химико-магического знают толк в афродизиаках…
— Какое счастье! — услышал я знакомый голосок. — Даже не верится, что я тебя нашла.
По лицу Даши пробежала тень.
К нам по широкой дуге, виляя бёдрами, направлялась Аврора Лагранж.
Вот и сюрприз, с опозданием догадался я.
Аврора выглядела сногсшибательно. Стройная, с высокой грудью и длинными ногами, она моментально приковывала к себе взгляды окружающих. Платье «годе» серебристо-молочного цвета плавно расширялось в нижней части, а вырез технично оголял ногу при каждом шаге. Платье было пошито из атласа, ткань идеально облегала фигуру. Лагранж заплела и перебросила на грудь свою фирменную косу с голубыми, розовыми и белыми прядями. Укладка была подчёркнуто небрежной, но я догадывался, что девушка провела в салоне красоты не меньше часа. Тонкую шею Лагранж украшало бриллиантовое колье.
Я ведь предупреждала, малыш. Не расслабляйся.
В списке претенденток на брачный союз Аврора не значилась. Ума не приложу, как ей удалось провернуть эту операцию.
Родители постарались. Они ведь меня любят. Связи, такие связи, мой милый световой маг. Кстати, не забывай про ментальную защиту. Тебя слишком легко прочитать.
— Ты меня представишь? — очаровательно улыбнулась Аврора, просканировав Дашу с ног до головы.
— Аврора Лагранж, — отрекомендовал я свою подругу. — Менталист, учится вместе с нами в Академии. Дарья Вешенская, химико-магический.
— О, позволь уточнить, — Аврора ухитрилась вклиниться между мной и Дашей, положив ладонь на моё плечо. — Баронесса Аврора Лагранж. Из старинного и весьма уважаемого рода Лагранжей. Мы — выходцы из Аквитании. Кстати, Витя уже сказал, что мы встречаемся?
Даша растерялась:
— Не успел.
— Как жаль, — Аврора подхватила меня под локоть и увлекла в соседний зал. — Приятно было познакомиться!
Когда мы отошли от помрачневшей Даши, я понял, что с батей начнутся проблемы. Я только что похоронил идею, ради которой и затевалось всё это мероприятие.
— Жестковато, — шепнул я на ухо Авроре.
— Это ещё цветочки, — парировала менталистка, ни на секунду не снимая улыбчивой маски с лица. — Сколько ещё этих сучек?
— Каких?
— Сам знаешь. Претенденток.
— Всего трое, — вздохнул я.
— Так и знала, что без меня не справишься. Поэтому обратилась к папочке за подмогой. Там словечко, там звоночек. И вот я здесь. Здорово, правда?
— Ты же понимаешь…
— Ещё как понимаю, — не дала мне договорить ревнивая баронесса. — Сами такие. Знаешь, сколько у меня этих званых обедов за плечами?
— Подозреваю, что много.
— А сколько уговоров?
Пожимаю плечами.
Уговор, насколько я помню от предшественника, это сделка между двумя родами, закрепляющая возможный брачный союз в будущем.
— Ноль, — ответила Лагранж. — Ты либо делаешь карьеру и выходишь из-под опеки родителей, либо встраиваешься в цепочку бесконечного евгенического отбора. Скучно и пошло.
— Хочешь сказать, ты мне услугу оказала?
— Не благодари.
Меня не отпускает чувство дешёвого развода. В мире, где мужчина-аристократ может позволить себе двух-трёх жен, девушки вынуждены мириться со своей участью. Но некоторые мириться не хотят. И безжалостно сметают с пути разлучниц.
Да уж, попал.
— Не переживай, — голос Авроры стал медовым. — У нас будут красивые и сильные дети. Я видела прогноз аналитиков.
Она издевается.
Возразить я не успел.
Включилась громкая связь, и столовый дворецкий провозгласил:
— Обед подан!
