себя вёл и Раскель.
Одним словом, маг был бордововолосым, воин — красно-рыжим. Красный цвет был в каждой части их тел, кроме зубов и глазных белков — они оказались такими же, как бывают обычно у людей. Казались, правда, чуть белее за счёт тёмной кожи. Но радужки глаз — и те подчинились общему правилу. Тускло-красные: у мага темнее, у воина светлее.
— Твоя идея с кровью… она больше не кажется мне надуманной, — сказал Шцер Дарку после одного из тщательных и глубоких в магическом плане осмотров. — Я уже изучал таких однажды. Их тела будто накачаны кровью. Я говорю не о цвете — в них правда слишком много жидкости, больше, чем в нас. И знал я это уже тогда, но не смог сделать должных выводов. Следы крови были везде после той битвы, но мы списали это на раны — их было достаточно, наши тоже пострадали. И никто не додумался как следует рассмотреть этот красный порошок.
— Я плохо сражался, но постарался быть внимательным, — с кривой улыбкой поругал и похвалил себя парень. — Но всё равно это странно. Ведь колдовал только этот, а строение одинаковое у обоих.
— Да, это объяснить сложно. Может быть, второй просто не использовал магию?
— Даже когда смерть наступила им на горло? Вряд ли, — покачал головой Дарк. — Перед гибелью они должны были выложить все свои козыри.
— Вдруг они просто не успели? — предположил Шцер. — Хотя ты прав, увидев медведя, второй должен был пустить в ход свою… кровь.
— Нет, не сходится, — вклинилась Китара. — Какого размера был сгусток, которым он управлял? Это слишком много для одного, на такое понадобилось бы несколько человек.
— А кто сказал, что это была его кровь? — Шцер посмотрел на девушку. — Может быть, он и взял несколько человек. А учитывая, что встретили мы его в Туманных землях, может быть, даже наших земляков.
— Безводная Долина не заселена, — дотошно напомнила Ферса, сидящая неподалёку и слушающая разговор. — Считается Туманным краем лишь формально. Кстати, может быть, долгое время там и жили эти люди, считая себя хозяевами.
— В окружённой со всех сторон горами каменистой долине вдруг зародились красные люди? — хмыкнул старый скептик. — Нет, они пришли туда издалека. Ума не приложу, откуда и как, но для народа одной долины мало. Они слишком отличаются от нас, чтобы считать их нашей ветвью.
— Согласен, — немногословно, но ёмко выразился Дарк.
Они помолчали, стоя над телами, будто собирались их хоронить. Потом Шцер недобро прищурился.
— Это сколько же людей ему пришлось… обобрать. Ради такого сгустка.
— Убить, — поправила Китара.
— Да уж, не могу представить, чтобы кто-то отдал кровь добровольно. Столько.
К полудню тело воина сочли изжившим свой пассивный потенциал и перешли к изучению активного. Кроме того что можно было его рассматривать, прощупывать магически и проводить разного рода проверки, можно было ещё и испытать в деле. А такого слуги ни у Дарка, ни у Китары никогда не было.
— Только б не подрались… — качала головой Ферса.
— Дарк не станет бить девушку, — улыбался Шцер. — Хитростью выманит…
— Ну, Китара тоже мистра не промах, — в некромантке взыграла женская солидарность. — Ещё неизвестно, кто кого.
— У нас остаётся ещё маг. Правда, мы хотели попробовать повторить план с посылкой, но что-то он мне не нравится. Кажется, отдать его детям — лучший вариант.
— Ты забываешь, что у них есть ещё третий, — покачала головой женщина.
Шцер промолчал. Совсем недавно их было четверо, и он, забывшись, чуть не сказал этого вслух — хотел предложить поделить каждое тело надвое и раздать поровну.
Старший некромант взял на себя роль наставника и принялся давать задания. Сначала в качестве простого действия велел поднять зомби.
— Китара, ты первая, — сказал он и скрестил руки на груди. Дарк заметил, что мужчина странно улыбается, и с интересом стал наблюдать за подругой, ожидая, что такого знает об этих телах Шцер.
Девушка протянула к телу тонкую голубую нить, и покойник сразу же раскрыл глаза. Потом поднялся, будто только что проснувшийся человек, и, неловко опёршись на руки, снова брякнулся на спину.
— Халтуришь! Не жалей силы! — съязвил Дарк, тоже улыбаясь.
Китара добавила напора, и на этот раз красный зомби даже встал на ноги. Но его тут же повело в сторону, и девушке пришлось напрячься, чтобы удержать его.
— Что за ерунда! — пропыхтела она, стоя со скрюченными пальцами, будто пытаясь удержать временного слугу от падения с помощью верёвки. — Он не слушается!
— Проявляет характер? — уточнил Шцер.
— Нет! Просто… будто не держится! — в этот момент зомби побежал, преодолел пять метров и начал заваливаться вперёд, не в силах удержать равновесие. И всё бы ничего, если бы он не свалился на Раскеля, который как раз поднимался с корточек, на которых сидел, чтобы удобнее было рассматривать какой-то интересный мох. Раскель, разумеется, завопил, отбросил тело и вскочил. Довольно быстро, правда, успокоился, но тело, отброшенное им, уже ползло в сторону Сиены, которая дремала, лёжа на боку. И если юную некромантку было не напугать ползущим зомби, то потрескавшиеся скорлупки, на которые тот наполз, пришли в движение. Они начинали работать как раз тогда, когда их разламывали: скорлупки набросились на ближайших некрослуг, как маленькие и очень прыгучие лягушки, облепили их и усыпили. Скелет мистры Тариеллы, кольчатый десятиног мистера Крамара и «бегунок» самой Сиены: больше скорлупок, слава Смерти, не было.
Китара отпустила зомби и встряхнула кисть.
— Такое чувство, будто я пытаюсь писать письмо булавой. Тянет в разные стороны…
— У меня было такое же чувство, — наконец поделился Шцер. — Они очень плохо держат тёмную магию. Тут нужно либо сразу составлять узлы, либо просто вкачивать в несколько раз больше. Неудобные слуги.
— Чёрт, а я так хотел… — с досадой бросил Дарк. Впрочем, он не унывал — то, что показалось Китаре и Шцеру капитуляцией с сокрушённо опущенными плечами, оказалось всего лишь походом к своему спальному месту. Оттуда парень захватил чрезвычайно важную деталь и направился уже к телу, которое лежало на животе с вытянутой рукой. Рассерженная Сиена недалеко от него как раз заканчивала собирать опустошённые скорлупки, и, услышав шаги, развернулась и вперилась гневным взглядом в некроманта. Правда, тут же смутилась, моргнула и робко заправила за ухо белоснежную прядь.
— Дарк… так это ваш эксперимент?
— Да, — парень решил не сдавать Китару, тем более что Сиена и так питала к ней какую-то странную ревность — должно быть, из-за красоты, хотя сестра Среса тоже была очень привлекательной. — Извини. Ты, наверное, уже работала с такими, а мы впервые. Шцер не предупредил, что они настолько сложны
