— Проклятые ксеносы! — закричал Лейтео. — Нам некуда бежать от этих тварей!
Мерос не знал, что ответить, пока два копья оранжевого пламени не пронеслись над ними и не пронзили каменную змею по всей длине. Энергетические сферы разорвали конструкцию на куски, хлещущий хвост утратил целостность и рухнул на лед. На миг Меросу показалось, что он услышал далекий вопль агонии, низкий и гулкий, как ветра, дующие в пещерах из камня и металла.
Затем он стих, сменившись восхитительным шумом ракетных двигателей. Мимо пролетел большой багровый ястреб и выполнил резкий разворот, встав на крыло, после чего выровнялся и завис на столбах выхлопных газов. Из-за сильного ветра «Грозовая птица» не могла приземлиться.
По воксу затрещал знакомый голос.
— Разведывательный отряд, это капитан Амит. Что, во имя Терры, вы обнаружили? — Мерос прежде никогда не слышал нерешительности в голосе капитана.
— Я объясню позже, сэр, — ответил Кассиил. — Нам нужно убраться с этого булыжника.
— Прежде чем оно вернется, — добавил Сарга.
Из нижней части фюзеляжа десантного корабля протянулись тросы, и легионеры соединили магнитные замки на их концах со своими доспехами. Мерос старался не думать о том, что спасательные тросы похожи на извивающиеся кабели, которые преследовали их в городе. «Грозовая птица» Амита полетела прочь, подняв их и устремившись ввысь.
Руки в черной броне втянули Мероса в нижний люк, и он смутно распознал череполикий шлем хранителя Аннеллуса. Апотекарий отвернулся, вытерев иней с глазных линз. Последнее, что видел Мерос в главном улье Холста, была гигантская рука из разрушенных зданий выше титана «Император». Кровавый Ангел смотрел, как она попыталась схватить корабль и промахнулась, рассыпавшись на куски при падении.
Отделение Кассиила и Несущие Слово молча сидели на палубе посадочного отсека, а тем временем грохот сопротивления воздуха уступил место плавности полета в вакууме. Мерос снял шлем и понял, что смотрит на Кано. Глаза его друга были тусклыми и отрешенными, смотрящими куда-то за переднюю переборку.
На апотекария упала тень, но он не поднял головы. Над ними стоял хранитель, рассматривая выживших. Тем временем из переднего люка вышел капитан Амит.
Сержант поднялся и отдал честь.
— Сэр. Вы прибыли как нельзя вовремя.
Амит ответил на благодарность коротким кивком.
— Я привел корабли для содействия операции «Гермии». «Виктус» был на низкой орбите, поэтому я решил сам провести поиски. Хотел взглянуть на врага, — он сделал паузу. — Это то, что я видел, брат-сержант?
— Я воин, а не ученый, — ответил Кассиил. — Прошу прощения, капитан, но я понятия не имею, во что мы стреляли.
Размеренный гул двигателей «Грозовой птицы» наполнил тишину посадочного отсека, но Мерос все-таки расслышал единственное слово, которое прошептали губы хранителя Аннеллуса.
— Колдовство.
По внутреннему воксу «Грозовой птицы» раздался гул.
— Внимание, это кабина экипажа. Приготовиться к маневрам уклонения!
Амит нажал комм-бусину на горжете.
— Пилот, доложить! Мы не обнаружили ни одного корабля. Что за угроза?
Голос серва был напряжен.
— Это не корабль, капитан… Это планета. Она стреляет в нас.
— Она не хочет отпускать нас, — тихо произнес Кано.
Сангвиний прибыл к Холсту, чтобы увидеть все своими глазами.
Сражение уже было в разгаре, когда корабли вышли на дистанцию прямой видимости. «Гермия» вместе с «Виктусом» и сопровождающими его крейсерами «Соболь» и «Светлый рыцарь» на краткий миг соединялись с поверхностью планеты сверкающими красными нитями мегалазеров, но поначалу было неясно, с каким врагом они столкнулись.
Флагман приблизился. «Красную слезу» сопровождали «Игнис» и «Завет Ваала», корабли временно отделились от основных сил флота в открытом космосе. Сканеры вели поиск залпов обычных видов оружия, но засекли только выстрелы с находящихся на орбите крейсеров. Ответный огонь с Холста выглядел как хаотичная масса интерференционных узоров.
Затем из гравитационного колодца планеты-улья вылетел метательный снаряд из плотной горной породы, вероятнее всего, вершина огромной горы в экваториальной зоне Холста. Единственное невероятное извержение вулканической энергии выбросило массу на орбитальную траекторию «Светлого рыцаря». На такой скорости термоядерные двигатели крейсера не смогли изменить курс.
