вырастут желанными и любимыми. Я то, ведь и сама частенько обращаюсь к Любаве по имени, и только когда мне страшно или плохо сразу шепчу, — мама, мамочка. До недавнего времени жизнь в Чудной деревушке всегда означала для меня покой и тишину, а теперь в нашем доме было шумно и хлопотно, но нам всем это нравилось. Домовой Прошка даже помолодел и не скрипел больше, и часто пока мы не видели, бегал, перекинувшись, — с котом наперегонки. Теперь, когда дети были в доме, он постоянно следил за ними. И было забавно наблюдать как он, покачивая зыбку с Лизой, вдруг быстро исчезал и появлялся рядом с Киром, который споткнулся на лестнице и не упал, только потому, что Домовой успел подхватить его и придержать. Он оказался нянькой куда лучше, чем мы с Любавой, все успевал и не уставал.
Кир быстро обучался и потихоньку начал лопотать уже понятно, мы с ним постоянно разговаривали, и я легонько поправляла его. Кир не ревновал к Лизавете, а очень был рад, что у него теперь столько близких людей. Питирим уже расписал для Кира занятия на зиму.
— Начнем учить его раньше, сказал он решительно. — Чего ему дома зиму сидеть, начнем обучать с игровой формы и сказок, и все уже готовятся, как лучше и проще ему уроки давать. — А Лиза подрастет, у нас всех уже опыт будет, — может потом у нас еще малыши будут. — Кир малыш очень сообразительный, и он должен быть занят весь день, чтоб минутки свободной не было, а то недалеко и до озорства и лени.
Спорить с Питиримом я не собиралась, и была с ним согласна. Кир быстро учился и очень изменился за короткое время. Он похудел и был весь в синяках и царапинах и стал похож на обычного мальчишку. Ему все было интересно, он старался нам помогать, и ему все хотелось потрогать посмотреть узнать и со всеми познакомиться. Такой живой ум нужно постоянно нагружать новыми знаниями.
Через пару недель после появления Лизы в нашем доме, Любава сказала мне.
— Ты бы Елена с Лизой и Киром походила по гостям, по нашим соседям. — Так хоть на часик два уходить гулять, всю работу все равно не переделаешь, да и тебе привязанной к дому сидеть не нужно, а то ты уже замотанная да бледная стала.
Я удивленно посмотрела на нее, а Любава продолжала.
— Ну а что ты хочешь, всем хочется с малышней повозиться, а к нам все прийти не могут, стесняются. — А ты так по всем пройдись, как будто тебе скучно дома сидеть. — Да и Киру уже надоело в доме, он уже все облазил, все знает. — А то ведь все мы здесь собрались старые уже и одинокие, а только ты у меня радость моя и то, как я не ревновала, а все ж понимала, что тебе общение надо и внимание. — Так вот и теперь также надо Кира и Лизу так же приучать.
Я поняла, что Любава уже договорилась о гостях с соседями и это вопрос решенный, — только спросила.
— А с кого же нам начинать?
У Любавы уже был готов ответ, и я поняла, что не ошиблась, и действительно все наши походы в гости уже расписаны и утверждены, ну что ж спорить не буду, счастьем нужно делиться. А что малыши это наше счастье я никогда не сомневалась, как и в том, что нам не дадут этим самым счастьем наслаждаться только в своей семье.
— Сегодня сходите к Анне Леонидовне в Маяк, она вас ждать будет.
Ну что ж я давно хотела всех навестить, и теперь почему бы и нет. Когда я вернулась с русалочьего озера, то была больна и совсем слаба, и ходит к кому то, сил у меня не было. Только мне полегчало, так события снова завертелись, и у нас появились Кир и Лиза, теперь же можно со всеми повидаться и спокойно поговорить, тем более есть о чем. Я ведь знала, как все жители деревни переживали за меня. Анна Леонидовна жила на другом конце деревни у реки в высоком красивом рубленом тереме, который за глаза называли маяком. Анна Леонидовна была очень необычной, глубины ее таланта не знал никто, она преподавала мне очень сложные искусства, — это и демонология с умением читать и составлять основные виды пентаграмм. Также амулеты и артефакты, весь процесс — от истории до создания. А еще уникальная бытовая магия и составление духов с весьма необычными свойствами, и обучала искусству составления рун. Я не знала всех ее талантов и возраста, как и все мы, она очень тщательно скрывала свои тайны и прошлую жизнь. Она же мне говорила, что наше обучение еще не законченно и мне хотелось поговорить с ней именно об этом, уж коли я застряла в Чудной деревне на неопределенный срок.
Лето пришло жаркое и душное, дневную жару мы теперь пересиживали с малышами в доме. В таких старых основательных домах, — как наш, было очень полезное свойство, зимой тепло сохранять, а летом не пускать жару, и сейчас днем в доме было комфортно и прохладно. Ближе к вечеру жара спала, и мы стали собираться в гости. Лизавета покушала и капризничала, я взяла ее на руки, а Кир тут же ухватил корзину, в которую уже как по команде прыгнул котенок. Любава засмеялась.
— Придется тебе Елена взять коляску, а то Кир кота не дотащит, а так хоть корзинку в багажник коляски воткнете, да тебе еще тяжеловато таскать на себе и ребенка
