кабинку с роскошным креслом. Я опускаюсь на в него и прикрываю рот рукой, так как мой рот дрожит от усилий, которые я прилагаю, чтобы не заплакать.
Мое сердце продолжает колотиться, а минуты до взлета медленно проносятся мимо.
Пожалуйста, отец. Помоги мне избежать этой ужасной участи.
Наконец раздается объявление, и самолет начинает движение. Я выглядываю в маленькое окошко, и когда самолет набирает скорость и все вокруг начинает расплываться, я задерживаю дыхание.
Мой желудок опускается, когда самолет поднимается в воздух.
Опустив голову, я смотрю на обручальное кольцо на пальце, и теперь, когда я на некоторое время оказалась в воздухе, травма и боль в сердце захлестывают меня.
Тихие слезы текут по моим щекам, и я поворачиваюсь спиной к проходу. Я обхватываю себя руками и вытираю слезы, пока они текут.
Когда меня мягко касаются за плечо, я вздрагиваю и смотрю на стюардессу, которая говорит: — Извините, миссис Риццо. Я просто хочу выразить вам свое сожаление в связи с вашей потерей. Меня зовут Клэр. Если вам что-то понадобится, не стесняйтесь, зовите меня.
Должно быть, другие сопровождающие сказали ей об этом.
Кивнув, я шепчу: — Можно мне воды и салфетки, пожалуйста?
— Конечно. — Я смотрю, как она торопливо идет по проходу, и через мгновение она возвращается с бутылкой воды и пачкой салфеток.
Она приседает возле моего кресла и проводит рукой по моей руке. — Вы в порядке?
Я качаю головой и закрываю лицо, не в силах перестать плакать от того, что она так добра ко мне.
Клэр продолжает гладить меня по плечу, а потом шепчет: — Мне так жаль. Мне жаль, что я не могу ничем помочь.
Вдохнув с дрожью, я киваю, прежде чем сказать. — Спасибо. Просто... — Я смотрю на нее. — Я просто перевариваю шок.
— Я все понимаю. — Она смотрит на меня с сочувствием. — Я сейчас вернусь.
Я киваю, и когда она выпрямляется и уходит, я снова поворачиваюсь спиной к проходу.
Через несколько секунд она возвращается с тумблером виски. — Это поможет справиться с шоком.
— Спасибо. — Я делаю глоток жидкости со вкусом бензина, и, когда она обжигает горло, меня пробирает кашель.
— Принести вам что-нибудь поесть?
Я качаю головой, ставя стакан на место. — Со мной все будет в порядке. Спасибо за все.
Я больше никогда не буду в порядке.
Клэр возвращается к своим обязанностям, а в моих мыслях мелькают воспоминания о том, как мы с Маурицио перелетаем через перила балкона.
Я вижу его тело, лежащее на валуне, и смертельный взгляд его безжизненных глаз.
Я продолжаю видеть это.
Снова и снова.
Я закрываю рот дрожащей рукой, не в силах пережить полученную травму.
Я слышу гнев в голосе Анджело.
Я потеряла его.
Невыносимая душевная боль пронзает мое тело.
Я потеряла не только Анджело, но и Тайни, Риту, даже Большого Рикки. Как только я подумала, что у меня наконец-то появилась семья, о которой я всегда мечтала, ее у меня жестоко отняли.
Хуже всего то, что они придут за мной - не потому, что хотят вернуть меня, а потому, что хотят отомстить.
Люди, которых я полюбила, хотят моей смерти.
Я никогда больше не буду в покое. Мне придется постоянно быть начеку и переезжать с места на место.
Почему это произошло?
Я никогда не смогу вернуться в Лонг-Айленд. Я больше не увижу отца Паризи и Розу.
Я действительно потеряла все, что имело значение.
И снова на меня нахлынули травмирующие воспоминания о том, как Маурицио упал и разбился насмерть.
Я убила человека. Это смертный грех.
Никакие просьбы о прощении не смоют это пятно с моей души.
Даже Бог оставил меня.
Слезы беззвучно катятся по щекам, пока мрачная реальность разрушает мою душу.
Мне так жаль, Анджело.
Отчаянно нуждаясь в утешении, я достаю из сумки мобильный телефон и открываю чат с Анджело. Я прокручиваю страницу в самое начало и читаю все сообщения, которые мы отправляли друг другу. Но ни одно из них не приносит мне утешения. Наоборот, эти сообщения разбивают мне сердце.
В этот момент опустошения и темноты я понимаю, что не просто влюбилась в Анджело. Я люблю его.
Я люблю его всем сердцем и душой.
И я даже не успела сказать ему об этом.
Анджело.
Пока самолет летит в сторону Цюриха, где я должна успеть сделать пересадку, моя душа плачет о тех огромных потерях, которые я понесла.
Глава 32
Анджело
Один из охранников нашел седан и, обыскав его, извлек багаж Виттории с заднего сиденья.
Сигнал с маячка пропал десять минут назад, значит, она, скорее всего, на чертовом самолете. Либо это так, либо кольцо было уничтожено, в чем я сильно сомневаюсь.
— Узнай, каким рейсом летит Виттория! — рявкаю я, возвращаясь к внедорожнику.
— Куда мы едем? — спрашивает Большой Рикки, хватаясь за багаж, чтобы донести его до машины.
— К нашему самолету. Нам нужно подняться в воздух.
— Позвони мне, как только узнаешь, каким рейсом улетела миссис Риццо, — кричит Большой Рикки Бруно, который уже бежит к входу в аэропорт.
Он взмахивает рукой в воздухе, чтобы показать, что услышал приказ.
Господи, детка, перестань бегать, чтобы я мог до тебя добраться.
Мы забираемся обратно во внедорожник, и пока Большой Рикки едет к месту, где стоит частный самолет, я быстро звоню пилоту, чтобы они могли дозаправиться и подготовиться к взлету.
Господи. Единственное, что я могу сказать в свою пользу, - это то, что ей придется лететь с пересадкой, в то время как частный самолет летит прямо в аэропорт Кеннеди.
Я перепроверяю, чтобы убедиться, что не ошибся, и когда вижу, что между Сицилией и США нет прямых коммерческих рейсов, облегченно вздыхаю.
Я доберусь туда раньше нее.
Это если она вообще собирается в Нью-Йорк.
Я сердито вздохнул.
Мне нужно сообщить другим главам Коды Ностры о том, что произошло. Набрав номер, я слушаю, как соединяется звонок.
— Привет, как дела? — бормочет Дамиано.
— У меня плохие новости, — говорю я, мой голос охрип от напряжения. — Мои дядя и тетя мертвы. Они, блять, предали меня.
— Господи, Анджело! — Дамиано потрясенно вдыхает. — Мне чертовски жаль, брат. Чем я могу помочь?
— Просто будь наготове. Мне может понадобиться твоя помощь в поисках Виттории.
— Почему она не с тобой?
— Я не знаю всех подробностей, но Виттория сбежала, когда умер мой дядя. Должно быть, она травмирована и плохо соображает.
— Черт, — вздохнул он. — Хочешь, чтобы я попытался ее разыскать?
Я качаю головой, хотя он меня не видит. — Нет. У меня все схвачено.
— Ты уже по дороге домой?
— Да, — вздыхаю я. — Как только Виттория окажется у меня, я назначу встречу.
— Хорошо. Мне рассказать остальным?
— Пожалуйста. Я буду благодарен.
— Считай, что это сделано. — Он