Столкновение на краткий миг зажгло небольшое солнце над ночной стороной Холста. Верхняя часть корпуса корабля тут же раскололась, и он развалился в облаках вытекающего воздуха и плазменных взрывов.
Несмотря на гибель крейсера, планета продолжала выбрасывать расплавленную ненависть в небеса. Выстреливаемые тучи камней ненадолго превращались в пылающие метеоры, которые пронизывали тонкий атмосферный покров ледяного мира и вопреки здравому смыслу неслись к кораблям Кровавых Ангелов. «Виктус» получил попадание в борт, а «Гермия» потеряла огромные куски обшивки, когда выброшенные скалы сминали толстую носовую броню.
Ангел плотно прижал крылья к спине, наблюдая, как «Светлый рыцарь» пронесся мимо и исчез в серой дымке бурлящей атмосферы Холста.
— Сколько людей было на этом корабле? — спросил дрожащий голос на мостике. Он принадлежал младшему офицеру, который в шоке забыл о протоколе.
— Восемь полных отделений легионеров, — казалось, ответ Сангвиния пришел издалека, — почти в сто раз больше членов экипажа.
Примарх отдал новый приказ, не отводя взгляда от огромного иллюминатора:
— Адмирал ДюКейд. Приказ всем кораблям. Отойти от Холста за пределы дальности этих атак.
Приказ передали, и корабли отступили, за их кормами рвались клубящиеся кометы из магмы.
Командир гвардии примарха наклонился над гололитом флагмана и поморщился. От измерительных систем потекли данные и изображения, которые не на шутку его озадачили.
— Индекс массы Холста меняется, — Азкаэллон прочитал невероятные слова вслух, — как и размеры планеты. Она сжимается.
— То же, что и с Форусом, — произнес рядом Зуриил. — Еще один… знак?
— Нет, — Сангвиний покачал головой. — Нечто иное, — он указал. — Смотри.
Позади «Виктуса» и других кораблей сине-белый мир превратился в сжатый кулак из льда и камня, окутанный ореолом черных извержений такой силы, что сверкающая кольцевая система вокруг Холста разрушилась.
— Какое оружие может стрелять такими огромными предметами с поверхности планеты? — Азкаэллон поднял голову, спрашивая каждого, кто встречался с ним взглядом. — Разгонного двигателя, способного на это, не существует в природе. Только необходимой для него энергии требуется колоссальное количество!
Но никто из экипажа — ни смертные, ни легионеры — не могли отвести взгляда от огромного иллюминатора. Поверхность Холста была частично видна из-за туч вулканического пепла и химического тумана. Зрелище напоминало клубок извивающихся гигантских змей. Ледяной ландшафт превратился в постоянно движущуюся кожу, пораженную раком, а бурлящая форма вызывала обман зрения, напоминая вопящие и брызжущие слюной лица.
Когда командир Сангвинарной гвардии снова заговорил, в каждом произнесенном слове клокотала холодная ярость.
— Нашу кровь не прольют те, кто трусливо прячется. Они заплатят за павших своими жизнями. Клянусь в этом моим легионом.
— Сообщение от капитана Амита, — доложил Зуриил. — «Виктус», «Соболь» и «Гермия» присоединились к нам. «Гермия» докладывает о серьезных повреждениях, но все еще боеспособна, — он помедлил. — Каков будет приказ, милорд?
— На этом все, — сказал Сангвиний. — Адмирал ДюКейд, огонь всем кораблям по моей команде. Прикажите всем капитанам кораблей привести в боевую готовность циклонные торпеды и системы мегаоружия для полномасштабной бомбардировки. Цель — Холст.
Волна нерешительности пробежалась по экипажу от мысли, что придется применить исключительно мощное оружие.
— Все системы? Против города-улья? — спросила ДюКейд.
— Против планеты, — поправил примарх. — Синхронизировать точки прицеливания на экваторе, найти геологический разлом. Я хочу разнести на куски этот мир.
Азкаэллон почувствовал, как по телу прошла дрожь. Молот воли Императора был могучей силой и, к сожалению, в войнах Великого крестового похода часто необходимой, чтобы безжалостно карать целые планеты. Командир гвардии видел города, стертые с лица земли в мгновения ока, испаренные лэнс-излучателями и макроядерными бомбами, сожженные лазерными залпами континенты и небеса.
И, несмотря на то что сила для полного и абсолютного уничтожения мира всегда находилась в распоряжении Легионес Астартес, Азкаэллону ни разу не доводилось видеть исполнение такого приказа.