Глава 20
Едва реплика столового дворецкого пронеслась под сводами нашей родовой усадьбы, начался первый этап званого обеда.
Шествие гостей к столу.
Почётнейшей гостьей была провозглашена Вера Денисовна Брежнева, супруга действительного статского советника Венедикта Евграфовича Брежнева из Министерства императорского двора. Вместе с мужем под звуки церемониального марша Вера Денисовна первой переступила порог большого зала.
Я подставил локоть Анжелике Лагранж, и мы переместились в гостиную. Пристроившись в очередь из примерно сорока-пятидесяти пар, мы чинно и неспешно двинулись на обед. К этому моменту я уже выставил ментальную блокаду, напитав её своей маной. Не хочется быть открытой книгой для окружающих. Особенно для моей разлюбезной сестрички Лены, обожавшей выкидывать всевозможные фокусы.
Места для гостей были распределены сообразно старшинству, рангу, общественному и семейному положению. Поэтому нам с Авророй пришлось разделиться. Слуги проводили каждого гостя к его стулу и выстроились сзади, ожидая сигнала от хозяина банкета. Я чуть не потерялся в этом великолепии. Яркий свет, безукоризненная сервировка, с полсотни именитых гостей, съехавшихся из разных уголков империи… Порталы позволили добраться до усадьбы не только коренным питерцам, но и деловым партнёрам отца из Москвы, Великого Новгорода, Казани, Екатеринодара, Гродно и Варшавы. Удивительно, но среди этого пёстрого собрания не было ни одного клановца…
Почти ни одного.
Исключением из общего правила оказались Лагранжи.
Я заметил, что во главе стола находились отец, его старшая жена, почетный гость и мой дед, патриарх рода. Супруги усаживались таким образом, чтобы находиться неподалёку от своего мужа.
Отец ударил серебряным молоточком в миниатюрный гонг, и трапеза началась.
Многие гости приехали со своими лакеями — те быстро встроились в общую систему. Вокруг нас сновали повара, слуги же следили за переменой блюд и вин. После третьей перемены слово взял почетный гость — Венедикт Евграфович. Упитанный и жизнерадостный мужчина лет пятидесяти, облачившийся в чёрный длиннополый сюртук с двумя рядами пуговиц и нашивками своего министерства.
— Дамы и господа! — провозгласил чиновник. — Обретение Дара — великое таинство для каждого из нас. Те, кто пережил обряд и нашел место в жизни, посвятил себя императору и стране, знают, что тернист путь одарённого. Многому предстоит научиться, многое повидать. И не только в нашей вселенной. Я рад, что в лице Виктора Корсакова мы обрели талантливого волшебника и перспективного выпускника Академии Магикум. Вдвойне приятно, что не угас род моего старого друга. Предлагаю тост. За световых магов! И лучших щитов империи, которых мне доводилось знать!
Собравшиеся подняли бокалы.
До дна никто не пил — действие было чисто формальным.
Аврора сидела по другую сторону стола. Нас разделяло несколько стульев. Напротив обедала Ирина Делинг, третья девушка из отцовского списка. Та, с которой я не успел познакомиться в начале мероприятия. Подозреваю, что распорядитель действовал по указке Корсакова-старшего. Случайностью здесь и не пахло.
— Поздравляю с высоким рангом, — улыбнулась Ирина. — Не думала, что такие вещи случаются в наше время.
— Благодарю, — я неспешно поглощал очередной шедевр наших поваров, практически не прикасаясь к вину. — Впрочем, это ничто в сравнении с вашей красотой, Ирина.
Девушка обладала выраженной модельной внешностью. Высокая, с миниатюрной грудью и тонкой шеей, длинными волосами, окрашенными в медовый оттенок. Правый висок украшен несколькими заколками, что создаёт дерзкую ассиметрию. Интересный тренд.
Я вспомнил, что Делинги владеют антикварными магазинчиками в старых кварталах по всей стране. Это известные артефакторы, научившиеся превращать любое
