Передохнув немного и выпив воды, мы снова продолжили путь.
Воздух здесь был тяжелый, затхлый. Мне-то еще ничего, а вот Матвей Иваныч начал хрипеть и иногда покашливать. С одной стороны, это тоже демаскирующий фактор, с другой стороны — почему мы должны бояться? Мы сюда не с целью наживы пришли, а за своим! И нас не остановить — пусть только попробуют, узнают, что такое гвозди…
— Что-то подозрительно тихо! — отметил я, остановившись и всматриваясь в темноту. — Они же наверняка в курсе, что мы здесь?
— Они знают… — вдруг ответил Федор. — Они в недоумении.
Я нервно рассмеялся — ну ты-то, откуда можешь это знать? Что, лунные поля действуют или ловишь сигналы с марса?
— Я вот не пойму… — подал голос Андрей. — Если их тут много, чем они под землей питаются? Червями? Кротами?
— А может у них тут грибы растут, плесень какая-нибудь съедобная? — предположил Андрей. — Да мало ли что? Вдруг они тут тоже картоху, как и мы выращивают?
— Без воды и света? — удивился я. — Ну-ну…
— Не о том думаете! — хмыкнул егерь.
— А о чем нужно думать?
— Как бы поскорее найти Ольгу и остальных женщин и свалить отсюда поскорее? — вопросительно проворчал я. — Мысль хорошая. Думаю, каждый этого хочет. Да только от нас с вами, тут мало что зависит.
Мы еще раз сверились с найденной картой, затем продолжили путь.
Чем глубже мы опускались, тем тяжелее было дышать. Воздух стал еще более спертый, кислорода стало меньше. Коенчно же ни о какой вентиляции тут и речи не было. Мы специально замедлились, чтобы зря не тратить силы и не издеваться над собственными легкими. Особенно Матвею Ивановичу.
Прошло около двадцати минут, но на пути по-прежнему не попалось ни одного морлока, хотя следов их присутствия было более чем достаточно. Иногда попадались остатки тел, кости с фрагментами мяса. Запах был соответствующий. О чистоте морлоки явно не заботились.
Сами же туннели были абсолютно одинаковыми — те же подпорки, те же старые керосиновые лампы. Зажечь их не получилось — не было керосина, а сливать топливо из огнемета было глупо, да и лишняя трата времени.
В какой-то момент мы увидели, что рельсы закончились. Здесь стояло три чугунных вагонетки, доверху наполненные старым отвалом. Вся земля давно слежалась и была твердой, как камень. А еще дальше прорытый кирками и лопатами туннель закончился. Далее мы увидели широкую дыру, пробитую прямо в стене. На земле валялись ржавые кирки, лопаты, ломы, ведра.
— Оп-па! — напрягся я. — Вот то самое место, где шахтеры наткнулись на туннели морлоков. Думаю, именно отсюда они и попали в эти шахты.
— На какой же мы глубине?
— Ну, метров семьдесят, а может даже больше! — предположил егерь, поежившись. Было прохладно, поэтому он накинул капюшон.
Света наших факелов было достаточно для того, чтобы осветить большую часть пространства вокруг себя. Только вот тепла от них практически не было.
Андрей снова расстелил на большом плоском камне карту.
— Черт, а вот дальше-то ничего нет. Карту составляли шахтеры еще до того, как они наткнулись на этих уродов. Браконьеры или Митька добавили несколько обозначений, не более. Все что дальше — сплошной подземный лабиринт. Дальше нас может ожидать что угодно…
— Мы на верном пути! — с опаской пробормотал Андрей. — Идем дальше?
— А у нас других вариантов нет.
Я первым полез в дыру. Подземные ходы, прорытые этими существами, разительно отличались от тех, что прокладывали люди. Они были неровными, то шире, то уже. Ну, прям как дырки в швейцарском сыре. Попадались ямы, трещины, тут и там куча ответвлений, ведущих непонятно куда. Опасность могла прийти откуда угодно.
Этот факт играл против нас — если начнется заварушка, они наверняка полезут из всех щелей. Отстреливаться в таких условиях будет очень неудобно. И опасно.
— Мрачно-то как! — хмыкнул егерь. — Федор, да не трясись ты как осиновый лист. Давайте двигаться осторожно, мы даже не знаем, что нас ждет впереди. Может, не так страшен черт, как его малюют!
