говорю это затаившемуся за дверями невидимке под именем Киба Рио. Но я знаю, что он меня понял. Вижу, как Ичиро пятится, прижимает кейс с пазлами к груди. Я понимаю, что Хидан доверил их тому, кто будет ему верен до конца.
Спокойно продолжаю, не открывая глаз от Хидана:
— Ты наделал много дел, Хидан Мацуо. Тебе и твоим людям ни за что не уйти дальше территории этого дома. Ты понимаешь это. Ты видел, на что способны люди, которые поджидают нас снаружи. Не говоря уже о том, что другие кланы скоро сообразят, где самый вкусный кусок пирога. Половина Вальтов разбежались кто куда и многих уже допрашивают. Они расскажу всё...
Хидан Мацуо оборачивается, смотрит на свою дочь. Не на кейс с пазлами. Только на дочь.
— Я... обязан попробовать...
Он спёкся. Сломлен. Отчаян.
Настало мое время. Вздыхаю полной грудью. Как бы мне не хотелось действовать так, но... Я — это я. И я лучший из лучших. Я — эгоист.
Не все Джуны тут будут против нас. В их иерархии есть те, кого называет «Кровными». Это что-то вроде древних самураев. От одного до пяти «кровников» на одного хозяина в зависимости от статусности. Трое тут — как раз такие «самураи» для Хидана Мацуо. Независимо от того, что он решит, они лягут за него животами на ножи. Они мне нужны. Остальные нет.
Мой голос просто давит серьезным настроем. Тихо произношу:
— Мы спасем твою дочь, Хидан Мацуо. Вместе. Если ты веришь в мою честь, то я тебе в этом клянусь. Но один ты не сможешь этого сделать. А за мою помощь я потребую самую высокую цену.
Элеонора и Директор не сводят с меня глаз. Они парализованы происходящим. Акане заливается слезами и шмыгает носом. Не обращаю на них внимания, спрашиваю:
— Ты согласен предложить мне такую цену, Хидан Мацуо? Если нет, то... — вздыхаю. — У нас есть другой путь. Но я не уверен, что после этого хоть кто-то из нас переживет... Хотя, это больше касается вас и... её, — киваю на Акане. — Киба Рио, покажись.
Все, как один, вздрагивают. Клинки снова покидают ножны, бликуют в полумраке, устремляются в сторону человека, выходящего из теней. Я вижу, в каком очумевшем состоянии Джуны, которые не заметили его в шаге от себя. Только один человек не развернулся посмотреть на незваного гостя.
Хидан Мацуо понимает, чем все может закончится. Его люди против него. Я против него. Если только...
Он продолжает смотреть только на меня.
Тик...
Так...
Звуки рваного ритма сердцебиения. Тяжелое дыхание. Запах пота, страха и недоумение. Все перемешивается в гнетущей атмосфере, где балом правит...
...Константин Киба.
Хидан Мацуо снова поднимает руку. На этот раз далеко не все слушаются его, пряча катаны в ножны. Далеко не все...
Я быстро запоминаю, кто «свой», а кто нет.
Голос Хидана не узнать. Он совсем другой:
— Назови цену.
Слегка киваю. Отлично, всё идет по плану.
— Твоя жизнь. Жизнь твоих людей. Твоя честь. Честь твоих людей. А также пазлы. Ты отдашь мне ВСЁ в расплату за свои действия. Я же тебе предложу всего ничего по мнению этих, — киваю на Джунов, которые не спрятали свои клинки по приказу Хидана. — И это жизнь и безопасность твоей дочери. Акане Мацуо будет жить долго и... не уверен, что счастливо. Это уже как она сама решит. Но никто и никогда ей не навредит. Слово чести.
Секунды тянутся бесконечно долго. Но...
... ЭТО наконец происходит.
Легкий, едва заметный кивок Хидана Мацуо.
Мне это достаточно.
Мои шелковые щупальца мгновенно оживают.
— Киба Рио! — ору я со всей мочи. — Защищай женщин, пазлы и тех, кто убрал оружие!!!
Начинается...
Глава 18. Последний рубеж
Хидан Мацуо
Хидан крепко сжимает кейс, бежит. Морозный ветер теребит ему волосы. Минуту назад он заметил их — преследователей. И сейчас они нагоняют. Один из них тот самый Кэр. Хидан различил его черты между деревьями.
На лице Хидина кровь его людей. Своими руками он убил их. Тех, кого знал много лет. Сердце Хидана переполнено виной за содеянное. Ведь он предал свой клан. Убил тех, кто остался верен Джунчиначи до самого конца.
Вместе с Хиданом бегут двое. Они тоже в крови. Один из них Акума Сейджи-сан. Его «кровник». Самый опытный и верный. Акума верен Хидану больше, чем клану. Второй — Орочи. Самый молодой из кровников. Третий же — Акихико-кун, погиб...
Хидан со своими кровниками убили их... Своих же... Просто за то, что те не хотели ценой своей чести спасать дочь своего господина. За то, что хотели уничтожить пазлы, которые могут ее спасти.
Хидан улыбается. Несмотря ни на что, он почему-то счастлив.
— Мальчишка... Ты ведь знал, что всё этим и закончится...
Никто ему не отвечает. Еще бы.
Взмах!
Энергия суммы срывается с клинка Хидана. Снег поднимается выше головы, скрывая их в белой пурге. Деревья впереди коренятся, падают. За ними мог кто-то прятаться и застать их врасплох.
Хидан идёт напролом. Это несвойственно для Джунсиначи. Они привыкли скрываться в тенях.
Но сейчас ему нужно только выйти за территорию особняка Мацуо. А там уже улицы, свет от фонарей. Преследовать его будет уже тяжелее.
Неужели успеют? Может все-таки получится? Может Кэр не такой уж и быстрый, а этот Киба Рио вымотал его достаточно, чтобы они успе...
Ударная волна сбивает Хидана с ног. Жгучая боль проникает в тело. Понадобилась целая секунда, чтобы вскочить на ноги и принять защитную позу «Цветущей сакуры».
Повсюду снег... Белый навес из снега... Не видно!
— Ксо!
Хидан прижимает кейс к груди, второй рукой замахивается катаной. Техника под названием «Веер Красного Демона» концентрирует сумму в клинке, создавая вдоль лезвия что-то вроде вакуумной бомбы. Это умение передавалось из поколения в поколение в семьи Мацуо. Но Хидан так и не успел передать его своей единственной наследнице...
И теперь это мастерство погибнет вместе с ним.
Взмах!
Скрежет деревьев! Вой ветра! Мокрый дождь перестает падать с неба, а белый хаос отступает. Теперь Хидан видит... что он промазал.
А в метре от него лежат два поломанных и окровавленных трупа. Его кровинки. Его братья. Они даже не успели достать катаны. Их убили быстро, а Хидана... почему-то пощадили.
Первым выходит из теней тот, кого называют Кэр. Его лицо в волдырях и ожогах, но в целом он вполне
