вернутся домой? — Нет никаких правил, запрещающих нам с Лео встречаться, но поскольку это всего лишь летняя интрижка, нет необходимости рассказывать об этом всем. Тем более, что Джулиан, скорее всего, взбесится.
— Может быть, — кисло говорит он. — Но я не хочу. Черт, я не уверен, что смогу держаться от тебя подальше. — Он заправляет прядь волос мне за уши. — Решать тебе, мяч в твоем распоряжении. Но в какой-то момент нам придется рассказать об этом Джулиану.
Я простонала.
— Почему мы должны ему что-то рассказывать? — Мой брат так заботится обо мне. Как только Лео откроет рот о нас, это нарушит их дружбу. Я знаю, что так и будет. И Джулиан будет лезть ко мне в душу. — Я имею в виду, что это всего лишь летняя интрижка, верно?
Лео легонько ткнул меня в ребра.
— То есть ты собираешься трахнуть меня и бросить, бабочка? Вот как это бывает?
Я хихикаю.
— Да, именно так. — Лео знает, что я не ищу себе парня, и уж точно не того, которому суждено стать вором. — Короче, — добавляю я, — ты будешь принимать присягу Братвы в сентябре, а я… ну, мне надо это выяснить. Но мы оба будем заняты.
Лео проводит рукой по моей щеке, изучая мое лицо, а я изучаю его сильные скулы, пронзительные карие глаза и полные губы, от которых не могу оторваться.
— Я бы нашел время для этого. Для тебя, — шепчет он.
По моей коже разливается тепло, но я знаю, что это всего лишь исполнение желаний.
— Как ты можешь так говорить? Ты же знаешь, как это бывает, когда ты вступаешь в братство, особенно первые несколько лет. — Я сделала паузу, прежде чем сказать: — И ты знаешь мои чувства по поводу отдаления от Братвы. Мы не можем продолжать это, когда ты станешь присягнувшим вором.
Его лицо опускается, и он падает на спину.
— Черт, я не хочу сейчас об этом думать. Я просто хочу сосредоточиться на тебе и на том времени, которое нам осталось провести вместе.
Я прислоняюсь к нему, греясь в том маленьком пузыре, который мы создали. Мне становится слишком хорошо. Если я не прерву это в конце лета, я влюблюсь в этого человека. Кого я обманываю? Я уже влюбилась. Но с каждым днем я влюбляюсь все глубже.
Лео наклоняет голову, чтобы украсть сладкий поцелуй с моих губ.
— О чем ты думаешь?
— Я думаю о тебе, — признаюсь я, но на этом правда заканчивается. — Я думаю о том, что если мы продолжим занятия ножевым боем, то я смогу в два счета расправиться с тобой.
Он рычит и игриво прижимает меня к кровати.
— Я хотел бы посмотреть, как ты попробуешь. И не думай, что сможешь запугать меня этими уроками. Два раза в неделю, несмотря ни на что, я буду учить тебя защищаться. — Прижавшись к моему уху, он шепчет: — А если повезет, то после этого мы перейдем к более глубокому минету. Ты доставила мне столько удовольствия, Бабочка. Чем я могу отплатить за это?
Мои бедра сжимаются, но он раздвигает их одной рукой.
— Ты хочешь сначала мой язык или мой член? Или, может быть, сначала член, потом язык… а потом снова член?
— Да, — задыхаюсь я, когда его пальцы танцуют на моем клиторе. Легкие, игривые движения. Дразнящие.
— Что "да"? — Он смотрит на меня снизу вверх, когда мои глаза закатываются, удовольствие излучается от моего ядра до каждой конечности в моем теле.
— Да всему, Лео. Ты знаешь, что мне нужно, — хнычу я, чувствуя, что все больше и больше хочу его, пока он проводит кончиками пальцев по моему отверстию.
— Знаю, бабочка. Я точно знаю, что тебе нужно. — И с этими словами он заменяет пальцы своим членом и погружается в меня одним сильным толчком.
— О. Боже, — кричу я, теряясь от ощущения того, что Лео заполняет меня так идеально, что я чуть не плачу.
— Здесь нет бога, Аля, только я. Владею твоей киской. Клеймлю ее. — Его толчки становятся безжалостными, он входит и выходит из меня так, словно от этого зависит его жизнь. Это слишком много, слишком хорошо, и меня быстро тянет к краю. Святое дерьмо. Я взрываюсь, мои внутренние стенки сжимаются вокруг члена Лео, всасывая его так сильно, что, клянусь, я вижу звезды. Через несколько секунд его разрядка разливается внутри меня, как обещанная им горячая марка.
Когда мы спускаемся с высоты, я зарываюсь щекой в его шею, и мои веки закрываются. Как раз в тот момент, когда я отключаюсь, Лео бормочет:
— Мне все равно, куда ты пойдешь и что будешь делать в будущем. Ты всегда будешь моей. Мы так же неизбежны, как планеты, вращающиеся вокруг солнца. И нет на земле силы, способной удержать меня вдали от тебя.
ГЛАВА 18
Алена
Прибыв на главную палубу яхты, я увидела, что члены экипажа суетятся, готовясь к чему-то. Я еще не знаю, что именно, но предполагаю, что это связано с сюрпризом, который приготовил для меня Лео. Что бы это ни было.
Сегодня еще один до смешного прекрасный день. Солнце светит с неослабевающим энтузиазмом, но от этого у меня только сильнее раскалывается голова. Прошлой ночью мне не удалось толком поспать, все мои тревоги были на пределе.
И мысль, которая кричит громче всего, — должна ли я спать со своим бывшим? Не просто с бывшим, а с тем, кто меня сломал.
Это может быть как самая лучшая, так и самая провальная идея в моей жизни, но я не знаю, хватит ли у меня сил сопротивляться ему дальше. Меня тянет к нему, как к живому, дышащему существу, которое пульсирует в моих венах. Настолько, что вчера вечером мне пришлось несколько раз использовать Боба в надежде выплеснуть всю свою сдерживаемую сексуальную энергию. Зажмурив глаза, я позволила себе представить, каково это — поддаться непреодолимому искушению и снова раздвинуть ноги для Лео. Это было хорошо, очень хорошо. Но я точно знаю, что в реальности все гораздо лучше.
Я стащила круассан со шведского стола и направилась в лаунж-зону. Там меня догоняет Джек, его волосы беспорядочно разметались в разные стороны, на лице овечья улыбка.
— Аля, у тебя есть минутка? — спрашивает он, шагая рядом со мной.
— Конечно. — Мне не по себе рядом с ним, но раз уж мы застряли на этой яхте вместе бог знает на сколько времени, я могу его выслушать.
Джек проводит руками по волосам, нервно переминаясь с