А всего через несколько метров, впереди показался первый морлок. Этот был мелкий, щуплый. Судя по всему — подросток. Услышав шум, он что-то зашипел и унесся куда-то вглубь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ушел… Сейчас своих предупредит! — с досадой процедил я. — Предельно сосредоточиться!
Он отличался от того, что мы видели в лесу, когда тот сидел на бревне. Этот был толстый, холеный. Заметив нас, он пронзительно зашипел.
— Не стрелять, пока на вас не нападают! Вдруг, с ними как-то можно договориться?
Андрей и Матвей Иванович напряглись.
Слышно было, как морлоки снуют по туннелям и переходам, что-то шипят друг другу, переговариваются. Они и не приближались, видимо опасаясь яркого света, но и не отступали. Вот только что их было всего трое, а уже через минуту — больше десятка. И они продолжали прибывать. Все бледные, уродливые. Движения неестественные, пугающие. Страшно было смотреть на то, что могло тебя убить, особенно, если ты не понимал его природу. Кто-то может — а не все ли равно, что будет тебя убивать? Нет, не все равно.
— Иваныч, погаси свой факел. И ты Андрей тоже! — тихо распорядился я, глядя на хозяев подземелья. — Оставим один. Быть может, все не так плохо и мы сможем договориться?
— Сдурел, что ли? Договориться с этими? Как?
— Делайте, как я скажу! — неуверенно произнес я, глядя по сторонам.
Они нехотя подчинились, держа оружие наготове.
— Федор, ты их язык понимаешь? — тихо спросил я, перепуганного парня. Тот с ужасом смотрел на морлоков, мертвой хваткой вцепившись в пустой наган.
— И вы понимаете! — вдруг отчетливо отозвался проводник. — Прислушайтесь внимательно.
И я последовал совету. Воткнув факел в землю, я вытащил второй обрез. Принялся слушать. И к своему глубочайшему изумлению, понял, что те говорят на очень плохом, но все же русском языке. Говорили они очень быстро и отрывисто, в словах было много шипящих звуков. Как-то не воспринимались обстановка. Смысл уловить я не смог — все было как-то невнятно и быстро.
— Эй вы! Жители подземелья! Мы не хотим никого убивать! — громко и быстро, подражая их манере общения, произнес я. — Я хочу говорить со старшими! Есть у вас те, кто может говорить?
Не знаю, поняли ли меня. Скорее всего, нет, потому что реакции никакой не последовало. Во всяком случае, визуально ничего не изменилось.
— Вы забрали наших женщин! Верните их сейчас же! — громко продолжил я, вертя головой по сторонам. — Мы никому не желаем зла! Отдайте женщин и мы уйдем!
Снова никакой реакции.
— Угу… Без толку! — хмыкнул Андрей, внимательно глядя по сторонам и крепко сжимая рукояти обрезов. Он был готов выстрелить в первую же приблизившуюся тварь, и я серьезно переживал, что он утратит над собой контроль.
Время шло, а никакой реакции все не было. Морлоки по-прежнему прятались во тьме, шипя и переговариваясь друг с другом. Было очевидно, что они совершенно не ожидали увидеть людей на своей территории. Выходит, что браконьеры до сюда так и не добрались…
— Так, потихоньку двигаемся дальше. Вот в тот самый широкий проход. Посмотрим, что будет дальше!
Медленно продолжили движение. Морлоки впереди тут же отступили.
Удалось более-менее их рассмотреть. Бледная, серо-белая кожа, на руках грубые толстые ногти. Головы у всех были лысыми, волос там почти не было
Морды у них были в основном уродливые.свирепые. Глаза огромные, черные. Губ не было, ушей тоже. Видны были зубы, не сильно отличающиеся от наших. Только вот их состояние оставляло желать лучшего.
Из-за того, что до ближайших существ было метров двадцать и они постоянно перемещались, полностью разглядеть их было просто невозможно.
На какой-то момент, мне в голову пришла мысль, что это не мутировавшие для жизни под землей люди, а потерпевшие крушение гуманоиды, которые были вынуждены уйти под землю. Вряд ли эта версия имела право на существование.
Я также заметил, что на некоторых из них появились какие-то тряпки. Точнее, даже не тряпки, а грязные лохмотья. У некоторых было оружие — обломки костей. Видимо с их помощью они и нападали на животных, забирая вырезанную или вырванную добычу. Вокруг талии были обернуты тонкие пояса, судя по всему, сделанные из кожи или жил.
